Чтение онлайн

Книга Обетования (Mashafa kidan) состоит, как принято считать, из двух частей. Первая часть из 60 разделов в основном содержит материалы о церковном устройстве; 61-й раздел — Слово Господа ученикам после воскресения, напоминающее Testamentum Domini [526] .

Эфиопская Дидаскалия (Didesqelya) — книга о церковном устройстве из 43 глав. Она отличается от Didascalia Apostolarum, но схожа с I–VII книгами так называемых Апостольских постановлений [527] .

В Римской церкви сознание необходимости строго очертить рамки канона было, в общем, сильнее, чем у греков. Здесь меньше, чем в Греческой церкви, чувствовали духовную значимость тех книг, которые признаны, и потому часто утверждали, что те книги, которые отвергаются, не имеют никакой духовной ценности. В поисках верховного авторитета Запад гораздо сильнее стремился достичь бескомпромиссного выбора между “да” и “нет”. Поэтому классификации вроде той, которую составил Ориген или тем более Евсевий, здесь просто невозможны.

Начавшееся в самом начале IV века гонение Диоклетиана (303) побудило четче определить границы канона Св. Писания. Первый эдикт императора велел сровнять с землей все церковные здания и сжечь священные книги (Евсевий, Церковная история, VIII. 2, 4). Слова, которыми официально называли эти книги, звучали, по-видимому, как “Писания закона” (scripturae legis). Означали они строго определенное собрание книг. Однако не все читавшиеся в разных церквах книги считались каноническими, а потому некоторые христиане выдавали римским чиновникам то, что хотели. Другие считали это предательской уверткой, резко осуждая тех, кого они считали “традиторами” (“передающими”, то есть “предателями”), и это переросло в длительный донатистский раскол. Побочный эффект гонений можно видеть в том, что с этого времени мы чаще встречаемся со списками священных книг.

В этой связи следовало бы рассмотреть два латинских списка книг Ветхого и Нового Заветов, хотя место и время их происхождения остаются неопределенными. Кто-то вставил в двуязычную рукопись Посланий Павла, известную как Кларомонтанский кодекс, относящийся к VI веку (MS D), текст более древнего списка библейских книг, поместив его между Посланиями к Филимону и к Евреям. Список названий неизвестный составитель дополнил стихометрическими данными, то есть сообщил о количестве строк (stichoi) в каждой книге в соответствии со стандартным размером строки — 15–16 слогов.

У этого списка есть несколько особенностей. Евангелия расположены в следующем порядке: Матфей, Иоанн, Марк, Лука. За ними следуют Послания Павла в необычной последовательности: к Римлянам, 1-е и 2-е к Коринфянам, к Галатам, к Ефесянам, 1-е и 2-е к Тимофею, к Титу, к Колоссянам и к Филимону. Отсутствие Послания к Филиппийцам, 1-го и 2-го к Фессалоникийцам и к Евреям можно, вероятно, объяснить ошибкой переписчика (или переводчика?). Может быть, взгляд его соскальзывал с “” на “”. То, что переписчик не был слишком внимателен, видно по тому, что он продолжает этот список 1-м и 2-м Посланиями Петра, за которыми следует Послание Иакова, 1-е, 2-е и 3-е Иоанна и Иуды. Завершают список Послание Варнавы, Апокалипсис Иоанна, Деяния Апостолов, Пастырь, Деяния Павла и Апокалипсис Петра. Показательно, что четыре из этих названий подчеркнуты горизонтальной чертой, чуть заходящей на поля слева. Так отмечены Послание Варнавы, Пастырь, Деяния Павла и Апокалипсис Петра. Похоже на то, что эти линии должны отделить перечисленные названия от заглавий других книг, за которыми признавалось значение авторитета.

Согласно Цану и Гарнаку, греческий оригинал этого канона был составлен в Александрии или в соседнем регионе около 300 г., поскольку по содержанию он занимает промежуточное в истории развития канона место, располагаясь между Климентом Александрийским и Оригеном, с одной стороны, Евсевием и Афанасием — с другой [528] . Свидетельствует он о влиянии Востока, которое пробивало себе дорогу на Запад [529] .

Другой латинский список библейских книг происходит, вероятно, из Северной Африки и относится к началу второй половины IV века (ок. 360 г.). Он интересен тем, что свидетельствует о конфликте между двумя мнениями об объеме канона. Одна сторона хочет расширить его по сравнению с предыдущим веком, а другая, представляющая более консервативную партию, этому противится. Список, обнаруженный немецким ученым-классиком Теодором Моммзеном, включен в рукопись X века, которая входит в собрание Филиппса (Philipps Collection), хранящееся в Челтнэме (Cheltenham), в Англии [530] . В нем, как и в предыдущем списке, даны справки об объеме каждой книги в строках (stichoi) [531] .

