Чтение онлайн

– Разочарован? – переспросила я и усмехнулась. – Вы оказались не столь успешным учеником?

– Нет. Я оказался очередным не слишком удачным сыном.

– Что-о-о? – я чуть на пятую точку не плюхнулась от изумления.

Он – тоже отпрыск Серафима? Да ладно!

– Именно так, - ответил Габриэль, кивая. – Серафим – мой отец. Но это еще не всё. Моя мать – Валентина Грушевская.

На этот раз я не выказала и намека на изумление. Сердито фыркнула и расхохоталась.

Он что, за дуру меня держит? Всерьез рассчитывает, что я по поверю?

– Понимаю твою реакцию, - губы Габриэля тронула грустная улыбка. – В результате романа Серафима и твоей бабушки Валентины на свет появилось два сына. С разницей в одиннадцать месяцев. Сначала Владимир, который изначально получил имя Серафим, затем я. Наш отец видел некие знаки и считал, что потомство именно от этой женщины получится самое сильное. Он рассчитывал получить ветвь, которой перейдут все его таланты. Прежде отпрыски рождались довольно слабенькими. У выдающихся магов так бывает. И довольно часто.

– Вы врете, - я слушала внимательно. Жадно ловила каждое слово, но всё равно не спешила верить.

– Со старшим сыном в этом союзе не сложилось, - продолжал Габриэль, будто и не услышав моих слов.
– В нем точно была искра магии, Серафим ее ощущал. Но Владимир родился раньше срока, и, видимо, это сказалось на его потенциале. Я появился на свет здоровым. Наш отец после нескольких проверок и обрядов пришел к выводу, что я тот самый отпрыск, и… - теперь его лицо исказилось. Болезненно. – Серафим заключили с твоей бабушкой сделку. К тому моменту, Валентина Грушевская уже поняла, что он – лжец и никогда не испытывал к ней трепетных чувств, а только использовал. Но ничего поделать не могла. Кто она против великого мага? У него-то сила оставалась даже в вашем мире.

– К-к-какую сделку? – прошептала я, и показалось, что вены покрылись льдом от страха. Что-то в голосе Габриэля напугало меня до жути.

Он ответил не сразу. Смотрел так, будто изучал каждую черточку. Наверное, пытался просчитать реакцию.

– Я не хотел тебе говорить, чтобы не расстраивать.

Я усмехнулась, моментально придя в себя. Вместо страха осталась тревога. Ну и злость, разумеется. То же мне нашелся родственничек, заботящийся о чувствах! Я больше никому из родни верить не собиралась. Ни старой, но новоявленной.

– Сказали «А», говорите «Б», - процедила сквозь зубы. – В смысле, рассказывайте о сделке. Сейчас же!

Габриэль кивнул, выглядя… обреченно, что ли.

– Серафим и Валентина договорились, что один ребенок останется с матерью, другого заберет отец. И больше они никогда не будут пересекаться. Дольно мерзкая сделка. Может, твой отец и прожил неплохую жизнь в неведении. Но я-то, повзрослев, узнал правду. О матери, которая меня отдала, зная, что никогда не увидит. Умом я понимал, что особого выбора у нее не было. Но в душе всегда была боль. В отличие от Серафима (да, я давно не зову его отцом), у меня нет дара путешествовать по мирам. Я не мог навестить мать и брата.

– Печальная история, согласна, - я продолжала смотреть на Габриэля недобро. – Но с чего вы взяли, что она меня расстроит? Я очень даже могу понять бабулю Валю. Она была никем против великого мага, который притворялся влюбленным, а сам использовал и ее и общих детей. Всё, что могла, сохранить хотя бы одного ребенка. Пусть даже ценой был отказ от второго. К тому же, бабуля могла считать, что вам в магическом мире будет лучше. В том мире вы бы остались обычным человеком. Здесь развернулись по полной. Не всё так плохо. Ну а то, что отец считал вас разочарованием… Бывает. Во многих семьях. Ко мне мать точно так же относится. Притом, что двух других детей искренне любит. С вами не произошла главная вселенская несправедливость. Не обольщайтесь.

