Чтение онлайн

Одиннадцать "зеленых"... Зепп первым перескочил через борт машины. Там сидел конвойный с автоматом. Он улыбнулся и протянул Зеппу руку.

– Привет, камарад! Ты слышал, что мы начали большое наступление в Бельгии? Мы еще выиграем эту войну! В Дахау вас встречают с музыкой!

– С музыкой?
– Зепп просиял.
– Слушай-ка, посоветуй мне, как бы попасть в горнолыжную часть? Я был тренером в Арльберге. Лыжниц у меня там было, ого-го!..

В машину влезли остальные.

– Одиннадцать?

– Одиннадцать! Поехали!

Копиц и Дейбель уже не стали возвращаться в комендатуру. Сегодня перекличка продлится долго, давайте-ка начнем ее сразу. Сигнал!

Ударили в рельс. Заключенные еще не завтракали, кофе был не готов, но это неважно. "Всем выстроиться на поверку!"

Зажглись прожекторы. Страшная виселица еще торчала посреди апельплаца.

– Lagerschreiber, vorwarts!

С бьющимся сердцем Зденек впервые побежал к воротам. На руке у него была повязка Эриха. Часовые пропустили его.

Копиц смерил нового писаря взглядом.

– Скажешь Диего, чтобы сразу после переклички убрал виселицу.

"Слава богу, первый приказ хороший!" - подумал Зденек.

Хитрые глазки Копица прищурились, он без труда угадал мысль писаря.

– Но я не сказал, чтобы ее разрубили в щепы, - усмехнулся он.
– В любой момент ее можно поставить снова.

– Jawohl!

– Кого мы сделаем старостой? Ты, небось, хочешь Оскара. Он ведь твой дружок, а?

– Да. Я его очень уважаю. Превосходный врач и честный человек...

– Заткнись! Старостой ему не бывать. Хватит мне одного жида в конторе. Предлагай кого-нибудь другого.

Зденек хотел назвать Фредо, но не сделал этого, вспомнив о ночном разговоре у Вольфи.

– В лагере остались три немца, - сказал он.
– Вольфи, Клаус и..

– Вот так-так! Как же я о них не вспомнил? Вольфи - это такой рыжий? Большевик?

– Не знаю. Но у него красный треугольник.

– А у тебя какой?

– Тоже красный.

Копиц усмехнулся и сказал медленно:

– Мне важно, чтобы в новом руководстве были толковые люди. Менять их я уже не собираюсь. На всю зиму.

* * *

На апельплаце Дейбель делал зарядку.

– Ну, - сказал он, когда рабочие команды построились в шеренги.
– Кто из вас пойдет добровольно? Кто хочет перейти с папашей Дейбелем в новый лагерь?

Первым шагнул вперед Фредо и вытянулся перед эсэсовцем:

– Фредос Саккас, грек, арбейтдинст.

Дейбель благосклонно кивнул.

– Одобряю. Что, понравилось тебе у Молля?

– Понравилось, - сказал Фредо и весело сверкнул глазами.

Следующим вышел Гонза и стал рядом с Фредо.

– Ян{32} Шульц, чех...

– К черту, к черту! Будете мне тут представляться, как на балу? Кто еще? Становитесь сюда, писарь всех запишет.

Но добровольцев оказалось мало. Дейбель вытянул из-за голенища кабель и стал выразительно похлопывать им по руке, обтянутой перчаткой.

– Ну, что же вы? Или, может быть, воображаете, что все останетесь тут, в лазарете, шваль вы этакая? Записывайтесь, пока я не начал вытаскивать вас поодиночке за уши!

В ворота вошел Копии с трубкой в зубах и приказал сопровождавшему его Зденеку:

– Сходи за картотекой. Тут же, на месте, будешь вынимать карточки тех, кто уходит, и составишь на них пересыльную ведомость. Пусть кто-нибудь поможет тебе принести сюда скамейку, будешь работагь здесь. Живо!

Кучка добровольцев около Фредо все еще была очень маленькой. Дейбель стал обходить ряды и сам выбирал людей покрепче.

Зденек и Бронек принесли скамейку, Зденек сел на нее верхом, поставил перед собой картотеку живых и вытащил несколько карточек; поляк положил на них камень, чтобы ветер не унес листки.

– Свет сюда!
– крикнул Копиц часовому на вышке, и луч прожектора упал на скамейку. Зденек чувствовал себя, как на сцене, настроение у него было приподнятое, он был взволнован разлукой с Фредо, который сейчас подошел к нему. Они видятся в последний раз!

Зденек вынул карточку Фредо и положил ее под камень. Они обменялись рукопожатием.

– Работай как следует.

– Желаю успеха. Salud!

Потом подошел Гонза. Зденек отрицательно качнул головой.

– Ты не уйдешь, что это ты выдумал? Копиц уже согласился сделать тебя младшим писарем. Катись!

– Вынимай карточку!
– усмехнулся Гонза.
– В конторе пусть пристроится кто-нибудь другой, мне нужно быть у Молля.

– Из лагеря труднее удрать, - хитро подмигнул Фредо, наклонившись к самому уху Зденека.
– Гонза думает, что со стройки ближе до Праги.

Гонза тоже наклонился к Зденеку.

– Счастливо оставаться, Зденек. Если когда-нибудь услышишь со стороны стройки выстрел и это будет не во время налета, вспомни обо мне.

– Живо, живо!
– закричал Копиц, подходя проверить, почему не двигается очередь.
– Не торчать же тут до вечера!

Зденек вынимал одну карточку за другой. Пальцы у него озябли, и он с трудом извлекал нужную карточку, стараясь не вытащить заодно и соседнюю, которая должна остаться в ящике.

Среди узников на апельплаце слышались жалобы. Дейбелю не хватило здоровых, он уже брал людей совсем больных, в разбитой, подвязанной бечевками обуви. Копиц дал ему похозяйничать еще минут пять, потом сказал: "Is gud, Руди!"

Вот и эсэсовцы в последний раз стали рядом - коротышка Копиц и долговязый Дейбель. Было видно, что и они думают о расставании. Кто-то заметил, что нет Лейтхольда. Где же он?

Зденек заканчивал регистрацию, очередь перед ним все убывала. Тем временем Копиц отвел Дейбеля в сторону.

– Веди себя теперь потише, - прошептал рапортфюрер.
– Ты переходишь в новый лагерь, где тебя еще не знают... Будь осторожен. Бог весть как обернутся события...

– Ну, что ты, Алоиз!
– усмехнулся Руди.
– Разве ты не слышал, что сказал конвойный из Дахау? Мы наступаем!

– Слышал, - сказал Копии.
– Эрих, Карльхен и Зепп будут наступать, я знаю. Береги себя.