Какой скандал! (Это просто смешно)
Шрифт:
Когда Ю Вань Инь в прошлый раз убила человека руками наложницы Шу, она не видела трупа Сяо Мэй. Тогда её вырвало. Сейчас же, глядя на труп перед собой, она не почувствовала отвращения, а лишь некую нереальность происходящего. Сцена перед глазами казалась сном, а мертвец — реквизитом. В конце концов, разве этот мир не является фальшивкой?
— Госпожа! — окликнул её тайный страж, возвращая в реальность. — Вы ранены?
Её желудок с опозданием начал болезненно сокращаться, но она сжала зубы, чтобы не поддаться боли. Нет, в этом мире всё же был кто-то настоящий. Она повернулась к Яну Дуоцзе и резко сказала:
— Докладывай.
Ян Дуоцзе кратко изложил ситуацию.
Голова Ю Вань Инь быстро работала. Она посмотрела на четырёх тайных стражей, сопровождающих её, и указала на двух из них:
— Вы двое, возьмите господина Яна и идите за подмогой.
— Есть!
— Господин Ян, — она похлопала его по плечу, — будущее Великой Ся теперь зависит от вашего красноречия.
Ян Дуоцзе ушел.
Оставшиеся тайные стражи смотрели на неё с сомнением:
— Госпожа…
Ю Вань Инь, бледная как полотно, крепко сжала оружие в руках:
— Со мной всё в порядке, мы должны скорее подняться на гору.
В её спутанном сознании внезапно возникло неуместное воспоминание: почему она не поцеловала его под светом фонарей прошлым вечером?
* * *
Тайные стражи быстро несли Ян Дуоцзе, приближаясь к городским воротам. Его одежда была в крови, и стражники у ворот немедленно преградили им путь.
Ян Дуоцзе охрипшим голосом прокричал:
— Где командующий Чжао? Немедленно отведите меня к нему!
Чжао Учэн заранее отдал приказ докладывать о любых подозрительных событиях.
Стражники не осмелились медлить и послали за командующим.
Увидев раненого Ян Дуоцзе, Чжао Учэн почувствовал облегчение: похоже, план принца почти удался.
Ян Дуоцзе всё ещё умолял о помощи, но Чжао Учэн перебил его:
— Кто ты такой?
— Я… — Ян Дуоцзе назвал своё имя.
Чжао Учэн погладил бороду и усмехнулся:
— С таким видом и в компании каких-то крестьян, вы осмеливаетесь называть себя человеком из Бюро небесных предсказаний и требовать мобилизации императорской гвардии?
Ян Дуоцзе затрясся от гнева и стал лихорадочно искать на себе доказательства своей личности, но всё, что могло подтвердить его слова, было утеряно во время его беспорядочного бегства.
Чжао Учэн отдал приказ:
— Заберите его под стражу для допроса.
Кровь в жилах Ян Дуоцзе застыла. Он мог бы найти способ доказать свою личность, но сколько времени это займёт? К тому времени, останется ли кто-нибудь живым на той горе?
* * *
Под проливным дождём Бэй Чжоу и Туэр обменялись сотнями ударов, но никто не мог одержать верх.
По мастерству Бэй Чжоу значительно превосходил Туэра, у которого работала только левая рука. Но Туэр был готов умереть и сражался так, будто хотел забрать с собой Бэй Чжоу. Бэй Чжоу же беспокоился за Сяхоу Даня в храме, и поэтому временно был в невыгодном положении.
* * *
В храме.
Независимо от того, были ли это нападающие или стражники, почти все лежали на полу, кто-то мертв, кто-то ранен и не мог двигаться.
Во всем большом зале остались стоять только трое яньцев.
Эти люди были лучшими воинами Туэра, прошедшими через огонь и кровь. Они не ослабляли хватку даже в этот решающий момент. Используя тела погибших стражников как щиты, они медленно, но неумолимо приближались к своей последней цели.
Сяхоу Дань сидел в глубине зала, кровь текла из его груди. Он держал пистолет и направлял то на одного, то на другого, как будто выискивая их слабые места.
Только он сам знал, что это всего лишь блеф. В пистолете больше не осталось патронов.
Противники продолжали медленно приближаться.
«Сегодня мне действительно не вернуться», — подумал Сяхоу Дань.
Он оглянулся на вдовствующую императрицу, которая была на грани смерти, и почувствовал горькое сожаление. Если бы он знал, что не переживет этот день, он бы не тратил ту пулю на её ногу, а убил бы её, чтобы она умерла вместе с ним.
У него было так много сожалений.
Он не увидел, как принц преклоняет перед ним колени. Он не увидел, как война между странами заканчивается, а в Янь созревает обильный урожай проса. Он не выполнил свои обещания перед Цэнь Цзиньтянем и другими министрами, не дал им увидеть мир и процветание Великой Ся.
Множество сожалений пролетали в его голове, как тени. Самое яркое воспоминание, которое оставалось в его разуме, было о маленьком кипящем горшке с горячим бульоном в холодном дворце.
Если бы он мог увидеть её ещё раз…
Раздались три выстрела.
Трое человек перед ним один за другим упали на землю, открыв позади себя открытую дверь.
В чёрной дождливой ночи появилось фигура, шаг за шагом поднимавшаяся по разрушенному залу.
Из темной завесы дождя появилась фигура, медленно приближаясь к разрушенному храму.
Дождь смыл грим с ее лица, длинные мокрые волосы прилипли к бледному лицу, в глазах ещё не исчез холод, с которым она стреляла.
Она не ждала его возвращения.
Она пришла за ним, как в ту ночь, что была очень-очень давно.
* * *
В тот день Ан Сянь внезапно сказал ему:
— Наложница Ю, которая сегодня будет спать с вами, немного странная. Её макияж и наряд совершенно другие, нежели обычно…
— Что ты имеешь в виду?
Ан Сянь с удивлением ответил:
— Ваше Величество, вы велели сообщить, если наложница, которая придет делить с вами ложе, будет чем-то отличаться от остальных.
Он вспомнил, что этот приказ был отдан много лет назад, когда он ещё не оставил попыток найти другую, такую же как он, попавшую в этот мир. С тех пор прошло столько времени, что он почти забыл об этом.
Тем не менее, он решил, что лучше всего пройти старый ритуал, позволив тайным стражам подготовиться. Когда женщина подошла и встала на колени перед его ложем, он сказал: «Убирайся». Затем, изображая человека, только что попавшего в этот мир, он спросил стражей: «Она умрёт, если не останется на ночь?».