Чтение онлайн

Стыдно. Хоть уже скрывать особо было нечего – капитан и правда все видел.

Так что, не откидывая в сторону тонкое шерстяное покрывало, она устроилась прямо на нем, свернулась калачиком и улеглась щекой на самый край подушки. Койка была слишком узкой для двоих, и девушка постаралась оставить как можно больше свободного места, если Бальтазар и правда придет.

Может, он просто пошутил?

И сейчас тихонько посмеивался над доверчивым пилотом.

От подобного расклада девушке стало совсем неуютно.

"Не накручивай себя, Клара", – ухватившись за эту мысль, она закрыла глаза. – "Он не такой человек. Не стал бы откалывать глупые шутки: слишком де Сото для этого прямолинеен".

А если он и пошутил, то сам виноват!

Клара могла и на всю койку развалиться. Будет потом знать, как опасно с ней в игры играть.

Она сама не заметила, как задремала, а через несколько минут погрузилась в глубокий сон.

Она бежала через темный, густой лес. Деревья стояли так плотно друг к другу, что даже реши Клара свернуть с узкой ленты тропинки, то не нашла бы ни одного просвета. Над головой клубился непроницаемый мрак, плотный, как древесная смола, почти осязаемый. Кларе казалось, что если она поднимет руку, то ее пальцы погрузятся в вязкое, липкие месиво, а через секунду тьма втянет ее внутрь и уже никогда не выпустит.

Хоть на небе не было ни одной звезды, Клара отчетливо видела тропу. Древесные стволы были увиты светящимися прожилками, тонкой кружевной паутиной, напоминавшей кровеносные сосуды в теле сверхъестественного чудовища, принявшего облик древнего леса.

Шелестели листья над головой, перешептываясь друг с другом, посмеиваясь над чудачкой, забредшей на запретную территорию.

За спиной послышался треск веток, в нос ударил сладковатый запах близкой кислотной грозы, а тропа все не кончалась и деревья жались друг к другу все крепче, мешая Кларе нырнуть вглубь зарослей и найти убежище под раскидистыми кронами.

Первая крупная капля ударилась об землю с пронзительным звоном. За ней упала вторая, третья... а через минуту смертоносный дождь хлынул стеной.

Клара даже не могла закричать – от стоящего вокруг грохота ее голос превратился в сдавленный писк попавшего в капкан котенка.

Дорога под ногами мгновенно превратилась в вязкую кашу, подошвы сапог поехали, и опора качнулась в сторону. Клара плюхнулась в грязь, а по всему телу разлился лихорадочный жар. Кожа медленно краснела, а по спине прокатился нестерпимый зуд, от которого хотелось содрать одежду, а заодно – и саму плоть, только бы прекратить эту муку.

Покатившись по земле, стараясь унять болезненное жжение, Клара все больше погружалась в ядовитую воду.

Сладковатая горечь забила горло, проникла под веки раскаленными иголками.

Сквозь шум дождя и собственный отчаянный крик, Клара услышала нарастающий гул, медленно перетекающий в самый настоящий рёв. В нем легко угадывался звук стартующих кораблей.

Что-то вдавилось в ее горло, вжало в землю, и Клара захрипела, сражаясь за каждый глоток воздуха.

– Ты лишь бледная копия меня. Паршивая замена, – знакомый голос просочился в ее угасающее сознание не хуже яда. – Он убьет и тебя тоже.

Что-то холодное прижалось к виску Клары.

А через секунду в наступившей тишине громыхнул выстрел.

***

Клара подскочила на месте и долго не могла понять, где она, что происходит и как ее вообще зовут.

Вокруг царил густой полумрак, и даже лампа над головой почти не светила. По углам попрятались черные тени и, как показалось девушке, таращились на нее с глухой, затаенной злобой.

Какой же паршивый сон. Во рту все еще чувствовался привкус крови и кислоты. Кажется, Клара случайно прокусила губу.

Она хотела встать, но едва не взвизгнула во весь голос, когда чья-то рука обхватила ее за шею и потянула назад. Не соображая, что делает, девушка размахнулась и ударила наугад.

Едва не отбив себе локоть.

Из темноты послышалось недовольное ворчание, и хватка на шее усилилась, а заодно в цепкий капкан попало и запястье девушки.

– Беспокойный вы человек, Наварро. То спите как убитая, то деретесь.

Клара невольно ахнула, оказавшись обездвиженной и прижатой к крепкой груди.

– Капитан!

Она спиной чувствовала, какая у него горячая кожа, – даже одежда не могла бы спасти от этого обжигающего жара. Бальтазар ее абсолютно точно не стеснялся – он был без рубашки, но хоть в штанах. Девушка не знала, почему это вызвало у нее вздох облегчения.

Будто снять штаны – это такое сложное дело.

– Плохой сон приснился? – тихо спросил Бальтазар, едва-едва касаясь губами ее затылка. – Вы… стонали и метались, когда я пришел. Потом затихли, но ненадолго.

– Мне почти никогда ничего не снилось, – отчего-то Клара чувствовала себя виноватой. Она будто оправдывалась. – Простите…

– Наварро, вы за последние несколько дней пережили больше, чем многие люди – за всю жизнь. И события эти не были приятными, правда?

– Вам тоже снятся кошмары?

– Иногда.

– О чем?

– Об ошибках, которые я бы предпочел не совершать.

– Расскажите.

Капитан тяжело вздохнул.

– Вы и так все знаете. Иногда мне снится Марго. Еще до того, как… все произошло. А иногда – после всего. Я вижу ее кровь на своих руках. Порой это кровь Джен. И они обвиняют меня, кричат, вопят о том, что я сломал их. Иногда мне снится колония на Далии. Это кусок камня на самом краю колониального пояса, где мне однажды надо было забирать целую группу геологов. Оказалось, что они подхватили в местных шахтах грибок, что медленно сводил с ума. Нам с Асази пришлось расселить их по каютам, запереть внутри, потому что уже через десять часов их командир размозжил себе голову о дверь в технический отсек. До Заграйта долетели двое. Что случилось с остальными – несложно догадаться. Я по сей день вижу во сне их лица, хотя давно забыл имена.

Клара вздрогнула.

– И много у вас таких историй?

– Достаточно. Хватило бы на две жизни.

Извернувшись в его руках, Клара легла лицом к лицу с капитаном. Глаза мужчины в темноте слабо светились, но уже совсем не пугали. Под кожей едва угадывались узоры силовых модификаций.

Девушка подняла ладонь и, не решаясь коснуться, прошлась по бледно-синей линии самым кончиком пальца, обвела завитки на плече, очертила тугие мускулы, завороженно наблюдая, как сильное тело откликается даже на такую слабую ласку мелкой, едва уловимой дрожью. Бальтазар неотрывно следил за каждым ее действием, и Клара порадовалась, что в каюте темно.

Чуть-чуть вверх – палец обвел подбородок, шрам на щеке и погладил нос. Клара пыталась запомнить каждую, даже самую незначительную черточку. Внизу, под подбородком, был еще один шрам, будто кто-то достал мужчину острием клинка.

А на ухе, как ни странно, Клара обнаружила несколько старых проколов.

– У вас была сережка?

– И не одна. – Девушка услышала, как де Сото усмехается. – У меня даже язык был проколот.

– Не может быть! А потом что со всем этим случилось?

– А потом я женился и стал серьезным.