Чтение онлайн

Наш враг потерял левую руку и часть головы, отрастить которые ему не давали времени. Выстрелы артефактной «трёхлинейки» Адель почти не наносили урона, но явно отвлекали литейщика, а Луна проводила стремительные атаки с флангов, пока тот фокусировался на Мордреде. Я подключился к общему веселью, выжидая момент, когда мазутная тварь больше не сможет уворачиваться, но ждать пришлось немало. Противник прекрасно отличал выстрелы Адель от моих, и уклонялся всё так же молниеносно. На какое-то время я оставил Райнигун в кобуре, переключившись на полэкс. Даже жаль было пачкать хорошее оружие в столь мерзкой субстанции.

Но было у нас и одно преимущество — наш враг уставал быстрее, чем мы. Его сверхбыстрая и почти неуязвимая форма постепенно поддавалась, расплёскивалась в стороны под градом ударов, а контратаки становились всё более редкими и неточными. В конце концов его зажали в угол, и литейщик попытался вырваться, сделав отчаянный бросок в единственном направлении, где видел просвет. Серебряная пуля перехватила его в воздухе, оставив в центре «груди» отчётливую дыру.

Я скинул «Вуаль» и тяжело опёрся на полэкс. Дыра в центре мазутной твари стремительно разрасталась, обращая тело «босса» литейной в едкий чёрный дым. Спустя несколько секунд его не стало — и я окунулся в бледное пламя души Полуночи.

— Закончить… подготовка?

— Почти. Последние штрихи.

Лаахиза отстранённо кивнула, наблюдая, как Лита зажигает толстые чёрные свечи, расставленные по периметру охранного круга. Зажигает вручную, хотя могла бы и магией — чтобы не потревожить ритуальное пространство до поры до времени. Вслед за Лаахизой пришла Терра, последней — Кас. Новый короткий путь, установленный между развилистым коридором и «предбанником» темницы, работал без перебоев. В теории, Надзирателя можно было бы спокойно вытащить в тронный зал, но там, по замерам Литы, могло бы не хватить места на круг нужного размера. Пришлось сушить пол на бывшем экспериментальном полигоне, а затем уже готовить ритуал. К тому же, рядом с темницей старику было явно спокойнее.

Кто бы мог подумать, что вскоре он потеряет над ней власть?

— Это безумие, — повторил Надзиратель, но, надо сказать, не сдвинулся с места. — Ритуал смены слуги не всегда работает даже на очищенной территории. Ты убьёшь и меня, и Оррисса, а если особенно не повезёт — ещё и половину узников.

— Ты и так одной ногой в могиле, — спокойно сказал я. — Нет, даже обеими ногами, снаружи разве что макушка торчит. И когда ты умрёшь, вопрос очищения темницы станет в десять раз сложнее.

— И ты просто решил ускорить процесс?

— Я сто раз говорила, что нашла лазейку! — возмутилась Лита, выпрямляясь от последней зажжённой свечи. — Всё наверняка пройдёт как надо!

— Наверняка? — издевательски скрипнул Надзиратель.

— Почти наверняка.

С загрязнёнными слугами была проблема — в глазах Полуночи они считались опасными паразитами, даже договороспособные персонажи вроде Надзирателя и Арчибальда. Более того, Полночь как личность могла не иметь ничего против них, но Полночь как механизм — держала зуб. Отпустить кого-то из них, лишить статуса? Только с помощью хозяина, через испепеление. Помочь кому-то из них, вернуть утраченные силы или рассудок? Только с помощью хозяина, через очищение. Это же правило, как ни странно, относилось и к любой попытке серьёзного исцеления сторонними способами. Пока Надзиратель оставался в подобном статусе, у него не было надежды на спасение. Он рисковал стать первым слугой в истории Полуночи, скончавшимся от старости — будучи нежитью!

Но я не планировал отпускать его, пока он сам не пожелает уйти. И Надзиратель, при всём своём раздражении и открытой критике нашей затеи, хотел жить.

