Чтение онлайн

— В чём твоя проблема с мужчинами-слугами? — спросил я в пустоту, неторопливо рассматривая вереницу кандидатов. — Если не секрет, конечно.

«Никаких проблем. Но нанять их не выйдет».

— Почему?

«Понятия не имею! Это началось после… травмы, и постепенно разрасталось».

В Полуночи мне не могли врать, но могла ли врать сама Полночь? Сложно сказать, даже в момент высочайшего единения, её мысли и намерения поступали ко мне вразнобой, бессистемно. Но о починке этой странности можно будет подумать потом, желательно проконсультировавшись с подходящими специалистами. Где их взять — тот ещё вопрос, но точно не в ритуале найма новых слуг…

А пока что начнём с того, что Полночь обещала мне во время разговора в сердце. Выбор для тех, кого я обрекал на печальную долгую жизнь.

— Агата? Агата Тафрок? Ты слышишь меня?

— Какого… дхорнга?! Кто здесь?!

Душа цвергки выглядела столь же свирепой, как и разозлённый барсук, в дом которого забралась незваная лиса. Она не до конца осознавала, что с ней произошло и происходит сейчас, но была готова сражаться до конца. Рвать. Метать. Оскорблять.

— Если ты успокоишься, я попробую объясниться.

— Да пошёл ты в задницу к гнилому трупоеду!

Первый блин — комом, да таким, над которым посмеялся бы даже лорд Роланд. Повиновение очищенного слуги гарантировала сила Полуночи, но я не хотел распоряжаться усмирённым рабом, у которого отобрали большую часть личности. Я бы попробовал поговорить с Агатой подольше, но пребывание в дальнем зове в рамках ритуала избрания жрало силы с невообразимой скоростью. Её гнев оказался слишком силён, и я оставил её душу в беспокойной дрёме.

— Лилиана?

— Да?… Да, это я.

— Мы можем поговорить?

— К… конечно. Кто ты, незнакомец?

— Я — лорд Виктор, хозяин Полуночи. Первым делом — прости за то, что с тобой произошло. Мы не можем вернуть тебя к прежней жизни, но есть иной выход.

Лилиана Ош, милая русоволосая девушка в очках с толстыми стёклами, внимательно выслушала моё предложение. Пока я говорил, то чувствовал её душу с новой силой — у неё в самом деле имелся талант механика, толком не раскрытый в её мире. Она была дочерью часовщика, и многому научилась от отца, только вот мастерскую забрали за долги. Здесь, в Полуночи, ей предстояло бы многому научиться, но если вечность на что-то годится, то именно для этого.

— Ты готова принять эту должность? — спросил я в конце, и ощутил, как её душа затрепетала, почувствовав возможность пробуждения.

Затрепетала… и тут же затихла.

— Прости… нет.

— Могу ли я узнать, почему?

— Этот замок… это самое страшное место, что я когда-либо видела. Оно… убило меня, просто так, без сомнений. Я не могу представить, как буду жить в нём, тем более — работать… Я никогда к нему не привыкну.

И я почувствовал, что она говорила правду.

— Прошу… сделай так, чтобы я снова уснула.

— Как скажешь.

Хотел бы я пообещать ей, что найду способ освободить её душу от плена Полуночи. Но нельзя давать обещаний, которые могут быть не исполнены.

— Хагга?

— Да!

— Мы можем…

— Да!!

— … поговорить. Меня зовут лорд Виктор, хозяин Полуночи. Если ты не против…

— Да, да, да!!!

В душе девушки-мимика пылала бешеная энергия, схожая с энергией Агаты. Но направлена она была не на ярость, а желание жить, желание такой неодолимой силы, что оно било наотмашь сквозь астральную среду. Она не пыталась смутить меня, она в самом деле настроилась на меня в ответ, так что понимала вопросы до того, как те были заданы. Ей больше не хотелось спать, о нет, ей не терпелось вернуться в замок — который она знала и любила — чтобы навести кипеж, построить десятки новых ловушек, изучить сотни чертежей!

А ещё — как следует пожрать.

— Учти, — всё-таки умудрился вклиниться я в поток мысле-эмоций. — Человечину не подаём. Свинина в качестве альтернативы.

Она на миг задумалась, а затем снова просияла.

— Да это же одно и то же!!

Я скорее вылетел, чем вышел из дальнего зова, тяжело дыша и утирая набежавший пот. А прямо передо мной, в самом центре тронного зала, от пола до потолка поднимался столб бледного пламени души Полуночи. Совсем как в те разы, когда я испепелил механика и литейщика — только раза в три толще и ярче. На него одновременно было совершенно невозможно смотреть, и невозможно оторвать взгляд.

— Ха! — раздался откуда-то слева от меня ликующий голосок Кулины. — Я знала, что Вик возьмёт её! Луна, с тебя монета!

— На что ты её вообще собираешься тратить?

— А это уже моя забота!

— Тише, — это уже была Кас. — В Полночь прибыла новая слуга. Встретим её с достоинством.

Торжественный момент, кто спорит? Знаковый. Теперь я в полной мере стал хозяином Полуночи, вершителем судеб — желал того или нет. Но совсем идеально было бы, если бы в этот миг я не потел как после десятикилометрового марафона и не тратил все силы, чтобы удержаться на троне прямо.

Наверное, со временем станет полегче.

Посреди тронного зала стоял сундук.

Определённо, это был самый крупный из всех сундуков, что я когда-либо видел в Полуночи. Широкий и пузатый, вырезанный из благородного тёмного дерева, обитый кованым железом, с крышкой, щедро украшенной драгоценными камнями. Такой сундук можно было бы продать, даже не открывая, и выручить немалую сумму. Но невольно напрашивался вопрос: если сам сундук — это сокровище, то что за богатства хранятся внутри?

— Помогите! Помогите, прошу!

Молящий девичий голос, чистый, но с лёгким надрывом, мог заставить дрогнуть сердце каждого мужчины… и, возможно, некоторых женщин.

— Умоляю! Не проходите мимо! Злодеи заперли меня в этом сундуке, и я не могу выбраться!

Если немного прислушаться, то несложно было понять, что голос определённо раздаётся от сундука, а не из сундука. Слишком чистый, звонкий, совершенно не приглушённый толстой деревянной крышкой. Но незнакомка звала и стонала настолько убедительно, что вполне можно было упустить эту незначительную деталь.

— Спасите! У меня забрали всю одежду, и драгоценные камни врезаются в моё незащищённое обнажённое тело! А самый большой сапфир они запихнули мне прямо в…

— Гхм! — громко кашлянул я, и голос от сундука ненадолго умолк.

А затем — разразился хохотом и словно взорвался изнутри.

Миг спустя перед нами стояла зеленоглазая девица, с взъерошенными рыжими волосами и лыбой от уха до уха, гордо упирающая руки в боки. На её лице, плечах, руках и ногах остались следы, напоминающие текстуру тёмного дерева и кованого железа, но они смотрелись скорее как татуировки. Никаких шансов, что она могла свернуться, аки трансформер, и принять форму сундука — тут явно был замешан метаморфизм или магия превращения. Не считая этих следов, девица оказалась совершенно нагой, гордо выставив на всеобщее обозрение формы, не уступающие формам Кулины.