Порядок следования Евангелий и нескольких других книг также необычен. Евангелия располагаются так: Матфей, Марк, Иоанн и Лука [532] ; вслед за ними упоминаются 13 Посланий Павла, Деяния Апостолов и Апокалипсис Список завершается таинственными строками:

Три послания Иоанна [содержащие] 350 строк только одна

Два послания Петра [содержащие] 300 строк только одна

Что означает “только одна”? [533] Предложение Гарнака [534] , поддержанное Юлихером [535] , совершенно невероятно — он считает, что вторая строка относится к Посланию Иакова, а четвертая — к Посланию Иуды. Поистине необычный способ привлечь внимание к священному характеру этих Посланий.

Эти слова выглядят как выражение в тексте двух мнений. Автор кажется приверженцем консервативных взглядов, поскольку он опускает Послание к Евреям, Послания Иуды и Иакова. Что же касается замечаний о Посланиях Иоанна и Петра, то объяснить их можно следующим образом: составитель переписал первую и третью строки из более древнего источника, а сам считал, что к собственно Писанию можно относить только 1-е Иоанна и 1-е Петра, и потому добавил в каждом случае слова “только одна”. Но почему же он написал “Три послания Иоанна” и “Два послания Петра”? Почему бы ему не написать просто “Одно послание” в каждом случае? Причина может быть в количестве строк, которое увязывает в один блок 1-е, 2-е и 3-е Иоанна, равно как и 1-е и 2-е Петра. Поскольку он не мог точно знать, какое количество строк нужно вычесть, если опустить 2-е и 3-е Иоанна и 2-е Петра, ему, так сказать, пришлось переписать первую и третью строки без изменений. Но, прибавив слова “только одна”, он сумел выразить собственную позицию, исключавшую более краткие послания из числа канонических.

При обращении к отдельным представителям “золотого века” латинской христианской письменности мы попробуем суммировать мнение ведущих писателей о книгах, отсутствующих в каноне Киприана, но включенных в современный текст Нового Завета. В каноне Киприана не было (Послания к Филимону) [536] , к Евреям, Иакова, 2-е Петра. 2-е и 3-е Иоанна и Иуды. Наверное, стоит отметить, что ни одну из книг, признанных Киприаном, не отвергал впоследствии ни один из западных Отцов.

Иларий, епископ Пиктавийский (совр. Пуатье) (ум. в 368 г.), которого часто называли Афанасием Запада, связывает собой Восток и Запад. Защитой православия в спорах с арианами на Соборе в Селевкии (359) он снискал репутацию самого уважаемого латинского богослова тех лет. В прологе к Комментарию на Псалмы (гл. 15) Иларий помещает список книг Ветхого Завета (прямо заимствованный у Оригена), но не приводит аналогичного перечня для Нового Завета. В противоположность обычному мнению латинских писателей он приписывает Послание к Евреям апостолу Павлу и цитирует его как Св. Писание (de Trinit. 4, 11). Первым из западных Отцов он поступает так же и с Посланием Иакова.

Люцифер Каларийский (Кальяри) с Сардинии (ум. в 370 или 371 г.), вполне ортодоксальный и крайне антиариански настроенный богослов, цитировал большинство книг Нового Завета, включая Послание к Евреям. В своем трактате против еретиков (гл. 15) он приводит почти все Послание Иуды, выпустив лишь отрывок, заимствованный из Успения Моисея (стих 9) и цитату из книги Еноха (стихи 14–15).

Филастер, епископ Брешии (ум. в 397 г.), между 385 и 391 гг. написал трактат из 156 глав, призванный опровергнуть 28 иудейских и 128 христианских ересей [537] . В этом труде, получившем название «Книга о ересях» (Liber de haeresibus), автор свел в один эклектический комментарий заимствования из сочинений греческих и латинских авторов, не заботясь о логике или хотя бы внутренней последовательности. В качестве образчика этой запутанной и запутывающей компиляции можно привести его список “Писаний” Нового Завета, подтвержденных авторитетом “блаженных” апостолов и их последователей. Сюда он помещает Евангелия, 13 Посланий Павла, семь Соборных посланий, обходя молчанием Послание к Евреям и даже Апокалипсис, хотя в других местах признает Апокалипсис книгой апостольского происхождения, а Послание к Евреям приписывает апостолу Павлу [538] . В то же время Филастер практически одинок, считая (в этой же главе), что хотя такие апокрифические книги, как Деяния Андрея, Иоанна, Петра или Павла, не надо читать всем верующим (поскольку еретики многое добавили в тексты этих книг), их “следует читать “совершенным” для нравственного наставления” (legi debent morum causa a perfectis).