Чтение онлайн

Мы с сыном вперились в пластину взглядом, так сказать, себя не жалеючи. Тут же голубой экран телевизора… потух. Диск с лопастями, медленно прокрутившись один раз, остановился. Мы с сыном ошеломленно посмотрели друг на друга. Ну и дела!!! Вот так поразвлекались!! Немного не рассчитали… Завтра – 31 – ое, а у нас телевизор не работает. Как же поздравление президента, под которое обычно выпивается бокал шампанского, как праздничная программа? Что теперь нам делать?! Признаваться главе семьи, который в это время находился в другой комнате, не стали. У него характер вспыльчивый, вот будет, что послушать… Пришлось мужу срочно искать специалиста по ремонту телевизоров.

Поломка оказалась небольшой – перегорел предохранитель. Но мы с сыном больше такие эксперименты не проводили.

А мужу в содеянном я призналась сразу после праздников.

Ранним утром воздух сотряс отчаянный лай наших трех собак. Басом, то лаял, то срывался на вой наш пес – Блэк. Найда и Глюка, имеющие жилища за домом, захлебывались лаем высокого тона, выдающем их принадлежность к особам женского пола. Перекрывал всю эту собачью какофонию отчаянный визг, явно попавшего в беду, животного. Боль и страдание слышались в этом жутком звуке. Работавший во дворе муж, оставив свое занятие, тут же кинулся вниз, ориентируясь на источник звука – к забору, отделявшему наш участок от соседского. Его глазам предстала ужасная картина: на соседском, уже убранном от остатков урожая и приготовленном к зимней перекопке огороде, извивалась и корчилась на земле довольно крупная, черная собака. Она, то кричала от, по всей видимости, невыносимой боли, то кусала себя за свою правую заднюю лапу. Ей казалось, что именно она приносила такие страдания. То принималась слизывать струящуюся по лапе кровь. Собака явно не понимала, что с ней происходит. Почему что-то железное и страшное вцепилось своими зубами ей в лапу и не дает ей убежать? Снова и снова кусала она непонятную штуку в попытке освободиться.

Я, услышав тревожащий душу шум, оставив свои кухонные дела, тоже поспешила узнать в чем, собственно, дело и не нужна ли моя помощь. Встав рядом с мужем, тоже своими глазами увидела весь этот кошмар. Мы стояли и не знали, что же нам предпринять и, как помочь бедному животному. Собака с надеждой взглядывала на нас, ожидая помощи. А мы решали, как нам быть… Перелезть через чисто символический забор мы, конечно, могли бы. Но, ведь, как вторгнуться на чужую частную территорию? Какому хозяину понравится, что на его огороде распоряжаются чужаки? Можно нарваться на бо-о-о-льшие неприятности. Да и как освободить пса? Как он среагирует на незнакомых ему людей? Может быть, подумает, что именно мы – источник страшной боли и покусает нас? Да и как снять этот жуткий капкан?

Покрутились, покручинились, и так ничего не придумав, пошли каждый по своим делам. Мы надеялись, что хозяин огорода тоже слышит эти звуки, издаваемые пойманным в капкан псом, и выйдет узнать, в чем же дело, да и освободит несчастное животное. Но… Вой все продолжался и продолжался без конца и края. Пес кричал и кричал. Слышать это не было никаких сил. И надежда, что пса освободят, быстро таяла. Подойдя опять к мужу, я, со слезами на глазах, сказала, что я больше не могу этого выдержать. И зря мы надеемся, что человек, поставивший капкан на собак и кошек, отпустит просто так свою жертву на свободу. Я видела только один выход из создавшейся ситуации: попытаться выкупить пса. Получив от мужа, который был со мной во всем согласен, 50 гривен, я отправилась в путь. Необходимо было пройти где-то с километр, чтобы окружный путем добраться на параллельную улицу, где и находился дом наших «нижних» соседей. Как могла быстро (сильно болела поясница), шла я к заветному дому, волнуясь и переживая, как бы это мне получше провести переговоры, и убедить хозяина капкана согласиться продать мне песью свободу.

Наконец-то, придя к нужному мне дому, стала истошно кричать: «Хозяин, хозяин!!!» Из дома вышел парень, видно, хозяйский сын. Срывающимся и дрожащим от удерживаемых слез, голосом я объяснила ситуацию. Очень просила освободить животное, уверяя, что теперь – то уж, попав в такую переделку, эта собака больше «ни лапой» в их огород. Что, мол, будет обходить их территорию десятой дорогой. Сказав, что эти коты и собаки их «задолбали», парень пошел в дом рассказать, очевидно, отцу о создавшейся ситуации. Я надеялась, что ко мне сейчас выйдет хозяин дома, и я предложу ему деньги за освобождение пса. Тут из дверей дома показался сухощавый невысокий мужчина, который, даже не взглянув на меня, стремительно пошел в сторону огорода. В руках он держал… большущие острые вилы. От ужаса я вся затряслась. И заверещала каким-то не своим, а тоненьким пронзительным голосом: «Прошу вас, умоляю, не убивайте собаку!!!».

