Картины русского быта. Часть 1
Шрифт:
— Правда? — шепчу я, боясь спугнуть момент откровенности.
— Да, — кивает он. — Знаешь, ты чем-то похожа на Наташу, мою жену.
Значит, он помогает мне, потому что я на нее похожа?
Видимо, эмоции читаются на моем лице, потому что Лев сразу качает головой:
— Нет-нет, внешне вы совершенно разные. Но в тебе есть... внутреннее тепло. Свет какой-то. Наташа тоже умела так светиться изнутри.
Его слова отзываются во мне щемящей нежностью.
Я понимаю, как много для него значит это признание, как непросто ему сейчас говорить о жене. Мужчины вообще не любят таких разговоров, и поэтому откровенность Льва для меня особенно ценна.
— Я не тороплю события, Ева, — добавляет он мягко. — Просто хочу, чтобы ты знала: я рядом вовсе не из жалости, чувства долга или чего-то еще.
— Спасибо, — отвечаю я, чувствуя, как глаза предательски щиплет. — За честность. За то, что даешь мне время. За все.
Лев протягивает руку через стол и осторожно накрывает мои пальцы своими.
Это простое прикосновение отзывается теплой волной где-то под сердцем.
Мы сидим молча, но в этой тишине столько невысказанного, столько понимания и взаимного притяжения, что слова кажутся лишними.
Я, как и Лев, пью чай и думаю о том, как удивительна жизнь: два человека, раненых прошлым, находят друг друга и медленно, осторожно начинают оттаивать.
Тишину нарушает звонок мобильного Льва. Он видит, кто звонит, и меняется в лице: мгновенно собирается, серьезнеет.
— Слушаю, — отвечает.
Не знаю, что говорит собеседник, но в этот момент Лев оправдывает свое имя.
В нем просыпается что-то хищное, и он, обрабатывая входящую информацию на ходу, задает вопросы и раздает указания короткими, рублеными фразами.
— Хорошо, жду подробные данные к завтрашнему утру, — завершает разговор, кладет мобильный на стол и поднимает на меня взгляд.
Его лицо освещает улыбка.
— Ева, у меня хорошие новости.
Я сразу догадываюсь, что речь о моем бывшем муже.
— Аудиторы что-то откопали? — уточняю.
— Пока нет. Но я нашел способ прижать Артура.
Глава 38. Прижатый к стенке
Ева
Столько недель ожидания, попыток найти какие-то документы или информацию, и вот в один момент плотину словно прорывает.
Оказывается, Артур все-таки успел наследить.
Мало того, что нарыл Лев, так еще на следующее утро позвонил Паша и со звенящим в голосе напряжением сообщил, что нашел «кое-какие документы».
Я включила громкую связь, и сын долго обсуждал все со Львом.
Единственное, о чем я сразу попросила, — чтобы Артур не знал, что эту информацию достал Паша. У меня нет ни малейшего желания проверять, что учудит бывший муж, если узнает, что во всем этом замешан его собственный сын.
Слава богу, возражать они не стали.
Лев в этот же день собрался ехать к Артуру, а у меня, как назло, дико разболелось плечо.
Как я ни просилась поехать с ним, Лев отвез меня в частную клинику, чтобы мне провели полное обследование, а сам отправился на разговор с Артуром.
Добавил, что мне не стоит при этом присутствовать.
В итоге я сижу на приеме у врача, нервно ерзая на стуле, а сама мыслями там, в кабинете, где бывший муж сейчас уже должен говорить со Львом.
***
В это же время
Артур
— К вам Лев Аристов, — докладывает мне секретарь.
Я приподнимаю бровь. Интересно, зачем пожаловал?
— Пропусти, — отзываюсь.
Лев входит в мой кабинет уверенной, чеканной походкой. Держится прямо, его взгляд холоден и внимателен — такой я видел у акул бизнеса перед решающими переговорами.
Что ж, посмотрим, что ему нужно.
— Добрый день, — коротко бросает он.
— И вам не хворать, — развалившись в кресле, отвечаю я. Указываю на место напротив. — Присаживайтесь. Чем обязан?
Лев устраивается, закидывает ногу на ногу. Весь его вид излучает спокойствие.
— Артур, давайте не будем ходить вокруг да около. Я здесь из-за Евы и ее доли в бизнесе.
Ну конечно, защитничек явился. Кто бы сомневался.
Я демонстративно зеваю:
— Опять двадцать пять? Сколько можно? Компания принадлежит моему отцу, все документы в порядке. Ничего Еве не причитается. К тому же вам наверняка известно, что я сам — добровольно — предлагал бывшей жене долю в двадцать пять процентов. От всей души, так сказать. Она отказалась, так что теперь не получит ничего.
— Давайте начнем с налогов, — невозмутимо отвечает Лев и достает какую-то папку с документами. — За последние три года ваша компания недоплатила в бюджет крупную сумму. Вам лучше меня известно, что речь о неуплате налогов в особо крупном размере.
Внутри все напрягается, но я сохраняю невозмутимость.
— И что с того? Я прекрасно знаю законодательство. Заплачу недоимку, пени, штрафы. Максимум — административка. Больше ничего мне не будет. — С усмешкой смотрю на Льва и добавляю: — Никто меня за это не посадит.
— Верно, — спокойно кивает Лев. — За налоги, может, и не посадят.
— Тогда, если у вас все, можете идти, — с победной улыбкой киваю на дверь.
— Нет, это только начало. — Лев подается вперед. — У меня есть показания ваших партнеров. Двое готовы подтвердить в суде, что вы неоднократно заявляли о своем единоличном владении компанией. У одного из них даже есть аудиозапись вашего разговора.
Чувствую, как холодеет спина, а с лица сходит кровь.
Кто из них меня предал?!
Узнаю — закопаю!
— Кроме того, — продолжает Лев безжалостно, — у меня на руках документы о выводе активов через подставные фирмы. Должен сказать, очень интересная схема: создание компаний на доверенных лиц и продажа им имущества по заниженной стоимости.
Во рту пересыхает. Откуда у него эта информация? Внутри нарастает паника, но я пытаюсь держать лицо.
— Это голословные обвинения...
— Бросьте, — обрывает меня Лев. — У меня есть все документы. Думаю, налоговой и прокуратуре будет весьма интересно их изучить. А если добавить показания партнеров о вашем реальном статусе в компании...