Чтение онлайн

Слова и тон тысяцкого шли настолько в разрез с ним самим, что Валлен в изумлении поднял брови. Деннингтон славился своим буйным нравом, привычкой говорить прямо и отсутствием чувства юмора. Не понимая, что происходит с другом, наместник спросил:

– Да что с тобой сегодня, Уилл!?

Деннингтон усмехнулся, но абсолютно неестественно - скривились лишь его тонкие губы, тогда как верхняя часть лица осталась неподвижной.

– А то, друг мой, что пораскинул я мозгами досуг. Не скрою, твои планы привлечь этого сотника мне не нравились. Да они большинству совета не по нраву были! Ты что обещал? Что до совета общего не станешь ничего предпринимать, так?

– К чему ты ведешь?
– спросил Валлен с легким оттенком льда в голосе.

– Да вот оказия - твой сынок от рук отбился, не послушался и самолично пошел с предателем переговоры вести.
– продолжил Деннингтон, не обратив внимания на реплику Аддерли.

– Он свое получит за своевольство.
– уже жестче ответил тот.

Тысяцкий пристально поглядел на него и стал говорить дальше:

– Не об том речь. А про то, что в Калтонхолле без твоего ведома ничего не делается. И уж, тем паче, не выходят имперские преступники на волю. Ловко ты провернул - дескать, все сын мой нерадивый, я не причем! Но, раз уж дело сделано... Как ты там сказал? "Трудные времена требуют суровых мер"?

Наместник чуть сжал губы и размеренно произнес:

– Так было надо.

– Ах, надо... И ты у всех за спиной такое сотворил, друг?
– сказал Уилл, недвусмысленно выделив последнее слово. - Ты в последнее время только и распинался в речах, что мы перед лицом угрозы едины быть должны... А сам? Валлен, мы с тобой выросли вместе, пережили немало, выручали друг дружку сколько раз - а как приперло, ты меня как наивного простака обманул.

После его речи наступила тишина. Валлен предполагал, что его действия по привлечению к обороне города пойманного разведчика рано или поздно откроются, и он предусмотрел свои объяснения совету и жителям, но что говорить, если это станет чьей-то личной обидой, он не придумал. Деннингтон же высказал все, что хотел, и теперь ждал объяснений.

– Послушай, Уилл, - как можно спокойнее ответил наместник.
– я пошел на это во благо Калтонхолла, а не с целью тебя обмануть. Пойми же, нужен он нам! Из моих и твоих людей никто и близко по опыту с ним не сравнится.

Тысяцкий лишь сокрушенно покачал головой и возразил:

– Хватит говорить со мной, словно я дитя несмышленое! Ты о благе города рассуждаешь, а сам слеп, как крот. Неужели ты сам не видишь, что в Калтонхолле неспокойно, настроения другие из-за войны настали, и многие нас не поддерживают уже. Грифонов потравил кто-то, слухи распускаются о войне самые нелепые. И главное - боятся люди, а страх многие беды кормит. Некоторые прямо заявляют, что власть нынешняя всему виной. А своими тайными интригами ты только число своих врагов множишь! Дошло до того, что ты самого близкого друга обманул!

– Известно мне про то!
– с жаром отозвался наместник.
– И я позабочусь обо всем, не сомневайся. Это мой город, и я сделаю все, что понадобится для его защиты.

– Ты всего лишь человек, друже. И ежели ты останешься один, с Калтонхоллом тебе не совладать.

– Это угроза?
– уже другим тоном спросил Валлен.

– Это реальность, которую отрицать нельзя.
– припомнил наместнику его же слова Деннингтон.

Наместник понял, что спор он проигрывает. То, что говорил Деннингтон, было очевидно и ему - кому, как не Аддерли, было знать, насколько трудно держать Калтонхолл в узде. Положение же сейчас было хуже некуда - недовольство людей достигло пика, из-за войны многие остались без средств, вдобавок в город бежали люди из Иренвигского надела. Стражи практически не осталось, и контролировать народ было все трудней и трудней. Но известно ему было и другое - без срочных и зачастую спорных мер город обречен.

