Камнерождённый
Шрифт:
Поэтому скорее нет, вопрос предстоящего разговора был совершенно иной, всему виной как всегда были деньги, коих у одного из самых влиятельных на Ступенях пиратских баронов было мама не горюй. Не миллионы золотых, конечно, всё же такие люди обычно предпочитают не хранить все деньги в одном месте, но, вот, если считать со всеми картинами, скульптурами и прочими произведениями искусство, то где-то минимум на сотню тысяч здесь этого добра точно наберётся, может даже и чуть больше. Вот, и стояла сейчас перед славными сынами Севера наисложнейшая задача – как бы поделить всё это добро наиболее “правильно” и “справедливо”, а самое главное в свою пользу.
“ – И когда только успели? ”, - пройдясь по всем основным коридором и этажам крепости, невольно отметил я оперативность, как северян, так и чего самому себе врать своих собственных людей. Нет, я ещё и раньше, как только увидел главный зал, отметил некоторые перемены среди здешнего интерьера. Однако походив по всему замку в целом, становилось понятно, что обитель местного главаря пиратов они обобрали подчистую. Прям, какое-то Мамаево нашествие честное слово.
Даже не знаю радоваться всему этому или лучше начинать переживать, но скорее первое, чем второе.Всё же обнесли замок они и прям на славу. Хозяйственники хреновы! Да и при этом всём сложили всю добычу в единую кучу, почти ничего не украв. Получилась целая небольшая гора, серебра и золота, на, которую я сейчас и пришёл посмотреть в местное подземелье. Надо же было увидеть, ради чего развели северяне весь этот сыр-бор. И скажу честно, посмотрев на всё это вблизи мне даже стали понятны причины их столь сильного интереса. Видимо боялись, что я, пользуясь своей силой попробую присвоить всё это себе. Заманчиво, чего уж греха таить, проскользнуло пару таких мыслишек, но всё же честное и доброе имя в глазах остальных лордов мне будет дороже.
“- Всё, думаю, хватит пожирать своим взглядом местное золотые, а то не весть, что, попытаюсь на самом деле присвоить его всё себе”, - мысленно пролепетал я окинув здешние богатства последним взглядом, направившись на выход из тюремной камеры.
Да, и они здесь были, куда же средневековый замок без пыточной. Тем не менее, всё же отмечу, что здешний донжон очень сильно отличался от своих других среднестатистических собратьев. Не зря же я его всё время называю то донжоном, то замком, то вообще крепостью. Сам по себе он представлял нечто среднее между каждым из всего перечисленного. Внушительный горизонтальный прямоугольник, высотой этак этажа три-четыре, с одного края которого возвышалась внушительная башня-донжон. Её единственный вход выходил во вместительный внутренний двор, со всех сторон закрытый крепкими стенами и обитыми металлом воротами. Прям непонятное чудо-юдо какое-то.
Нет, правда, стоя сейчас на крепостной стене и ожидая, когда наконец сменится караульная смена, я от нечего делать стал раздумывать над личностью того кто всё это построил. Эх, может мне самому в архитекторы податься? А, что со своей магией работой я точно буду обеспечен…
Впрочем, шутки-шутками, но северян уже минуты, как две-три на их постах заменили мои люди, и можно было уже начать действовать. Местные ночи коротки, а мне столько всего ещё требуется сделать. Ведь в моей голове созрел уже некий план, как расставить все точки над “и”, в нашем затянувшемся противостоянии с пиратами.
***
Сутки спустя от лица одного из штурмующих.
День был ясным, солнце стояло в зените, а его лучи, одаривая город теплом и светом, давали местным жителям безмятежность и ленивое спокойствие, но не для Марка. С виду, как и все его остальные товарищи, он сейчас со спокойным лицом стоял в узкой улочке среди тени домов. Собранный и уверенный, но это всё было лишь напускное. Он боялся, в груди его царил тщательно скрываемый страх, который не остывал и лишь усиливался с каждым мгновением.
Марк прятался за спинами товарищей, стараясь не высовываться в лишний раз, чтоб ненароком не привлечь случайно нежелательное внимание. Его руки подрагивали, а сердце билось, как колокол. Он сейчас, как и все остальные с неким мятежным ожиданием ждал возможного приказа, а сам при этом только о том и мечтал, как бы оказаться подальше отсюда.
