Чтение онлайн

«Ох, малышка Ро. Что же ты со мной сделала».

Первый патруль часовых приветствовал их, стукнув по полу древками пик. Дуан улыбнулся.

— …И в завершение. — Дуан поднялся, но жестом сделал всем знак сидеть. — Я не просто так подхватываю дело моего покойного отца по обновлению альраилльского флота. Нам не только нужны новые суда, чтобы перестать платить турцам, когда необходимо что-то быстро перевезти. И не только нужны новые суда, чтобы чувствовать защищенность от всякой, в том числе и заморской, угрозы. Они также нужны нам, потому что я желаю в ближайшее время возродить еще одну давнюю, добрую традицию, нарушенную, с моей точки зрения, опрометчиво и недальновидно.

Его слушали внимательно. Набрав в грудь побольше воздуха, Дуан Тайрэ наконец закончил:

— Нам пора вернуть на службу пиратов. Соколов.

Прежде тишина нарушалась шорохами и изредка шептанием. — теперь она стала почти замогильной. Веера и лорнеты замерли в поднятых руках; мужчины и женщины смотрели на короля в упор, и некоторые, наверное, не совсем верили собственным ушам. Дуан же глянул лишь на двух человек из всех собравшихся в зале: сначала на Кеварро, лицо которого осталось бесстрастным, потом — на Габо ле Вьора, сцепившего в замок желтоватые, жилистые руки. Советник по Безопасности буравил Дуана ответным, совершенно беззастенчивым взглядом. Губы были поджаты, но королю вдруг показалось, что он слышит насмешливое:

— Вы нелогичны, принц.

— Я буду откровенен, — Дуан заговорил чуть громче. — Я сомневаюсь, моя уверенность не окрепла, к тому же достойных претендентов на такую службу у нас нет. Именно поэтому я не выношу предложение на голосование; мы проголосуем чуть позже. У меня будет время подумать, а у вас… — Он улыбнулся. — Подыскать мне достойные возражения. Сейчас все свободны, если никто не желает задать никаких вопросов.

Зашуршали юбки дам и подолы длинных камзолов мужчин. Все выходили, как обычно, любезно раскланиваясь, но в глазах некоторых Дуан угадывал вполне определенные эмоции. Настороженность. Даже страх. Преимущественно это были старые советники, из тех, кто наверняка поднял руку, когда Талл Воитель, вернувшийся из Нушиада, пожелал уничтожить альраилльских пиратов навсегда. Уже теперь они, попрощавшись, сбивались в группки и шептались, шептались, шептались. А иные оборачивались, чтобы кинуть на короля еще один-два недоуменных взгляда. Дуан не знал, поднимут ли они руку сейчас, много Кругов спустя, когда придется голосовать за противоположное решение. Скорее всего, нет. Стоя очень прямо, король Альра’Иллы смотрел, как пустеет зал, и в который раз задавал вопрос, а не поторопился ли. И не совершает ли ошибку?

— Вы умеете удивлять, ваша светлость.

Дуан вздрогнул. А ведь почти не сомневался, что этот человек останется на месте, и он остался. Габо ле Вьор, похожий на сытого стервятника, сидел все в той же позе: со сложенными в замок пальцами, чуть сутулясь. Жидкая косичка волос была перекинута через плечо. Весь вид казался миролюбивым, но Дуан знал, что обманываться не стоит.

— Я лишь делаю то, что делает большинство. У большинства есть пираты. А вы… — Он пошел вдоль правой половины стола, постепенно приближаясь. — Недовольны моими планами? Недовольны тем, что я делаю с флотом?

Ле Вьор поднял на него глаза и мирно, но четко выговорил:

— Я не слишком доволен разве что тем, что вы делаете это сами. Ведь вы король, а подобной… мелочью, вроде покупки кораблей, должны заниматься соответствующие ведомства.

— А что же должен делать в таком случае король? — вкрадчиво уточнил Дуан.

Советник откликнулся незамедлительно:

— Сиять со своего трона. Величием, добротой и мудростью.