— Все готовы? — негромко спросил я.

Лита сосредоточенно кивнула, разминая все четыре руки, Лаахиза заняла своё место подле охранного круга. Надзиратель поморщился, поправляя конструкт пустого дыхания, перешедший к нему от Мордреда. Рыцарю Авалона больше не требовалась временная стабилизация, а вот старому тюремщику — ещё как. Я сжимал в ладони сосуд жгущего света, готовый активировать артефакт в нужный момент. Проблема в том, что это действительно будет момент, кратчайший промежуток времени, когда старик потеряет статус слуги, но ещё останется жив.

Лита затянула протяжную песню, жестикулируя всеми четырьмя руками с нарастающей скоростью. Лаахиза хрипло вторила ей, и их совсем непохожие голоса слились, образуя единый мощный мотив. Пламя свечей на охранном круге почти угасло, но в следующую секунду взвилось огненными столбами, опаляющими далёкий потолок.

Судя по лицу Надзирателя, его разрывала такая боль, какую не мог выдержать ни человек, ни мертвец. И всё же он терпел до последнего — а потом закричал.

— Я никогда не видела ничего подобного, — пробормотала Луна, присев на корточки возле литейного ковша.

Массивная конструкция не развалилась на куски, даже будучи использованной не по назначению сперва литейщиком, а затем Мордредом. Вот что значит, сделано на совесть.

— В моём мире это довольно распространённая технология. Но в Полуночи смотрится как настоящий прорыв.

— Я не только об этом предмете. Посмотрите вокруг, Вик, это место… оно невероятно!

Она была права. В целом после смерти «босса» зал выглядел на удивление целым. Да, множество вещей попадало сверху вниз, пол и стены нуждались в основательном ремонте, но с этим Полночь могла справиться и сама, без помощи бригады цвергов.

— Станет ещё лучше после очистки, — сказал я.

— Когда?

— Сложно сказать. Полночь ставит новые комнаты и расширяет старые до пары-тройки суток, но здесь такой объём работ… Возможно, неделя?

— Вам надо будет сразу призвать бронника! — выпалила Луна.

— Прямо сразу?

— Прямо сразу! Вы не понимаете, Вик, здесь идеальные условия для строительства драконьей кузни! Возможно, здесь уже хранится часть компонентов!

Задумка Луны была вполне понятна — как можно скорее наладить контакт с новым мастером, чтобы осуществить свою давнюю мечту. Признаться, мне тоже не терпелось соорудить наконец драконью кузню — эта штука становилась полезней с каждым разом, как кто-либо её упоминал. Переплавить драгестол и проклятые предметы, изготовить мощнейшие артефакты, в том числе оружие и броню, устранить неполадки в уже существующих артефактах — вроде моего нового доспеха.

Но для всего этого мне не требовался кто-то новый.

— Луна?

— Да, Вик?

— Мне кажется, с призывом можно повременить.

— Но как же…

— Не вешай нос. Скажи лучше, как ты смотришь на то, чтобы попробовать себя в новой профессии? Без отрыва от старой.

Бой был тяжёлым, чего уж там, и потому недоумение на лице оружейницы длилось дольше обычного.

— Вы предлагаете мне стать наложницей? — с подозрением спросила она.

— Если захочешь — конечно. Но сейчас речь не об этом.

Наконец-то, понимание. А за ним — невероятный, невыразимый восторг.

— Вы хотите сказать, что всё это… всё это будет моим?!

— Опять же, если захочешь.

Луна обхватила меня и сжала в объятьях — могучая, рыжеволосая и нестерпимо прекрасная. Наши одежды были насквозь пропитаны потом и кровью, перепачканы в «мазуте», а наши химические ожоги едва успели зажить. И всё же, она подарила мне такой поцелуй, что я всерьёз задумался, не стоит ли в самом деле провести ритуал назначения наложницы до всех прочих дел?