Чтение онлайн

— Расплата, – прохрипел перед смертью, в следующий миг с макушкой скрывшись в чёрной жиже.

Волосы с силой накрутили на кулак, заставив мужчину запрокинуть голову. Мама захихикала, взирая вперёд пустыми глазницами.

— Его нет, нет! – повторяла она. – Ты счастлив, сынок? Твой отец мёртв! Император мёртв! Да пребудет во славе имя молодого императора!

Он мечтал проткнуть барабанные перепонки.

Холодные губы накрыли его, и Лис прильнула к нему, с щемящей лаской обрисовав шрам на подбородке. Он сжал её в объятиях. От крови промокла одежда.

— Не уходи, – выдавил он.

— Ты сделал выбор, – нахмурилась девушка, – между мной и Сорнией. Жизнь за миллионы жизней. Ну и как тебе цена? За страну ты заплатил мной.

Лис обмякла. Они оба погружались в топь.

— Не ищи меня, – попросила любимая и, приняв его смятение за отрицательный ответ, заметалась раненой птицей. – Не ищи! Оставь меня в покое! Ты для меня никто! Ты сам выбирал! Сколько можно жалеть?! Хватит! Отпусти меня!

Чёрная жидкость хлынула в рот. Он захлёбывался.

Элерт скатился с кровати и, ударившись об угол тумбы, слепо зашарил по ней в поисках горючей лампы. Лёгкие сводило. Через несколько секунд безуспешной возни он поднялся и на нетвёрдых ногах доковылял до ванной. От кошмара трещала голова.

Он наощупь нашёл краны и, выкрутив их, сполз по стене на пол. Одежда быстро намокла. Ледяная вода иглами впивалась в кожу, сгоняя дымку сна, но крик по-прежнему звенел в ушах.

Руки всё ещё ощущали фантомный вес мёртвого тела, и пальцы иррационально сжимались. От этого в них разжигалась тупая боль. Она же тянула в ушибленном боку – об угол тумбы мужчина приложился хорошенько.

Жаль, не лбом. Может, туман бы в мозгах наконец-то рассеялся.

Элерт просидел так около получаса, пока спина не затекла от неудобной позы, а зубы не перестали стучать от холода. Через открытое окно донёсся зычный окрик садовника: судя по всему, какая-то дворняга уволокла его завтрак. Значит, четыре часа.

Мужчина прижал к лицу дрожащую ладонь. Усмехнулся. Он сам себе враг. В последний раз он мельком видел Лис шесть месяцев назад и вполне успешно справлялся с установкой «не приближаться к ней». Для неё он никто – прошлого не существовало. Неважно, как всё обстояло для него: он не собирался намеренно её преследовать или в чём-то убеждать. Иногда отпустить – лучшее решение. Со своими демонами он разберётся.

Со временем.

Оброненные билеты на поезд валялись под вешалкой. В Тэмпле страдать некогда. Работа набросится на перроне, втянет в безумный круговорот бумаг и вынудит выделить ей громадную долю суток. Райнер, Эйвилин, агрессивная нелегальная оппозиция – причин забыться предостаточно.

Он переоделся, высушил волосы полотенцем и вышел в просторный холл. Хозяйка гостиного двора, – милая женщина достойных лет, расположившаяся за стойкой, – всполошилась на его приветствие и, извинившись за неготовый завтрак, предложила чай.

— Не надо делать для меня исключений, мадам, – вежливо пресек он её беготню. – Завтрак по правилам в шесть. Мои сопровождающие подойдут на него. Если спросят меня, скажите, что я прогуливаюсь по городу.

— У нас красиво. В порту на рассвете сказка. И вдоль канала, – закивала старушка. Спохватившись, добавила: – Канцлер, вы бы не ходили в одиночку. В Дельфи промышляют банды. Им власть нипочём.

Он улыбнулся.

— Спасибо за предупреждение. Не волнуйтесь. Я бы не отказался познакомиться с ними. Вроде как врагов принято знать в лицо.

По улице носился тёплый летний ветер. Мужчина вдохнул горький аромат скошенной травы и неторопливо побрёл к набережной. В аккуратных клумбах вдоль дороги цвела лаванда. Он усилием подавил смех от странного совпадения.

От Лис всегда пахло одинаково: лавандовым мылом и засушенными медицинскими травами.

Комментарий к Часть 2. Глава 1. Кошмар о кошмаре

Я так думаю, что все догадались еще несколько глав назад, да?

========== Глава 2. Рушься, мир! ==========

Комментарий к Глава 2. Рушься, мир!

Рекомендую к просмотру плод моих четырёхчасовых страданий: https://youtu.be/Vk8mvOo9gz8

Лис и Элерт. Моя любимая головная боль.

За тем, как горело здание Городской управы, Эйвилин наблюдала с крыши. Чёрные клубы дыма вились над домами, пламя жадно облизывало кирпичи, тянулось к небу – дай волю, оно бы сожрало и его. Народ грудился у оцепления, по-видимому, игнорируя настойчивые требования вигилей отойти: интерес пересиливал инстинкт самосохранения.

А ведь толпы нынче так опасны. В них проще простого затеряться – и незаметно, под шумок, организовать провокацию. Считайте потом жертвы – кого-то да удастся собрать и опознать. Люди не понимали рисков этих сборищ, зато умели безошибочно определять виновника по итогам трагедии.

Власть не защитила. Власть ничего не предприняла.

Девушка обожала маленькие представления: что бы ни натворили монархисты, камни бросали не в них. Злоба в народе крепла по мере совершенствования… «шалостей» сторонников короны: маленькое убийство «законника», поджог какой-нибудь второсортной конторки, подрыв железнодорожных мостов – они не топтались на месте и не боялись действовать. Эйвилин предупреждала: если для достижения цели понадобится обратить половину страны в пыль, она это сделает. Ей не нравилось быть голословной. До уважаемых канцлеров, правда, доходило медленно. Вряд ли они верили, что однажды она «наиграется». И забавного для них в ситуации нет: гоняться за её людьми по всей Сорнии – неважное удовольствие.

Хотя Элерт «догонялки» любил. Он мог допускать это специально.

После обеда в центре ожидаемо кипела жизнь. Шарно – крупный город, притом расположенный на границе, и в нём мало обращали внимание на незнакомцев, шатающихся возле государственных учреждений. То могли быть туристы, прибывшие из Сутена, или обычные граждане, которые никак не отваживались войти в приёмный кабинет. Мало ли, кто что нёс в портфеле: вигили каждого встречного не проверяли. Донесут о «подозрительном типе» – пожалуйста, тут уж основание наличествует: подойдут, попросят документы предъявить, сумки проверят.

К этому порядку приспособились: запускали «приманку» – человека, который точно бросится в глаза внимательным горожанам. Дальше план отрабатывался как по маслу – зачастую без шансов на предотвращение. Взрыв в управе был как раз из таких – идеальных.

Когда стрелка на часах приблизилась к отметке «XVI», из здания вынесли первое тело. С расстояния не получилось бы разглядеть его, но Эйвилин никого и не знала. Для неё они все – безымянные винтики, которые приходилось выкручивать ради результата. Умер один или сотня – что с того? Пока она и на шаг не приблизилась к желаемому.