– Думаешь, неправ я, что тайком все провернул, так? А не из обиды ли своей ты говоришь это, Уилл?

– Не мне тебя судить. Правильно то было али нет - время покажет, а обида - удел глупцов. Я просто сделал выводы, и отныне я хочу быть посвященным во все твои замыслы. Только сообща мы сможем спасти город, который, кстати, и мой тоже.

– И что ты предлагаешь?
– уже спокойнее спросил Валлен.

– Нужно людей сплотить, и разброд на корню пресечь, Валлен.
– серьезно сказал Деннингтон.
– Как - это уже другой вопрос, в правлении ты мастак, куда мне. Но пообещай - больше никаких хитрых замыслов за моей спиной!

– Хорошо, друг.
– абсолютно бесстрастно отозвался Валлен.

– На том и остановимся.

С этими словами он направился к выходу, выдав напоследок вторую за день - если не за всю жизнь - остроумную шутку:

– А то вдруг окажется, что ты и криганов на подмогу позвать решил? - сказал он и, отодвинув засов, вышел вон, оставив немало удивленного такой рассудительностью Валлена стоять посреди собственного кабинета.

___________________________________________________________________________

Ближе к вечеру объявились и добровольцы отправиться в разведку к Иренвигу. Их было четверо - двое местных братьев-охотников, один из наемных солдат Нортонов и мальчишка-пастух из беженцев. Наместник был весьма разочарован - он полагал, что за такую сумму желающих окажется куда больше. Тем не менее, Валлен Аддерли поблагодарил их за храбрость и приказал вызвать своего пленника к нему. Прибывший под стражей Реджинальд как мог объяснил разведчикам, на что нужно обратить внимание в первую очередь и как добыть нужные сведения, хотя особой надежды, что они это поймут и запомнят у него не было. Аддерли также напутствовал их, сказав, что это очень важная услуга для Калтонхолла, и обещал не забыть ее. Добровольцы откланялись и отправились в путь.

__________________________________________________________________________

В одной из грязных харчевен рядом с доками за щербатым шатающимся столом среди других таких же пьяных кучек сидели четверо портовых рабочих. Они были завсегдатаями этого заведения и давно привыкли оставлять здесь все те жалкие медяки, которые получали за перетаскивание товаров и грузов в доках.

– А провались они все!
– рявкнул один из них, отнимая сколотую кружку ото рта и вытирая губы засаленным рукавом истрепанного зипуна.
– Управитель опять брешет, что работы нет - мол, война. А мне-то што делать, а? Побираться? Так выгонят, как пить дать.

– Твоя правда, Роб.
– вторил ему другой, вечно кашляющий исхудавший мужичок.
– Только и болтают про то, а сами, поди, жрут в три горла! Видал дочурку хозяина вчерась - ряшку отъела, так бы и вцепился, ей-небо!

– А ты посватайся до нее!
– ехидно посоветовал здоровый детина с черной бородой, бывший заводилой среди них.
– Авось, и допустит тебя к себе.

– Ох, я б ее тады приголубил! Вовек бы запомнила да ходить бы три дня не могла!

Компания разразилась глупым пьяным гоготом.

– Так оно и есть.
– вступил в разговор четвертый, коренастый и невысокий парень с избитым оспой лицом и гнилыми зубами.
– Что в империи, что здесь - простому люду житья не дают, кровопивцы.

– А теперича еще и в ополчение велят идти.
– кашляя, сказал второй.
– Господа купцы дюже спужались нежити иренвигской.

– Ни в жисть не заставят!
– с пьяной решительностью проревел первый, мотая рыжей головой.
– Што у меня, жизня не одна што ли? Сами пущай выворачиваются!