Чтение онлайн

Я лично остаток дня раздумывала над тем, с какой стати Валентина Ивановна отправилась спозаранку на черную лестницу, зачем-то упала, да еще и ударилась головой насмерть об ступеньку. Почему она туда пошла? Она не курит. Не паркует машину во дворе. К тому же она ждала меня, чтобы ехать на встречу с делегацией. Некстати подумалось о несостоявшихся партнерах. Интересно, они до сих пор ждут нас в гостиничном конференц-зале и чертыхаются от такой славянской безалаберности?

А если не внезапное ухудшение самочувствия, то что такое необычное могло произойти, что спровоцировало падение? Например, она могла выйти с кем-то. Только с кем? И зачем? Да еще ранним утром? Все деловые встречи она проводила в кабинете или в кафе в подвальном этаже нашего здания. И как, черт побери, она попала на лестницу? Выходит, ее отпер кто-то из своих. Но кто? Тот, у кого были ключи! Вот кто!

Милка? Да она притащилась на работу еще позже меня. Для нее каждый утренний приход на работу – подвиг. И вообще, они с «бабушкой» состоят в очень формальных отношениях, совершенно противоположные люди. Я просто не могу представить, чтобы они о чем-то неофициально беседовали, да еще где-то на выселках! Другое дело, что у нее был (!) ключ от запасного выхода, и вполне возможно, что она его кому-то давала, или кто-то просто спер его, чтобы сделать дубликат. В любом случае, нужно будет с Милкой серьезно поговорить.

Орися? У нее хранятся дубликаты ключей ото всех помещений. Но она убирает по вечерам, когда все уходят домой. Утром приходит только в дни зарплаты. Да, они давно знакомы, «бабушка» когда-то на общем мероприятии обронила фразу: «Помнишь, как у нас на Энгельса…». А Энгельса, если я не ошибаюсь, это улица так называлась, где находился дом культуры, в котором Валентина Ивановна работала в юности. Выходит, они с тех времен знакомы. И на «ты». Ну и что? Мужчин тогда не поделили? Ведь они обе одиноки. И столько лет копила Орися обиду, чтобы на старости лет отомстить? Нет, не похожа наша клининг-вумен на такую. Наоборот, она всем хорошее старается сделать: цветочки засохшие поливает, чашки с кофейной плесенью вымывает, в курилке подметает. И вообще, слабая она и нерешительная. И очень интеллигентная, даже больше, чем «бабушка». Внутренняя такая, скрытая, интеллигентность. Не от должности или мужа знаменитого. И как только она в уборщицы попала? Поинтересуюсь при случае.

Охранники Вовчик и Игорь? А что? Хорошие кандидатуры. Ключи от обоих входов в полном их распоряжении. Рано приходят, поздно уходят. Игорь – отставной военный, навыками борьбы владеет. Да только, где поп, а где приход? Он-то тут причем? Недавно у нас работает, с утра до вечера смотрит телек в своем «аквариуме». Друзей-врагов среди сотрудников не имеет. Тогда уж легче на Вовчика подумать, недаром он на «бабушку» так злобно косился. И личное их что-то связывает, ведь только он и вхож изо всех нас к ней в дом. Только ему сподручнее было бы с ней дома поквитаться за неизвестную мне обиду, без свидетелей. К тому же он уже пару своих смен на дежурстве пропустил. Опять на «лечении»? Или как это теперь называется.

Ну что ж, методом исключения остался один человек. И сдается мне, не только я до этого додумалась. Не зря Алису повторно поволокли в кабинет. Может, кто-то ее видел в то утро? И не кто-то, а Игорь. Он и заложил. То есть, доложил. Ну и зачем, спрашивается, Алиске драться и сталкивать начальницу с лестницы? Не представляю. Чтобы занять ее место? Так что, из-за паршивой должности убивать человека? И так варварски! Не может такого быть! Тем более, через год Валентине Ивановне и так на пенсию выходить. Можно было и потерпеть немного.

В общем, полный бред. Не могу представить, чтобы в обычном казенном учреждении, среди унылых чиновников вдруг закипели такие страсти, чтобы человека жизни лишить. И тем не менее, это случилось сегодня утром. Просто несчастный случай? Или все-таки убийство? В любом случае отсутствие ключей было примечательным фактом.

Так и не придя к вразумительному выводу, я поплелась домой. Даже с Милкой не хотелось сейчас обсуждать событие. Тем более, теоретически она могла быть замешана. Позже. Все позже. Сейчас была лишь огромная боль от утраты Валентины Ивановны и дикое желание спрятаться ото всех и горевать в одиночестве. Хотела позвонить Петьке и сообщить грустную весть. Все-таки, они много лет были знакомы. Но не хватило мужества. Пусть кто-то другой скажет. И не только это. Инстинктивно не хотелось провоцировать последующий разговор о себе, о нас. Ведь после всех перипетий и треволнений, связанных с моим трудоустройством, наши отношения как-то застопорились. Пару раз сходили в кино, в кафе и все. К себе я не приглашала, считала неудобным навязываться. А Петька тоже как-то не проявил инициативу. Так и не сложился старый-новый роман. И сейчас он мог бы подумать, что я ищу повод, чтобы с ним встретиться. Да, нечего сказать, хорош повод! Вот дурочка (это я о себе), все живешь мерками кисейных барышень. Так и проживешь до пенсии. И превратишься в Орисю – гордую и страшно одинокую. В общем, обозвала я себя последними словами и решила не гнать Петьку, если он опять объявится. Но пересилить себя, чтобы позвонить первой, не смогла.

Конец ознакомительного фрагмента.