В глазах Габриэля отразилась грусть.

– Я еще не всё рассказал, Амелия. Осталась самая отвратительная часть. Серафим поставил в известность Валентину, что однажды вернется. Ведь сила, что поселилась в их первенце никуда не делась. Просто не смогла реализоваться в слабом при рождении теле. Серафим считал, что она проявится в следующем поколении. У ребенка Владимира Грушевского. Серафим собирался забрать одаренного внука. Валентина знала. И была согласна. Они даже составили договор на крови. Вот только…

– Что? – я поежилась. История становилась всё безумнее.

Бабуля знала, что внука попросту изымут? Всегда знала? Ого…

А папа? Нет, вряд ли. Он же не подозревал, что является сыном мага из другого мира. Считал, что его папенька – пьяница и дебошир Петухов. Или как его там?

– Ну же, не молчите! – потребовала я.

– Годы спустя твоя бабушка передумала. Или же после свадьбы сына осознала, что пропажа ребенка станет страшным ударом для молодой семьи. Не могу знать деталей. Только последствия. В общем, когда до рождения твоего старшего брата оставался месяц, Валентина подмешала что-то твоей матери. Не смертельное для нее или ребенка. Но средство вызвало преждевременные роды. Анатолий родился недоношенным и слабым. Я понимаю, какой расчет был у Валентины. В немощном при рождении теле магия не приживется, и внук останется в родном мире. Как когда-то Владимир. Так и вышло. Но клятва на крови имеет мощную силу, а ее нарушение – жесткие последствия. Вскоре после рождения внука Валентина заболела и умерла. Препятствие для появления особенного потомка исчезло. Через пару лет твоя мать снова забеременела.

– Мной… - пробормотала я, и волосы на голове зашевелились.

Кажется, самую жуть Габриэль оставил на «сладкое».

Так и вышло.

– Серафим навестил ваш мир. Тайно, разумеется. Хотел понять, как развивается дитя в утробе матери. Ощущается ли в нем сила. Да только всё пошло не по плану. Он проник в дом, усыпил магией твою мать и… попытался провести проверку. Положил ладони ей на живот и… - Габриэль закатил глаза. – В общем, его ударило магическим зарядом от неродившегося еще ребенка так, что он три недели не мог вернуться домой. Сила внука (точнее внучки) взбунтовалась, ощутив угрозу. Дала сдачи. Более того, когда Серафим после возвращения домой оправился-таки, выяснилось, что он больше не может путешествовать по другим мирам. Способность была утрачена навсегда. Он получил лишь один «билет», чтобы добраться до дома. И всё. И сделала это ты, Амелия. Ты - более сильный маг, чем был твой дед.

– Нет… - я протестующе замотала головой. – Я же даже не родилась тогда.

– Но твоя сила была при тебе. И она защитилась. Серафим уже не мог до тебя добраться. Не мог использовать с собственных целях.

– Но я…

– Амелия, я лишь хотел помочь вернуться домой и стать себе настоящей хозяйкой, - заверил Габриэль. – Клянусь жизнью. Наши новые занятия сделали бы тебя не только недосягаемой для других магов, но и помогли бы научиться пользоваться силой дома. Полезное приобретение, согласись.

Мысли неслись вскачь. Я не знала, что сказать Габриэлю. Следовало сначала переварить новости. О бабушке, о новоиспеченном дяде. О моей магии, основательно щелкнувшей по носу Серафима.

Впрочем, времени на разговоры не осталось.

– Нарушители! – завопила уборщица, вошедшая в зал с ведром и шваброй.

Я охнула. Посмотрела на сеть под потолком, потом на Габриэля.

– Доверься мне, – попросил он и, не дождавшись ответа, шагнул ближе. Крепко сжал и…

Вокруг поднялся вихрь, унося нас обоих прочь из ратуши.