Чтение онлайн

Индейцы сообщили, что о приходе белых людей уже знают по всему берегу и что на следующий день к вождю белых прибудет Теухтлитл, здешний правитель, поставленный над ними самим великим Монтесумой.

Наутро палатку Кортеса разубрали флагами, приготовили сласти. Было воскресенье - первый день пасхи. Солдатам дали по неполной кружке вина, на обед наловили с лодок свежей рыбы.

Скоро за ближней рощей показалась длинная процессия. Носильщики несли подарки, впереди под руки вели самого Теухтлитла.

Он был маленького роста, молодой, круглолицый. На голове у него был сложный убор из черных и белых перьев.

Теухтлитл сел на полу в палатке Кортеса. Он первый начал разговор.

–  Кто ты и откуда прибыл в нашу страну?
– спросил Теухтлитл.

–  Из Кастилии, далекой страны за океаном, - сказал Кортес.
– Я - только подданный моего государя, а мой государь, Карлос, - самый могущественный монарх в мире.

Когда в двойном переводе Агиляра и Марины эти слова дошли, до сознания Теухтлитла, тот удивленно поднял брови.

–  Разве есть на земле государь более могущественный, чем мой властитель, великий Монтесума?
– спросил Теухтлитл.

Кортес велел подать ему вина.

–  Мой государь, - вежливо сказал Кортес, - приказал мне передать от него подарки твоему государю, в знак доброго его расположения.

Теухтлитл кивнул.

–  Я передам моему властителю пожелание твоего государя, - сказал Теухтлитл.

–  Мой государь просил меня лично свидеться с твоим повелителем, - сказал Кортес.

Теухтлитл заерзал на своем ковре:

–  Ты всего лишь два дня в нашей стране, а уже хочешь видеть Монтесуму!
– сказал Теухтлитл.

–  Когда можно будет увидеть твоего государя?
– все так же настойчиво спросил Кортес.

–  Я спрошу у него самого, - неуверенно сказал Теухтлитл.
– Я пошлю к великому Монтесуме посланцев.

–  Пускай они отнесут Монтесуме подарки моего государя!
– сказал Кортес.

Он велел принести подарки. На песок поставили резное кресло черного дерева с выгнутой спинкой. На кресло повесили длинную нить прозрачных бус из граненого стекла. К этому Кортес добавил еще высокую остроконечную шапку красного сукна.

–  Все это передай своему государю!
– сказал Кортес.

Перед Теухтлитлом поставили вино и сласти. Отхлебнув вина, Теухтлитл слегка захмелел. Заблестевшими глазами он смотрел на красную шапку.

–  Моему повелителю понравится еще и это!
– сказал Теухтлитл.

Он показывал на медный шлем одного из солдат, ослепительно сиявший в солнечном свете.

Кортес велел сейчас же поднести Теухтлитлу шлем.

–  Скажи своему государю: пускай он наполнит эту шапку золотым песком и вернет ее мне, - сказал Кортес. Мой государь хочет знать: в какой стране водится лучшее золото, - в вашей или в нашей.

Теухтлитл кивнул своим спутникам.

На циновках разложили десять больших кип хлопковой ткани, белой и плотной. Потом раскинули две широкие накидки из перьев.

Все стоявшие вокруг ахнули: такой изумительной красоты были эти накидки. Синие, золотистые, зеленые перья каких-то пестрых, не знакомых европейцам птиц, были не то нашиты, не то наклеены на хлопковую ткань, они сочетались в тонком узоре, похожем на вышивку; подбор красок и вся работа говорили о необычайном искусстве.

–  Эти вещи делались в стране Мехико, - объяснил Теухтлитл.

С краю циновки положили небольшую корзинку с мелкими золотыми и серебряными вещицами.

Корзинка больше всего привлекла внимание Кортеса. Он внимательно рассмотрел кольца и фигурки из золота.

–  Таких колец нам надо побольше! Много ли золота у твоего Монтесумы?
– спросил Кортес.

–  У моего повелителя есть и золото, и медь, и серебро- важно ответил Теухтлитл.
– У моего Монтесумы есть все!

–  Нам нужно золото, - сказал Кортес, - только золото!

Индеец удивился.

–  Зачем белым людям так много золота?
– спросил Теухтлитл.
– У нас, в нашей стране, мы ценим не меньше и медь, и серебро. Разве из них тоже нельзя делать красивые вещи?

Кортес сделал печальное лицо. Вздохнув, он приложил руку к груди.

–  Мы все, белые люди, больны тяжкой болезнью, которой не знают в вашей стране, - объяснил Кортес.
– Ужасная. боль терзает наши внутренности… Только золотом можно лечить эту болезнь.

Капитаны закивали головами и тоже приложили руки к левой стороне груди.

–  Только золотом можно лечить эту ужасную болезнь!..

Теухтлитл сочувственно кивнул. Теперь он понял, зачем белым людям надо так много золота.

Кортес велел позвать музыкантов. Пажи наложили в тарелку индейца испанских сластей: сладких печений, патоки, засахаренных фруктов, подлили еще вина. Солдаты с завистью поглядывали на индейского касика.

Теухтлитл жевал сладкий сухарь, макая его в патоку; таких райских блюд он не едал прежде; должно быть, действительно белые люди богаты и могущественны. Понравилось Теухтлитлу и вино; он выпил четыре больших кубка.

–  Так едят у белых людей каждый день?
– учтиво спросил Теухтлитл.

–  Каждый день! ответил Кортес.

–  Сказать бы ему: раз в год, да и то одни капитаны!- тихонько сказал Лопе на ухо соседу, Хуану де Торресу.

–  Молчи, земляк!
– пробурчал Хуан де Торрес.

На пригорке, недалеко от палатки, присели на песок два молодых индейца из свиты Теухтлитла. Они растянули перед собой узкую полоску ткани и быстро-быстро чертили на ней что-то разными палочками: то синей, то черной, то желтой.

–  Что они делают?
– спросил Кортес.

Он подошел к индейцам. Они рисовали. Красными, черными, желтыми палочками они выводили на ткани фигуры людей. Уже был нарисован испанец в большой шляпе, в сандалиях, в полном вооружении, возле нега палатка, пушки. Индейцы нарисовали и каравеллы, и паруса, и походный столик Кортеса, и музыкантов с трубами, и даже Леонсико.

–  Зачем они это делают?
– спросил Кортес.

–  Для отчета моему государю, - ответил Теухтлитл.

Капитаны переглянулись. И люди, и предметы - все было нарисовано очень точно, очень искусно.