Чтение онлайн

В общем, как можно было заранее догадаться, Джори эти напыщенные под весом своего мнения колобки, как нового главу не приняли. Куда им целым лордам подчиняться какому-то смерду, бывшему серву иль крестьянину. А не многое ли он о себе думает часом?

В какой-то момент дело дошло даже до того, что эти остолопы, так преисполнившись в самих себе начали ему ещё что-то приказывать. Ну, не идиоты, ли! Чтобы скаг подчинялся выходцу с материка, удумали чего! Всё же, не смотря, на все мои заигрывания со Старками, вопрос отношением к другим северянам у нас до сих пор стоял довольно таки остро. Так что мне даже было как-то удивительно, что дело в тот момент не дошло до драки. Но тут скорее была заслуга пиратов, чем наша. За те два часа наших разногласий они успели уже поднести таран и где-то раздобыть лестниц, после чего вдруг пришли к мысли, что, не охренели ли мы часом и не пришло ли время возвращать им замок.

Напомнивший о себе внешний враг быстро сплотил наши ряды и обе стороны пошли на мировую. По сути, все наши взаимоотношения свелось простому игнорированию. Северянам выделили определённую часть стены, которую они защищали и не они, не мы к ним больше не лезли.

А меж тем лидер пиратов будто озверел и бросил против нас все свои резервы. Собрал около двух тысяч воинов, что в едином порыве принялись штурмовать наши позиции. Весь бой длился около половины суток. Со слов Джори, это был настоящий Ад и та ещё мясорубка. Люди лезли на стены словно остервенелые и пару раз им чуть даже не удалось прорваться к воротам. Положение спасали лишь луки и арбалеты. Не зря всё же я решил тогда взять эти агрегаты. Ой, как не зря! Эти смертоносные машинки выкашивали врагов на ура, не оставляя им ни единого шанса, больше ж всего доставалось тем, кто лез в тот момент на стены. Таких не спасали даже их щиты, ведь импульс болтов был зачастую такой силы, что сбрасывал этих неудачников прямо с лестницы вниз, утаскивая за собой и лезущих за ним товарищей. Ну, а про попадания в открытые части тела и говорить даже нечего, от такого пираты зачастую умирали просто мгновенно или им просто на просто отрывало конечности при попадании в руку иль ногу.

Проблема была опять же лишь с остальными северянами, не имея такого количества стрелков, обилия латной брони и доспехов им приходилось заметно труднее. Да, и противник, видя смертоносный дождь, с нашей стороны предпочитал выбирать именно их направление для удара. Косвенно об этом говорили и их потери, только за вчерашний бой они потеряли 32-е человека, а за сегодня ещё четверых, что в совокупности с четырьмя десятками раненных открывало не очень лицеприятную картину.

Изначально их с нами плыло около двухсот пятидесяти человек, из которых две сотни сошло на берег. Часть разбрелась по городу, так и не вернувшись в казармы, другая погибла, пытаясь пробиться через строй безупречных, так что до цитадели добралось лишь около сотни, а теперь и здесь были ещё очередные потери. Вот, сколько их сейчас осталось в строю – человек 20-ать, ну, может 30-ать, но точно меньше сорока, почти в семь раз меньше чем изначально было.

М-да, положеньице у них и впрямь сейчас было не очень. Впрочем, эта чёрная полоса не обошла и меня. Хоть непосредственно потерь у меня из-за более лучшей бронированности было меньше, всего каких-то 12-ать человек, четверо из которых погибли от попадания в забрало стрел и восемь банально от падения со стены. Немного обидно, конечно, но будем честны в условиях того боя это было до неприличия мало. Однако, вот раненных… их у меня и, в правду, было изрядно - почти под шесть десятков, целая треть. У большинства, конечно, неглубокие порезы рук и ног, однако один лишь факт этого уже не радует. Тем не менее, стоит, наверное отметить, что по сравнению с аналогичными потерями врага в раз этак на пятнадцать-двадцать больше, в районе 700-800-та человек и огромного число раненных, некоторые из которых до сих пор сейчас лежат посреди просто так и усеянной трупами площади, то становилось сразу как-то не до этих сантиментов.

В общем, куда ни глянь, но это была победа, ещё одно два таких сражения и у врага просто никого не останется. Жаль, правда, только, что идти на прорыв сейчас с таким большим количеством раненных для нас было просто невозможно, по крайней мере, пока ещё сильней не сократим вражескую численность - точно.

