Чтение онлайн

Я закусила губу.

– Знаешь, у меня в голове не укладывается, что такой интеллигентный старик…

– Я биографию Сергея Тимуровича наизусть помню до пятого колена. Так вот, на батюшке его много чего интересного висело, включая убийства и прочие тяжкие. Вот только доказательств не было.

– Ладно, допустим, но что нам делать с этой информацией? Убить художника? Да у кого рука на него поднимется?

– Ты права. Вот только у него и поднимется, и опустится, не дрогнет, будь уверена! Я, пока к вам ехала, столько грибников и охотников тут насчитала…

– Откуда здесь грибы?

– Вот и я думаю, откуда? Зато дичи полно. И эта дич ты, Васька, да родственники твои.

Я задумалась.

– Мариш, а официально никак нельзя этого Ван Гога к ногтю прижать?

– За что? Было бы за что, его давно бы прижали. Как я поняла, к Коста твоему от него же приходили. А потом свидетелей пытались ликвидировать. Даже детей чуть не спалили.

– Тогда выход какой?

Маринка задумалась.

– Нужно ждать.

Ждать долго не пришлось. Только помяни чёрта, как он появится. Телефон в моём кармане ожил так неожиданно, что я подпрыгнула на месте.

– Мадам Василиса? Рад, что дозвонился.

Я включила громкую.

– Как поживают мои бриллианты?

Да, я узнала голос Ван Гога. Видимо, за двадцать лет, русский он подзабыл. Лёгкий акцент выдавал художника.

– С кем говорю?

– О, это совсем неважно, мадам. Важнее то, что со мной рядом находится один Ваш знакомый, и этот рыжий мальчик не хочет умирать.

Я проглотила комок в горле.

– Анри? Я хочу слышать его голос.

– Васили… не… взду… м… прилетать… ты… м…

– Удостоверились? Мальчик у нас и всё ещё жив.

– Чего Вы хотите?

– Я же сказал. Хочу получить то, что находится у Вас. И меня не волнует, как Вы добудете камушки, как вывезете их в Париж. Даю три дня.

– Стойте, как я смогу связаться с Вами?

– Я сам свяжусь. И не вздумайте привести хвост. За каждым Вашим шагом будут наблюдать.

Белее смерти, я опустилась в кресло.

– Всё слышала, Мариш? Вот что мне теперь делать?

Подруга обняла меня за плечи.

– Во-первых, успокоиться и не паниковать. А, во-вторых…

– А, во-вторых, в этом доме есть мужчины.
–  Кощей вошёл в свой кабинет и пристально уставился на нас.

– Вы чего надумали, барышни? Совсем мозгов лишились?

– Думайте, что хотите, Андрей Григорьевич, но я полечу. Они убьют мальчика, да и нас в покое не оставят.

– Думаешь, самая умная, я уже дал задание своим корешам в Париже прижать Ван Гога к стенке.

– Ага, а он сидит себе на набережной и ждёт, пока его прижмут.
–  Фыркнула Маришка.

Логачёв взялся за трубку стационарного аппарата.

– Гусь, привет! Чем порадуешь?

Чем дольше говорил собеседник, тем мрачнее становился мой свёкор. Зато Маринка злорадно потирала ладошки.

– Что? Сбежал Ван Гог? Не дождался Гуся Вашего лапчатого? Тогда слушайте меня…

Я летела в Париж частным рейсом. Успокоив домочадцев, что акушеры есть и во Франции, а случись что, стюардесса с родами поможет, обняла всех по очереди и заверила, что обычно справлялась с самыми безнадёжными проектами. А этот… тфу, ерунда.

– Вот попробовали бы вы сырки несъедобные покупателям всучить и убедить, что лучшего в своей жизни они, отродясь, не ели!

– Всё бы тебе шуточки шутить, невестка!
–  Кощей волновался, как никогда. Ещё бы, ведь именно ему предстояло ехать в багажнике Джипа, дабы не привлекать внимания вражеских шпионов, а потом провести целых три часа в воздухе. Летать Андрей Григорьевич боялся до посинения.

– Может, останетесь?
–  я попыталась уговорить старика в последний раз.

– Нет, Василиса. Я этому гаду в глаза посмотреть хочу.

– Тогда чего нервничаете?
–  Раиса пожала плечами.
–  Вот у нас даже свинья летать не боится.

– Мне до свиньи далеко.
–  Огрызнулся Логачёв.

Я обняла Егора.

– Ты только не волнуйся. Думаю, через пару дней вернусь.

Мой муж сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.

– Чёрт бы побрал всё это, жена! Я против того, чтобы ты летела.

Маришка оттянула меня от благоверного.

– Запомнила? Наши будут в штатском. Пять человек. По сторонам не озирайся. Тебя поведут. Твоя задача только передать коробку. Стекляшки подделаны мастерски. Определить сможет только спец. Я вылечу через два часа. Если что, буду рядом. Сруковожу на месте.

Проводы затягивались. Пройдя по рукам второй раз, всё-таки попала в Джип. Всю дорогу выслушивала причитания Коляна. Трогательно, чуть не разрыдалась. Перед посадкой обняла и бритоголовых.

Заняв кожаное кресло у иллюминатора, решила расслабиться и поспать. Получилось.

Орли

Я пробиралась сквозь толпу пассажиров, зная, что о моём прилёте Ван Гогу уже доложили. О, лёгок на помине!

– Мадам Василиса! Как долетели?

Я удобнее перехватила трубку.

– В моём положении было нелегко. Самолёту.

– О, шутка? Оценил. Тогда садитесь в первое такси. Вас подвезут к месту.

Перед глазами встало лицо Маринки. «Ни за что не садись в их транспорт, да и вообще, торгуйся, даже по мелочам!»

– Благодарю за заботу, но я на автобусе. Тем более, что стекляшек при мне нет.

– Прискорбно, мадам.

– А чего это опечалились так? У меня же ещё два дня в запасе. Как только товар будет на руках, буду ждать Вас на набережной.

Ван Гог насторожился.

– Я сам выберу место встречи.

Стало даже смешно.

– Нет. Прошлого раза мне хватило, чуть головы не лишилась. Теперь командовать парадом буду я. Считайте, что делаю Вам великое одолжение. Что значит жизнь малознакомого мальчика, когда на кон поставлены миллионы евро?

Художник ухмыльнулся.

– Так мальчика можно не возвращать?

Вот же козёл!

– Как будет угодно. Только тогда ищите свои цацки на дне Сены.

Ван Гог помолчал.

– Ладно. Договорились.