Чтение онлайн

"Гусь свинье все одно не друг." - самодовольно думал Хедрик, отъезжая от братьев. Он решил забрать к востоку от Короткого тракта, ближе к берегу Лоссен, чтобы по речным деревням добраться до земель нежити - а уж там действовать по обстановке. К исходу дня он продвинулся южнее Ручьев, обойдя их за восемь верст по самой реке, дабы не оставлять за собой следов. Все деревни на его пути были брошены, и ни один человек ему не повстречался. Не обнаружил он и никаких признаков присутствия нежити. Как ни старался Хедрик увидеть хоть что-нибудь из того, о чем им всем говорил тот выпущенный Аддерли сотник, ничего не находилось.

Хедрику претило внимать советам изменника, как нужно вести разведку и на что следует обратить внимание, но, выслушав его, он не мог не признать, что тот рассуждает здраво. Волей-неволей ему пришлось следовать этим советам, ибо он понял, что самостоятельно врага ему не отыскать.

Заметил он и кое-что такое, о чем сотник не упоминал - вся округа будто вымерла. Хедрик знал, что многие, спасаясь, бросили скотину и домашних животных, а иренвигские рощи издавна были полны всякого зверья. Нынче же местность была погружена в гробовую, жуткую тишину - ни мычания коров, ни лая собак, ни даже пения птиц. Назойливая летняя мошкара - и та куда-то исчезла, чуя дыхание смерти. Более того, Хедрик обратил внимание на то, что и мертвых туш брошенного скота не было в тех деревнях, через которые пролег его путь. Складывалось впечатление, что сама жизнь ушла из этих краев, не оставив даже напоминаний о своем присутствии. Жеребец под Хедриком тоже вел себя странно - дрожал, временами плохо слушался наездника и норовил встать на ровном месте. От всего этого становилось не по себе, страх тронул сердце отважного наемника.

Когда сгустились сумерки, он оказался в очередной брошенной деревне - десяток изб ютилась вокруг каменной мельницы на длинном пологом холме. Он решил переночевать здесь, опасаясь ехать в темноте. Он нашел деревенскую конюшню и поставил своего скакуна в стойло, набросив сбрую на деревянную перекладину. Привязывать или стреноживать коня он не стал, на случай, если придется уходить в спешке. Сам Хедрик устроился на ночлег здесь же, в конюшне. Он тщательно проверил помещение, обозначив для себя пути отхода, повесил на дверь и единственное оконце припасенные бечевки с маленькими колокольчиками для тревоги, и расстелил свой дорожный плащ на куче соломы поодаль своего коня. Осмотревшись и прислушавшись к происходящему вокруг еще раз, он обнажил свой меч и улегся на походную постель, положив клинок под правую руку. Несмотря на свое честолюбие и раздутое самомнение, Хедрик отнюдь не был глупцом и очень любил и ценил себя и свою жизнь, поэтому вовсе не желал погибнуть из-за какой-нибудь нелепой оплошности или случайности.

Хотя ничего за ночь не произошло, Хедрик мог поклясться, что сквозь сон слышал жутковатые шорохи вокруг деревни, но как бы он ни напрягал слух, просыпаясь в тревоге, ничего не мог уловить в той мертвой пугающей тишине, что окружала его.

С рассветом он проснулся и, перекусив хлебом и сушеным мясом, вернулся к своей основной задаче - обнаружению и выяснению намерений мертвецов. Решив осмотреть окрестности получше, он залез на деревенскую мельницу и окинул округу взглядом с высоты. Ему сразу же бросилось в глаза облако пыли на юго-западе, медленно двигающееся вдоль узкой желтой полосы Короткого тракта. Даже издали Хедрик отчетливо разглядел, что это не люди и не животные - это были мертвецы. Он почувствовал, как на спине выступил противный холодный пот и похолодели руки - толпа, поднявшая такое облако, была воистину огромной. Он немедленно спустился вниз и хотел было срочно скакать назад во весь опор, но вспомнил еще один завет сотника - узнать, какие существа есть у нежити. От мысли, что для этого ему придется приблизиться к их армии на расстояние прямой видимости, у него в тревоге заколотилось сердце, но, вспомнив про золотой в награду, принял решение.

Хедрик вскочил на коня и погнал его галопом, делая перед наступающей нежитью крюк и намереваясь зайти к ней с подветренной стороны. Он пересек Короткий тракт и доскакал до густого пролеска, подходящего очень близко к дороге. Объехав его по кругу, он оставил коня и нырнул в лес, пробираясь к его восточной окраине сквозь заросли молодого ельника. Едва он оказался с подветренной стороны, его накрыл ужасающий смрад гниющей плоти, такой, что его вывернуло наизнанку. Если бы не маячивший в его голове золотой от Аддерли, он бы плюнул на разведку и умчался бы восвояси. Хедрик смочил край дорожного плаща в лесной лужице и замотал им лицо, оставив лишь прорезь для глаз. Когда он прошел аршинов пятьдесят вглубь пролеска, ему показалось, что смрад усилился.

"Кажись, я уже близко!" - подумал Хедрик.
– "Осторожность не помешает".

