Чтение онлайн

Гу Лунмин тоже это услышал и даже немного обалдел:

— Бл*ть, они что там натворили? Хотят весь их род разозлить?

— Не знаю…

Храмовый сторож, услышав треск, явно рассердился, поднялся и направился внутрь.

Через секунду они услышали его крики, а потом Янь Шихэ и его напарница Сяо Цянь выскочили из храма как ошпаренные.

Гу Лунмин тут же стёр с лица выражение радости чужому горю, нацепив маску беспокойства, и обратился к ним:

— Вы в порядке?

— В порядке, — ответил Янь Шихэ, — просто недоразумение… — Он глянул на Сяо Цянь.

Девушка обиженно уставилась на него в ответ и тихо пробормотала:

— Но меня правда кто-то толкнул, иначе я бы не упала на эти таблички…

— Не делай поспешных выводов, — вставил Гу Лунмин. — Возможно, это был не «кто-то», а «что-то».

Сяо Цянь едва не расплакалась.

Линь Цюши подумал, что лучше бы Гу Лунмин вообще молчал.

К тому времени уже начало темнеть, и четверо решили вернуться в своё жилище.

Погода здесь стояла не очень тёплая, и даже днём в небе висели тяжёлые тучи, а около шести часов вечера посёлок уже погружался в тишину, будто наступила глубокая ночь, и только красные фонари одиноко покачивались от ветра.

Вернувшись во двор, где они жили, Линь Цюши снова увидел хозяйку, которая встретила их вчера.

На этот раз она была одета по-другому, сидела среди акаций во дворе и что-то прижимала к груди. Сначала Линь Цюши подумал, что это ребёнок, однако, проходя мимо, заметил, что женщина обнимала ярко-красное одеяльце, похожее на то, в которое заворачивают младенцев.

Линь Цюши как раз задумался об этом, когда Гу Лунмин снова дунул ему в ухо и спросил:

— На что смотришь?

Вздрогнув от щекотки, Линь Цюши беспомощно попросил:

— Ты не мог бы больше так не делать? Очень щекотно.

— У тебя уши шевелятся, когда на них дуешь. Так мило.

Линь Цюши сердито бросил:

— Следи за своим поведением, не забывай о статусе старшеклассницы!

Гу Лунмин:

— …

Он молча достал из кармана заколку в виде морковки и прицепил на волосы.

Линь Цюши:

— …

Я сдаюсь.

Пока они говорили, хозяйка поднялась и медленно удалилась.

— Идём, пора ужинать, — сказал Линь Цюши.

Гу Лунмин радостно закивал.

Сегодня из-за несчастного случая на берегу реки они лишились одного члена команды, и теперь за столом осталось одиннадцать человек.

За ужином Гу Лунмин признался, что для него самое счастливое время — когда он ест. И спросил Линь Цюши, когда тот чувствует себя счастливым.

— Когда покидаю мир за дверью, — ответил тот.

— Тоже верно…

— Ты правда только четвёртый раз за дверью? — сказать по правде, Линь Цюши считал, что Гу Лунмин слишком хорош для новичка, не похоже, что это его четвёртая дверь.

— Ага! — Гу Лунмин вытер рот. — Но в реальности я занимаюсь тем же самым.

— Чем же это? — удивился Линь Цюши. — Ловишь призраков?

Гу Лунмин кивнул.

Линь Цюши долго молчал, прежде чем заговорить опять:

— В реальности тоже встречаются призраки? — Когда же его, убеждённого материалиста, уже оставят в покое?

— Нет! — спокойно ответил Гу Лунмин. — То есть, другими словами, на самом деле я просто мошенник…

Линь Цюши:

— …

И ты так легко в этом признался?

Тяжко вздохнув, Гу Лунмин добавил:

— Я и не думал, что мои навыки где-нибудь ещё пригодятся. Но тут со мной случились эти двери. А ты в реальности чем занимаешься?

— Безработный.

Раньше работал, но теперь целыми днями глажу кота и сплю. Стал ленивой задницей без целей в жизни.

Гу Лунмин уж было сочувственно улыбнулся, однако Линь Цюши прибавил:

— Иногда получается найти халтуру, подзаработать деньжат.

— Слушай, мы ведь уже такие хорошие друзья…

— Скидок не даю.

— Линьлинь, ну и безжалостный ты человек! Но ты мне нравишься. Мне нравится именно это в тебе!

Линь Цюши подумал: «Если тебе это правда нравится, я могу ещё более безжалостно поднять цену».

Ночь

Пока они ужинали, снаружи стемнело.

Все члены команды вернулись в свои комнаты, чтобы готовиться ко сну, и Линь Цюши с Гу Лунмином не стали исключением. Линь Цюши, наскоро умывшись, не торопился на боковую. Он подошёл к окну и принялся наблюдать за комнатами напротив.

Именно возле тех комнат вчера плакал скелет ребёнка. В них поселились две пары, то есть, четверо человек. И там же находилась комната, из которой вчера переехал Линь Цюши.

Днём он не обнаружил в комнате ничего необычного, кроме маленьких дырочек в бумажном окне, которые легко было не заметить.

Окно в комнате делилось деревянной перекладиной на верхнюю часть, застеклённую, и нижнюю, закрытую бумагой. Стоя можно было разглядеть всё, что происходит снаружи, но если сесть, уже ничего не увидишь.

— На что смотришь? — спросил Гу Лунмин, уже устроившись в кровати.

— Хочу узнать, чем отличаются те комнаты от нашей, — ответил Линь Цюши. — А ты пока поспи.

— Так давай вместе посмотрим?

— Меня одного достаточно. Я не буду наблюдать слишком долго. Засыпай, всё равно ничем не сможешь помочь.

Гу Лунмин, ещё немного поглазев на Линь Цюши, всё-таки не смог бороться со сном, широко зевнул, отвернулся к стене и уснул, пары минут не прошло.

Глядя на него, Линь Цюши невольно вспомнил Жуань Наньчжу… Тот точно так же засыпал, едва коснувшись подушки. Хотя, стоит заметить, что все, кто входил за дверь вместе с Жуань Наньчжу, засыпали ещё быстрее него, даже Чэн Исе не стал исключением.

Спустилась тёмная ночь, по веранде пролетел порыв ветра, от которого закачались красные фонари под стрехой.

Они давали довольно тусклое освещение, и Линь Цюши с трудом мог различать, что происходит снаружи. Посмотрев на часы, он заметил, что стрелка приближается к полуночи.

Линь Цюши решил дождаться двенадцати, а потом, если ничего так и не произойдёт, ложиться спать.

Размышляя об этом, он поднял взгляд и вдруг заметил в конце коридора на веранде напротив какие-то красные фигуры, которые медленно перемещались в темноте. Когда неизвестная процессии оказалось под светом фонаря, Линь Цюши наконец смог рассмотреть, что же это такое.