Не сдержавшись, Дуан снисходительно фыркнул.

— Всем этим невозможно сиять, ничего не делая. Даже мой отец не оставался в стороне.

Ответ ле Вьора прозвучал неожиданно тихо и скорбно:

— Ваш отец мог бы увидеть еще не меньше двадцати Приливов, и не хотелось бы, чтобы его судьба повторилась. Он надорвал себя, стараясь успеть везде. Вы идете по его стопам?

Дуан ощутил, как по телу бегут волны мелкой, неприятной дрожи. По привычке он даже попытался вспомнить, сколько у него с собой кинжалов и есть ли пистолет. Но советник теперь просто молчал и улыбался. Пальцы забарабанили по столу.

— Если бы не ваше последнее пояснение… — помедлив, заговорил Дуан, — я решил бы, что это угроза.

Глаза ле Вьора слегка расширились, брови приподнялись. Но на самом деле советник вряд ли был удивлен.

— О нет, что вы. Всего лишь дружеское предупреждение. Я глубоко уважаю вас, дорожу вашей жизнью и счастлив, что мне не пришлось сделать то, к чему подталкивал меня Совет, когда ваш отец, да хранит нас его сиятельный взор, уснул.

— И что же они вам предлагали? — ровно уточнил Дуан.

Впрочем, советник, кажется, уже пожалел о своих словах; желтое лицо будто бы даже слегка побледнело.

— Это уже не имеет никакого значения. Вы здесь, и я постараюсь сделать все, чтобы быть вам полезным, так же, как при вашем отце. И именно из уважения к его памяти и памяти его отца я хочу уже теперь вас кое о чем предостеречь.

— Что ж. — Дуан решил пока простить недомолвку и оперся на стол с самым любопытствующим видом. — Я слушаю.

Советник повернулся к окну, к безоблачному голубому небу, и надолго задержал взор там.

— Соколы — опасные птицы. Если их плохо кормить, они вырвут глаза хозяину. Но это не все. Они могут вырвать глаза хозяину, даже будучи сытыми, просто по прихоти. Вспомните вашего деда. — Произнеся последнее, ле Вьор опять в упор уставился на Дуана. Тот кивнул.

— Я… помню.

Он врал: о деде Овеге ему не рассказывали почти ничего, лишь, что тот погиб в начале войн с нуц. Деда упоминал и Ноллак, на балу, но до хроник Дуан добраться не успел, дел нашлось слишком много. Видимо, это было недальновидно: глаза советника блеснули неприкрыто насмешливым торжеством. Там читалось: «Ничего ты не знаешь, и я это вижу», впрочем, очень быстро выражение стерлось. Ле Вьор поднялся, оправил одежду — старый сине-серый китель Альраилльской Пехоты — и широко, любезно улыбнулся.

— Вот и славно. Будьте осторожнее. А мне пора идти, я хотел бы посмотреть на новые корабли.

— Посмотрите, — тщательно изображая ответное благодушие, откликнулся Дуан. — Думаю, они вас впечатлят.

Советник поклонился.

— Должен отметить, вы искусно умеете убеждать, раз получили их так скоро. Сагибы не особенно падки на уговоры и неохотно делятся тайнами. Их все еще гложет обида предков, обида за то, что пришлось покинуть дом.

Похожую похвалу Дуан услышал уже второй раз за день, и теперь она его не обрадовала. Тем не менее он ответил улыбкой и коротким пояснением:

— Современному королю недостаточно просто сиять.

Насмешку явно поняли, но отношения к ней не показали никак.

— Что ж, может быть. Всего доброго, ваша светлость.

Когда советник открыл дверь, чтобы выйти, под его рукой проскользнул маленький пухлый паж в куцем, не ниже коленок, плащике. Кудрявый мальчик подбежал к Дуану, протянул записку и умчался еще до того, как стихли шаги ле Вьора. Король Альра’Иллы склонился к листу и нашел одну короткую строчку.