Чтение онлайн

А вдруг все эти охотничьи рожки и собаки не из-за охоты на зверей? Может, ищут маленького мальчика? Эдрик побрел сквозь лес на шум, но охота удалялась все дальше и дальше. И с затиханием рожков терялась всякая возможность избавиться от маленького плутишки.

И что ему пришло в голову притащить мальчишку домой? Оставил бы в кустах, родители наверняка бы уже его нашли к этому времени. Когда шум охоты окончательно стих и вокруг стала сгущаться тьма, Эдрик вздохнул и повернул стопы к дому. Ну и ладно. Он сам себе намазал масло на хлеб, ему на нем и спать.

Кристиан ждал у очага, крепко обхватив собак за шеи, и смотрел широко распахнутыми глазами.

Эдрик бросил куртку на кресло.

— Были они там, искали тебя, но теперь ушли.

Собаки бросились вон из пещеры. Они чувствовали себя обязанными защищать мальчика и ни за что не оставили бы его одного. Однако теперь Эдрик вернулся домой, и им давно пора было побегать.

— Они вернутся? — спросил Кристиан.

— Собаки-то? Конечно. Они тут живут.

— Да не они. А те, кто искали.

— Откуда мне знать? Как сильно ты им нужен?

— Может, не очень. Им не нравились мои идеи.

— Идеи? Да какие идеи могут быть у маленького мальчика? — изумился Эдрик — Ради коврижек.

— У меня есть идеи, — с негодованием заявил Кристиан и, волоча испачканный подол рубашки, притащился к Эдрику.

— Ну-ка, поделись какой-нибудь, — предложил тот.

Ему самому не помешала бы хорошая идея. Например, что, разрази его гром, делать с этим чадом?

— Я считаю, что людям не стоит заводить детей, если они их по-настоящему не хотят, — сказал Кристиан.

Допустим, с этой идеей Эдрик был согласен. Ему уж точно не хотелось тут никаких детей.

— Что еще? — угрюмо спросил он.

— Я думаю, люди должны быть добры друг к другу и делиться тем, что у них есть, с теми, кому нужны вещи.

Эдрик с трудом сглотнул. Он-то, ясное дело, не мог с этим не согласиться, но у него возникло тревожное ощущение, что его водят на веревочке.

— Ха, — буркнул он.

— Я думаю, каждый должен получать по шесть обнимашек в день, — продолжил Кристиан.

— Ну, это бред сивой кобылы, — возразил Эдрик. — Не помню, когда меня кто-то обнимал последний раз, и ничего, живу не тужу.

— Вул и Ката, — напомнил Кристиан.

— А они тут при чем? — не понял Эдрик.

— Они твои обнимашки.

— Чепуха на постном масле, — снова возразил Эдрик, но тут как раз ворвались, вернувшись, его питомцы, бросились обнюхивать все подряд и прыгать на Эдрика, сшибли его с ног и давай лизать, будто не виделись с ним десять лет, а не каких-то десять минут.

— Отстаньте от меня, паршивые дворняжки, — отмахивался Эдрик, стараясь увернуться, впрочем, не очень усердно.

Поскольку собаки не раз уже слышали его ворчанье, то не обращали внимания.

Когда Эдрик привел себя в порядок и вытряс из бороды листья, то отправился в розовую комнату, служившую ему кабинетом, в сопровождении Кристиана и собак.

— Нет у меня времени на эту чепуху, — сухо заявил он, надеясь, что проблема сама собой рассосется, ежели ее не замечать. — Я тролль занятой, провожу важную кампанию. И время мне дорого.

— Что за важная кампания? — заинтересовался Кристиан.

— Собираюсь разрушить монополию Маб, даже если это последнее дело, которое мне суждено осуществить.

— Ты имеешь в виду Королеву Маб? — уточнил Кристиан. — Зубную Фею?

— Скорее, Зубную Тираншу, — проворчал Эдрик. — Нагружает себя работой, с которой не может справиться даже со всей своей неумелой стаей летучих помощниц, большинство которых не прочитают карту, даже если от этого зависит их жизнь. Если у нее вообще есть приличные карты, в чем я сильно сомневаюсь.