Вокруг него перешептывались люди, кто-то по делу, а иногда вообще ни о чём, чтоб лишь скоротать время. Некие порой загадочные и невразумительные слухи, угрозы и пожелания скорой смерти северянам, рассказы о всевозможных их злодействах, последней бойни в порту и иных возможных причинах. Кто-то говорил, что враг уже почти разбит и держится лишь на последнем издыхании, другие наоборот, что это лишь начала, и им стоит ждать долгую осаду. Сам же Марк слушал все это лишь вполуха, пребывая в каком-то только своём собственном мятежном состоянии.
– Марк, — окликнул его один из пиратов, его закадычный знакомый, с кем он вместе с частенько бывал гостем одного припортового борделя, — расскажи-ка, как ты сумел выжить на Ветряной? Говорят, там была та ещё бойня, всех наших положили. Я тебя, конечно, ни в чём не обвиняю, просто хотелось бы из первых уст узнать, а то все судачат и судачат, но ничего нового сказать не могут.
На просьбу своего приятеля Марк лишь устало фыркнул, видя, как его слова успели привлечь к нему всё внимание окружающих.
– Да ну, ничего интересного в моей истории нет, мне самому просто повезло, — буркнул он, — Пошёл отлить, а когда вернулся только и увидел, как эти дикари добивают с десяток оставшихся наших. Вот, я быстро и всё смекнув, поспешил сообщить об их продвижении нашим. Всё равно никак оказать им помощь не смог бы, их там было более пяти сотен и арбалетов куча…
Да, в тот день, как сам считал Марк ему и впрямь повезло. Ведь он умудрился тогда не просто остаться в живых, но и сохранить лицо перед начальством, обставив весь свой побег так, что к нему и не подкопаешься. Он чуть-ли не герой, единственный выживший… Так что ему лишь устроили небольшую выволочку и припрягли в один из отрядов, но не более. Он даже на первый ночной штурм не попал, что большое везение. А ведь могли как дезертира и предателя вместе с остальными смертниками отправить штурмовать крепость. Так что он был скорее даже рад, что уже второй день стоит здесь сейчас, маясь без дела. Может, всё ещё обойдётся, и их не отправят на приступ? В крайнем случае, если будет совсем уж невмоготу, то можно сбежать, нужно будет лишь дождаться вечера. Впрочем, Марк и предположить не мог, что случится в течение следующего получаса...
Уже спустя какой-то десяток минут неспешного разговора. Вдруг резко, неожиданно для всех, наг окрестностями раздался сигнального рог, предупреждающий о их скорой атаке. Все былое веселье разом слетело с лиц пиратов, а разговоры стихли, прибежавший, откуда ни возьмись командир их начал строить и после непродолжительной вдохновляющей речи, повёл их нестройной колонной вперёд.
“ – Новый штурм? Опять в первых рядах лезть на стены под арбалеты!” – подавленно осознал для себя Марк, что тот страх, который сковывал его в последние дни, ожил в реальности.
Его сознание в тот момент рисовало картины одна страшнее другой, но как вскоре, к удивлению и радости, всех здесь собравшихся выяснилось, его опасения были ложны.
Смертники! Иные их задери, они всё же справились и выполнили отведённую им роль. Открыли ворота, и сейчас в этот провал неостановимой толпой, чуть-ли не на перегонки, со всех краёв площади устремлялись все новые штурмующие. Среди всех прочих был и Марк со своим небольшим отрядом.
“- Это был их шанс! Нельзя было медлить ни единой секунды! Всего один рывок и он сможет отомстить им за всё пережитое,” - уже сейчас будучи всего в двадцати шагах от прохода, он видел, как уже в это время на стенах шла ожесточённая рубка, а значит, дело осталось за малым. Снести их последнее сопротивление и взять донжон.
Самого Марка, храбрецом, конечно, назвать можно было лишь с большой натяжкой, даже сейчас, видя их приближающуюся победу, он старался идти за спинами своих товарищей, не вырываясь вперёд. Но уж слишком сильно он был охвачен всей этой общей эйфорией и жажды крови, что поглотила всех бегущих людей.
И, вот, он вместе со всеми врывается через ворота во внутренний двор. Вокруг стоит толкотня и общая давка. Кто-то кричал, кто-то падал, но сам Марк и его отряд совершенно не обращали на это внимание. Они, подгоняемые теми, кто был сзади, пёрли вперёд, толкая в спины впередистоящих. Ведь всё это время по ним со стен и главной башни то и дело стреляли арбалетчики. Он видел, как один из выпущенных болтов попал в голову кого-то из близстоящих.