Он сбавил шаг, обнажил свой меч и стал чутко прислушиваться к происходящему, но вокруг стояла все та же гробовая тишина. Пролесок стал спускаться вниз, в темную заросшую лощинку, окруженную почти непроницаем ельником. Запах разложения стал почти нестерпим. Он осторожно протиснулся меж ветвей и, отогнув очередную колючую лапу на уровне глаз, замер словно вкопанный.

На открывшейся ему небольшой прогалине на дне лощинки плотным строем, не шевелясь, стояли мертвецы. От недавно умерших, бледных с обвисшими лицами и мутными остекленевшими глазами, до почти полностью сгнивших костяков, стоящих на ногах лишь благодаря темной магии. Хедрик застыл в ужасе, судорожно глотая смрадный воздух, но то, что произошло следом, заставило его закричать и стремглав броситься прочь. Внезапно, как по команде, все несколько десятков трупов повернули головы и устремили на него свои мертвые глаза и пустые глазницы.

Забыв обо всем, Хедрик побежал прямо через ельник, больно хлеставший его ветками, к оставленному коню. Страх полностью овладел им, все его мысли сейчас были только об одном - уйти, убежать прочь от этого проклятого места.

Продираясь сквозь заросли, он не заметил, как его с разных сторон обогнали две зловещие черные тени. Когда до опушки оставались считанные сажени, перед ним появились два висящих в воздухе призрака, преградив путь. Хедрик заорал, побледнел пуще прежнего, вжался спиной в дерево покрепче и выставил дрожащий в руках меч перед собой. Призраки медленно двинулись на него, окружая. Две страшные фигуры без ног, одетые в свисающие до земли лохмотьями черные балахоны с капюшонами, в прорехах которых не было видно ничего - только тьму. Лицами им служили оскаленные человеческие черепа с зловещими красными огнями, горящими в пустых глазницах, а среди обрывков балахонов, когда-то бывшими рукавами, виднелись костяные скрюченные отростки. Сами одежды струились по их фигурам, сотканные из самой тьмы.

Сердце наемника ушло в пятки, он почти обезумел, когда с шипящим криком умертвия бросились на него. Он отчаянно взмахнул мечом, но ближайший призрак с легкостью увернулся, оказавшись у его ног. Разведчик попытался достать второго, зашедшего ему сбоку, но меч лишь отсек свисающие лохмотья его одежд, которые не опали на землю, а, лишь дрогнув в воздухе, вплелись обратно в ужасающий покров на призраке. Через мгновение все было кончено. Первый страж пронзил его спину своей костлявой рукой, а второй вцепился ему в лицо. Хедрик повалился на сырую заросшую мхом землю, а его крик ужаса, переходящий в предсмертный хрип, не вырвался за пределы перелеска.

_____________________________________________________________________________

Реджинальд молча слушал рассказ братьев-охотников о том, что им удалось обнаружить. Они вернулись лишь под вечер, загнав лошадей насмерть. Братья явились, когда отчаявшийся дождаться хоть каких-нибудь вестей Валлен Аддерли уже велел созвать совет. Помимо Реджинальда, их слушали вся семья наместника, Деннингтон и пришедший раньше времени настоятель Калтонского прихода отец Джендри. Вести были совсем неутешительные. Охотники двинулись на юг, держась по правую руку от Короткого тракта и не выходя на него, а, достигнув Ручьев, свернули еще западнее и дальше шли лесом, оставив коней. Сначала им не встретилось вообще ничего, ни живого, ни мертвого. Разведчики особенно отметили неестественную всепоглощающую тишину в округе. К исходу первого дня им удалось забраться довольно глубоко в пораженные нежитью земли, и на рассвете следующего они разглядели пешую колонну мертвецов. Подобравшись ближе, они разузнали все, что велел Реджинальд и по началу новости казались обнадеживающими - армия нежити шла вразброс, состояла лишь из скелетов и оживленных мертвецов, оружием которым служили первые попавшиеся под руку предметы. Охотники не видели ни сильной нежити, ни командира, ни каких-либо приспособлений для осады. Число же мертвецов их впечатлило, армия была действительно внушительной.

К сожалению, они подобрались слишком близко, и оказались замеченными нежитью. Им пришлось сделать большой крюк по лесу, чтобы оторваться от них, и вот тут-то...

– Мы ж те места-то знаем вдоль и поперек, господин наместник.
– говорил старший из братьев.
– Глухие они, нехоженые. А нынче... все просеки следами усеяны. И ладно бы там башмаки иль кости отпечатались - нет. И копыта лошадиные, и колеи колесные, а иной раз и не угадать, что за след-то! Сколько ног такое месиво на твердой земле вызвать могло - даже думать боюсь!

– Да не все это, что мы углядели.
– вторил ему младший.
– Следы эти токмо на тропинках лежат - не сбиваются, в лес не сворачивают и не петляют. По всему видно - шли многие, разом и с целью известной.

Все слушали, затаив дыханье. Даже тем из присутствующих, кто ничего не смыслил в военном деле, было очевидно, что если нежить передвигается скрытно и организованно, то ею кто-то руководит. А если ими кто-то руководит, значит, вести об армии мертвецов и их целях - правда. Все поняли, что штурм города неизбежен.