Нужно будет как-нибудь спровоцировать противника на очередную атаку, сделать так чтобы он задействовал в бою большую часть верных ему людей, а не как, к примеру, сейчас пускал в бой лишь каких-то болванчиков. Наверняка просто в приказном порядке согнал с улиц всякое отрепье, обкурил какой-нибудь дрянью и пускает сейчас на нас волнами постепенно выматывая, а то, что половина из них даже до верха стен не добирается, сама и без нашей помощи, падая с лестниц, никого не волнует. Тактика мясного штурма во всей красе.

– … сейчас стараемся в основном задействовать только луки, да и то редко, болтов для арбалетов осталось максимум на 1-2 боя, всего по тридцать выстрелов на штуку из первоначальных ста. Со стрелами дела обстоят чуть лучше, тут местные запасы есть, но и они конечны. Да, и нормальных лучников у нас не так много, все как-то к арбалетам за зиму поднаторели. Вот, и выходит так, что стрелять ими почти, что не кому, максимум человек двадцать-тридцать не более, - опечалил меня мой главный помощник.

М-да без болтов и правда, особа не повоюешь, остаётся лишь теперь надеется, что после очередного кровавого штурма, враг немного поуспокоиться и не будет больше пробовать нас на зуб, заваливая телами этих несчастных, а мы после сможем вернув в строй раненных как-нибудь прорваться. Ну, и задачка!

– А, что там по кораблям? Наши, сумели выбраться из порта? – задал я под конец всего разговора давно мучавший меня вопрос, что так тщательно откладывал на последок, боясь узнать страшные новости. Возможная потеря всего флота, а вместе с тем и оставшихся там преданных мне людей, тяжким бременем бредило мою душу. Ведь я прекрасно помнил тот столб огня, что поднимался со стороны моря, а на что способен огонь при попадании на дерево и парусину даже говорить нечего.

– Нам точно неизвестно, оттуда шёл густой дым, так что видно было плохо. Но вроде как люди из десятка Сигурда утверждают, что будто видели, как кто-то выходил из бухты. Правда, сам понимаешь, надежды мало, - будто извиняясь, пожав плечами указал он в сторону почти полностью сгоревшего порта.

– Понятно… - тихо пробормотал я, будучи явно не в духе. Ещё немного поговорив с Джори, я решил вернуться обратно в донжон. Перекусить, осмотреть замок, попутно пораздумав план будущей мести за погибших товарищей.

“-И, как интересно, я после всего этого посмотрю в глаза своей сестре… Ладно, чего уж теперь, мне бы самому теперь выбраться.”

Чувствуя сильный голод, как-никак более полутра суток ничего не ел, да и к тому же, ускоренная регенерация отнимала львиную долю сил и внутренних ресурсов, я решил в первую очередь с помощью пары служанок сытный ужин. Также плюсом заодно от них выяснил, что в ближайшие года полтора никакой голод нам точно не грозит. Ведь погреба замка были прям так и забиты. Как-никак постарался местный властитель, серьёзный тип. Ну, хоть в чём-то есть плюсы.

Жаль, правда, только, что насладиться едой в тишине у меня так и не вышло, прознавшие о моём выздоровлении наши горе-союзнички сразу прискакали ко мне, так и навязываясь на приватный разговор. Желания же общаться с этими…. у меня даже слов никаких приличных по отношению к ним нет, желания не было, а то наговорю я им сейчас всякого, и зачем мне это всё надо? Так что кое-как отбрехавшись от них дежурными фразами и договорившись переговорить с ними чуть позже, я сбежал от них на прогулку по замку.

Между прочим, стоит, наверное, отметить, что северяне ко мне так порывались далеко не просто так, и тут дело было не в должности предполагаемого лидера, которую я непроизвольно занимал и даже не в моей магии невольными свидетелями которой они стали. В той темноте, что была той ночью, мой героически забег и подготовленному человеку заметить было сложно, а что уж там говорить о прикрывавшихся от стрел щитами наших невольных союзников, скорость всё же у меня была приличная. Так что единственное в чём они могли меня обвинить – это, то ,что я каким-то неведомым для них образом пробрался в донжон и открыл им ворота.