Он, обернувшись на мгновение, молча зашел в огород. Хозяйственные постройки скрыли его от моих глаз. Коленки у меня тряслись, из глаз ручьем лились слезы. «Если сейчас услышу визг умирающего животного, я точно потеряю сознание», – подумала я, напряженно вслушиваясь в происходящее на огороде. Там негромко взвизгнула собака, но это был совсем не тот предсмертный звук, который могло бы издавать убиваемое вилами животное, и который я так боялась услышать.

Спустя некоторое время в моем поле зрения показались две фигуры: мужчина и черная, хромающая собака. Мужчина вел ее на цепи, не глядя на меня. Я смотрела во все глаза. Он подошел к будке, что стояла рядом со входом в огород, и стал цеплять собаку за колышек. Не веря своим глазам, я спросила: «Так это ваша собака?!». Мужчина кивнул.

Вот уж поистине – «не рой яму другому…». В капкан попалась его собственная собака. Мне было очень жаль бедную псину. Я только пролепетала: «Спасибо, что освободили». И тихонько пошла в обратный путь, счастливо улыбаясь, радовалась, что все так хорошо закончилось…

Приближался Новый год. Нашему ребенку к тому времени было четыре года. Втихаря были куплены и спрятаны подарки. На балконе, источая запах праздника, стояла елка. Как же без елки, если в доме есть ребенок? Наступило 30 декабря. Наш мальчик набегался, напрыгался, покушал и лег поспать, как его приучили в детском саду.

А мы с мужем, полюбовавшись спящим сынком, решили сделать ему сюрприз. Представили, как он будет радоваться, проснувшись и увидев наряженную елку. Стараясь не шуметь, установили ее в крестовине и принялись с азартом украшать. Мы сами были, как дети. Вешали разноцветные шарики и прочие симпатичные игрушки. Муж вешал игрушки вверху, поскольку он у меня высокий мужчина, а я – понизу. Елка преображалась на глазах. Поверх искрящихся на свету стеклянных игрушек в качестве завершающего элемента набросили серебряный и золотистый «дождик». Вот уже замигали разноцветными лампочками гирлянды. На самом верху елки угнездилась, как полагается, звезда. Лежали легкими хлопьями кусочки ваты на ветвях, изображая снег. Елка была восхитительно красива!

С нетерпением ожидали мы пробуждения ребенка. Хотели увидеть первые проявления изумления и радости на его лице и с радостными улыбками смотрели на него. Вот мальчик наш пошевелился, потянулся и открыл глаза. Ничего не понимая, смотрел на сверкающее чудо. Потом глаза его широко распахнулись, на лице возникла эмоция, которую мы, – его родители, жадно глядевшие на лицо своего ребенка, никак не ожидали увидеть. Лицо его исказила… обида. «Зачем? Зачем вы это сделали? Я сам хотел!!»– проговорил он. Из глаз его прямо таки струями хлынули слезы.

А мы с мужем стояли, не веря ни своим глазам, ни своим ушам. Стояли, молчали, опустив руки и, не знали, что же нам делать. «Мы же хотели тебе сюрприз сделать», – пролепетала я еле слышно. «Ну, давай, я сниму все украшения, и ты сам нарядишь елку», – предложила я тихонько. Сын отказался. Все было испорчено.

Мы, сами того не ведая, и, желая сделать, как можно лучше, лишили ребенка радости. Он сам хотел сотворить чудо, – превратить обычное дерево в таинственное, загадочное, праздничное совершенство.

Нам было очень неудобно перед мальчиком. Что же, не угодили. Как говорится: «Благими намерениями…». Бывает… Больше таких ошибок мы не совершали.

В 1976 году мы жили в Армении. На самой границе с Турцией. Муж мой, в ту пору старший лейтенант, я и наш старший сынок, которому тогда было два с половиной года. Городок, в котором мы жили, был маленьким. Но кинотеатр там имелся. И мы, не часто, но ходили в кино. Вот и в наступивший воскресный день тоже решили сходить немного поразвлечься. Сына с собой взяли. Бабушки и дедушка были далеко – за тысячу километров, оставить ребенка было не с кем. Нарядилась в красивую праздничную одежду сама, нарядила ребенка, муж пошел в форме, так ему было привычнее.