Чтение онлайн

— Делани!

Всё было жутко, и даже при свете фонаря туманная дымка мешала мне видеть что-либо дальше, чем на расстоянии пары футов. Я знал, что находиться здесь опасно, безрассудно, но это не имело значения. Я бы умер, чтобы спасти женщину, которую люблю.

Ебануться.

Теперь я решил, наконец-то, начать любить кого-то? Может быть, часть своей жизни я знал, что Делани — та единственная. Как нелепо. Это невозможно.

Я протиснулся в другую комнату, хватая ртом воздух. Здесь было слишком много мусора. Не было никаких шансов, что она забралась так далеко, а если и забралась, я боялся, что она уже надышалась дымом. Я направился обратно к лестнице, сделав полный круг, прислушиваясь к любым признакам того, куда она могла пойти.

— Делани! — время перестало существовать, все звуки исчезли, кроме быстрого биения моего сердца и ощущения, что вокруг нас тикает бомба замедленного действия. — Делани!

Гав…

Какого хрена?

— Сэйди. Иди сюда, девочка. Где ты?

Шум. Приятный звук, как будто собака отчаянно пыталась добраться до меня. Я помчался вверх по лестнице, что-то острое вонзилось мне в ногу, боль была невыносимой. Но мне было наплевать.

— Сэйди. Сэйди! Делани!

Гав. Гав. Гав. Гав.

Из темноты ко мне подскочила Сэйди и остановилась в футе от меня. Затем она повернулась и пошла в том направлении, откуда пришла. Она хотела, чтобы я последовал за ней. Теперь ничто не помешает мне найти и спасти двух моих девочек.

— Давай, девочка. Помоги мне найти Делани.

Я закашлялся и вынужден был опуститься на колени. Мои глаза горели, голова раскалывалась, но я не сдавался.

Гав!

Лай Сэйди становился всё настойчивее и громче.

Я двинулся вперёд, заметив груду мусора. Спустившись на пол, я начал как сумасшедший разбрасывать куски стеновых панелей, чертов светильник, доски и прочий хлам. Я услышал треск. У меня была всего доля секунды, чтобы увернуться от падающей балки, и я был в шоке, когда она отрикошетила от части мебели. Что б меня. Мой гнев только усиливался, ярость была всепоглощающей.

Затем я обратила внимание на волосы. Рыжие волосы. О, боже мой. Я нашёл её.

Пожалуйста, Боже. Пусть она будет жива.

Пожалуйста. Я был готов пообещать свою душу дьяволу, лишь бы спасти её, если бы уже не отдал её добровольно. Я подполз ближе, поднёс фонарик поближе, игнорируя боль в ноге, разбрасывая повсюду обломки, чтобы добраться до любимой.

— О, боже. Делани. — Смахивая пыль и пепел с её лица, я задержал дыхание и приложил пальцы к пульсу у неё на шее. — Слава Богу.

Сэйди лаяла без умолку, и я воспринял это предупреждение всерьез.

— Мы уходим, девочка. Тебе придется показывать дорогу.

Я схватил фонарик и осторожно взял Делани на руки. Со всех сторон нас окружали трескучие звуки, синее пламя становилось неуправляемым. Вонь стояла невыносимая — бензин и ещё какие-то катализаторы. Как, чёрт возьми, это случилось?

Когда её веки дрогнули и открылись, я покачал головой.

— Франсуа… он был… здесь.

Её голос был сдавленным, едва слышным, но она была жива. Слава ебаному Богу, она жива. Что, нахрен, она имела в виду под словом «он»? Видела ли она поджигателя?

— Молчи. Ты со мной, детка. Я никогда тебя не отпущу.

Я, спотыкаясь, двинулся вперёд, крепко прижимая Делани к себе, следуя за Сэйди, которая постоянно оглядывалась, чтобы убедиться, что я иду за ней. Отовсюду доносились голоса, крики и команды пожарных. Когда я заметил дополнительные огни, я притянул её ещё ближе, продолжая молиться, чего не делал уже много лет. Я с трудом спустился по лестнице, и вокруг меня обрушился ещё один ряд потолочных панелей.

Сэйди бросилась вперёд первой, по-прежнему направляя меня к двери.

Как только мы оказались на свободе, к нам подбежали пожарные, которые крепко держали меня, пока я не смог осторожно опустить Делани на землю.

— Я люблю тебя, детка, — сказал я ей, покрывая её лицо поцелуями.

— Чёрт, Франсуа. — Рокко бросился ко мне. — Ты в порядке? Господи Иисусе.

Ещё одна порция тлеющих углей обрушилась, словно с небес. Жаль, что пожар начинается в аду.

— Вызовите скорую. Сейчас же! Сейчас. — Я провел рукой по лицу Делани. — Она сказала, что он был здесь. Вы нашли кого-нибудь, кого здесь быть не должно?

— Сейчас это невозможно сказать, босс. Слишком много людей.

— Продолжайте, блядь, поиски. И мне нужна ебучая скорая!

Люди столпились вокруг нас, разбрасывая одеяла, вода, льющаяся из шлангов, была приятным зрелищем.

— Мы здесь, сэр. Давайте убедимся, что с ней всё в порядке, — голос мужчины звучал успокаивающе, когда он дотронулся до моей руки, пытаясь убедить меня отпустить её.

— Не допустите, чтобы с ней что-нибудь случилось, чёрт возьми! — рявкнул я.

— Конечно, сэр.

Я попятился, когда люди столпились вокруг неё, повалившись на землю и наблюдая, как они закрывают рот и нос Делани маской для подачи кислорода. Я был чертовски зол, сильнее, чем когда-либо в своей жизни.

Секундой позже я заметил движение на подъездной дорожке, Арман и Мэддокс бежали ко мне. Я опустил голову, вытирая глаза, Сэйди отказывалась отходить от меня. Другой врач скорой помощи присел рядом со мной, пытаясь надеть мне на лицо долбанную маску. Я оттолкнул его, покачав головой.

— Пожалуйста, осмотрите мою собаку, нет ли у неё травм. Пожалуйста.

— Будет сделано, сэр, но нам нужно вывести вас на свежий воздух.

— Прямо сейчас этого не произойдёт. — Я с трудом поднялся на ноги, глядя на хаос, который когда-то был моим домом.

Арман, приближаясь, качал головой.

— Что, во имя всего святого, здесь произошло?

— Кто-то с канистрой и бензином. — Я снова закашлялся, наконец-то сумев сделать глубокий вдох.

Когда мы вчетвером стояли и смотрели на то, что осталось от дома, у меня возникло ощущение, что за нами наблюдают. Кто-то наслаждался каждой минутой, наблюдая за моей болью.

Арман хлопнул меня по спине.

— Давай отвезём тебя ко мне домой. На данный момент мы больше ничего не можем сделать.

— Кроме того, как найти ублюдка, ответственного за это. — Я повернул к нему голову.

— Мы сделаем это, брат. Клянусь Богом, мы заставим человека, ответственного за это, заплатить.

Да, заставим. И не только жизнью этого ублюдка. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы уничтожить всё, что было для него важно, разукрасив улицы его кровью и кровью его семьи.