Он сел на своего любимого конька, что стало еще одной традицией у троллей. Той, что утверждала: высшее достижение, к которому должен стремиться каждый тролль, — это взяться за особо труднейшую задачу, которая принесет пользу великому числу людей (даже если это просто дети), и обратить ее в крестовый поход. А самая веская причина состояла в том, что неумехой Маб была столь возмутительной, что это просто доводило Эдрика до гоголя-моголя.

Эдрик продолжил:

— Не раз и не два видел, как они, жужжа, носятся по лесу, натыкаясь на деревья и роняя сумочки с монетками. Держу пари, есть много детишек, у кого так и не забрали зубы. И неимоверное число иных, которые получили записочки, что, дескать, ее помощница так больна, что все пропало, или где ссылается на плохую погоду, задержавшую полеты. Истинная правда в том, что Маб не справляется и ни за что этого не признает. И не желает поделиться работой. Видишь ли, нехорошая эта вещь — монополия. Порождает лень и не способствует творчеству. У меня есть кое-какие дельные мыслишки. Я смазал бы колеса ее телеги, если бы мне дали откусить руку по локоть. Так что занят я очень, — повторил Эдрик.

Помолчав, Кристиан тихо сказал:

— Я мог бы тебе помогать, я научусь. Наверно, могу даже изобрести что-нибудь, чтобы тебе облегчить дело.

— Ни за что на свете, ради коврижек, — заявил Эдрик — Ни в коем случае. Даже не обсуждается. Мы будем искать твою семью. Уж поверь моему слову.

Только ничего у них не вышло. Ведь Кристиан всего лишь и мог сообщить, что родителей зовут папа и мама и живут они в большом каменном доме, только вот не знает где. Так что Эдрик понятия не имел, с чего начать поиски. Путешественники, странники, воины и почти исчезнувшие существа со всех известных концов света то и дело шастали через леса туды-сюды, потому семья Кристиана могла быть кем угодно и неизвестно откуда. И охотничьи рожки, и ищейки с того дня больше не возвращались: либо родичи отчаялись найти Криса, либо забрались в поисках в другие более дальние дебри. Эдрик слыхивал о драконах и ограх, чудовищах и ведьмах, обитавших по другую сторону обширного леса, как и о вздорном и вечно кислом короле Бофорте, и не имел ни малейшего желания наткнуться на кого-нибудь из этой компании.

Вообще-то, Эдрик и представить не мог, каким удовольствием обернется появление в их жизни Кристиана. С одной стороны, он оказался весьма милым ребенком, как и предполагало их первое знакомство. Что правда, то правда, он мог быть упрямцем, однако на поверку обычно причина такого поведения оказывалась обоснованной, из чего Эдрик заключил, что нежелание мальчугана возвращаться в семью, должно быть, имело веские основания. К тому же Кристиан уже знал грамоту и жаждал помочь Эдрику написать сотни писем другим членам Союза ЛЭФТ (лепреконов, эльфов, фей и троллей) с призывом пресечь зубную монополию Королевы Маб. На собрании ЛЭФТ каждый год этот вопрос ставился на голосование, и пока Эдрик не выиграл кампанию, но не сдавался. У него сотни лет, чтобы вести тяжбу: рано или поздно добьется успеха. И получит Медаль ВИП (Выдающийся Исключительный Поступок).

Ко всему прочему, Кристиан отлично ладил с собаками: часами играл с ними, учил их всяческим трюкам, на что Эдрику вечно не хватало времени или охоты. И мальчик сам себя хорошо развлекал. Исследовал окрестности, притаскивал необычные растения — иные съедобные, другие просто красивые — прочитал всю библиотеку из потерянных в лесу книг, изучал звезды в складную подзорную трубу и изобретал всякие штуки. Он не шутил, когда представлялся изобретателем. И что устраивает большой беспорядок, когда над чем-то трудится. Из найденных в лесу вещиц Кристиан строил одну мудреную штуковину за другой. Вид у этих хитрых штук был такой, что, наверно, у них было свое назначение, только ни Эдрик, ни сам изобретатель не могли пока что определить какое.