Чтение онлайн

Система вежливо предупредила об обезболивании: если никогда не пробовал наркотики, анальгетики в VR могут не сработать. У меня с этим проблем не было.

Окно предупреждений висело сбоку — настойчиво и честно:

Число противников: 16

Уровень сложности сценария превосходит уровень подготовки пользователя.

Рекомендуется изменить параметры симуляции.

Плевать.

Я подтвердила загрузку и шагнула вперёд ещё до того, как шасси коснулись земли. Асфальт под ногами был неровный, треснувший — слишком реальный. Вертолёт ушёл вверх, и город сразу стал тише. Не пустым — настороженным.

Первый выстрел пришёл почти сразу. Я ушла влево, к стене, прижалась плечом к бетону — от стены полетело крошево. Противники стреляли аккуратно. Без суеты. Не толпа. Группа.

Я выстрелила из подствольника гранатой из укрытия, навесом — на удивление, попала.

Счётчик мигнул: Число противников: 15.

Я двигалась быстро. Никаких эффектных рывков, никаких «геройских» решений. Только углы, укрытия, короткие выходы. Город был против меня — слишком много линий огня, слишком много высоты.

В кино и играх противники обычно просто бегут и стреляют друг в друга почти в упор. В боевом VR так живёшь секунд десять. Здесь укрытие — это жизнь. Остановился — умер. Замешкался — умер.

Меня могла спасти только скорость.

Я рванула по разломанной лестнице, перепрыгивая отсутствующие ступени, чувствуя, как подошвы скользят по крошке бетона. Перила были сорваны, торчали ржавыми обломками — за них не ухватишься. Лестница уходила вверх рывками.

Выстрел пришёлся в последний момент — я даже не успела осознать, откуда. Удар был тупой, глухой, как если бы по грудной клетке приложились битой изнутри. Воздух мгновенно выбило из лёгких, в глазах вспыхнули белые точки.

Бронежилет выдержал, но тело не согласилось. Меня развернуло, шаг сорвался, и я полетела вниз, уже не пытаясь удержаться — только сгруппироваться, поджать голову, принять удар.

Спина встретилась с бетоном тяжело. Мир дёрнулся, сместился, будто кто-то на секунду сбил калибровку. Боль пришла позже — сначала было только осознание, что я всё ещё жива. И что времени нет.

Я рухнула за ржавый металлический контейнер, ударившись плечом и бедром. Металл был холодный, шероховатый, с острыми краями, которые сразу впились в ткань формы.

По контейнеру тут же загремели пули. Он зазвенел, заскрежетал, будто его били молотками со всех сторон. От каждого попадания корпус вздрагивал, передавая вибрацию прямо в кости.

Нельзя останавливаться.

Никогда.

Если ты прижался к укрытию и думаешь, что выиграл несколько секунд, ты уже проиграл. У них тоже есть гранаты. И они умеют считать.

Я перекатилась вдоль контейнера, не поднимая головы, чувствуя, как бетон царапает спину. Выдернула чеку и бросила гранату не целясь — просто в ту сторону, откуда шёл самый плотный огонь.

Взрыв был не громкий, но достаточный. Металл дрогнул, давление ударило в грудь, и мир на секунду стал глухим.

Число противников: 14.

Этого хватило, чтобы уйти.

Я выскочила из-за укрытия и пересекла открытую зону одним рывком, чувствуя, как пули режут воздух рядом — слишком близко, чтобы игнорировать. Каждая из них будто оставляла за собой след, и я шла между ними, не быстрее и не медленнее, чем позволяли мышцы.

Город сжимался вокруг, складывая улицы и проёмы в воронку, направляя меня туда, где выхода нет. Стены, окна, балконы — всё работало против меня, превращаясь в возможные точки огня.

Именно в такие моменты боевой VR перестаёт быть игрой окончательно.

Здесь нет «дальше». Есть только сейчас и следующий метр.

План был прост: занять точку в разрушенном здании и получить преимущество по высоте.

Не вышло.

Безликие враги в камуфляже приближались, аккуратно, без суеты. Они не бежали. Они сжимали пространство.

Я пошла на прорыв. Если преодолеть лестницу, с другой стороны здания должен быть джип с ещё живой батареей. Мобильность — жизнь.

Я выдала длинную очередь, пробегая пролёт. Не целясь — подавляя. Машинально выстрелила по движению слева, наверху. Кажется, мы выстрелили одновременно.

Пуля пробила бронежилет. Я почти не заметила — только тупой толчок, сбивший ритм, как если бы кто-то на мгновение сбил дыхание ладонью. Боли не было. Не сразу.

Тело в камуфляже повалилось вниз, ударилось о перила и исчезло из поля зрения.

Я добежала до окна, внизу увидела трёх врагов, медленно двигавшихся к укрытию, и бросила гранату. Сразу же, не дожидаясь взрыва, высадила остаток магазина длинной, широкой очередью — подавляя, ломая ритм, не оставляя времени на ответ.

Индикатор боезапаса замигал нулями.

Число противников: 9.

Я перезарядила обойму. И только потом осела по стене, позволяя телу на секунду догнать происходящее.

Под бронежилетом было мокро. Не сразу больно — просто неправильно. Голова закружилась, изображение на долю секунды поплыло. Биомониторинг пискнул — давление падает. Пуля задела артерию где-то внутри.

Боевой VR с методичностью умелого садиста моделировал реакции моего тела на внутренние повреждения — честно, без скидок и жалости.

Раньше это был бы конец. Я теряла мобильность — и оставшиеся противники просто добили бы меня.

Хрен вам.

Я сорвала с бедра аптечку, рассыпая на грязный бетон блистеры и капсулы автоинъекторов. Пальцы работали быстрее мысли. Сначала — обезболивающее. Алекс может закрыть мне реальные наркотики, но VR они здесь ничуть не хуже.

Теперь нужна оранжевая. Гемостатическая пена.

Я расстегнула бронежилет, машинально отметив, какая аккуратная дырка от пули на коже. Почти эстетично. Где-то там внутри всё было куда менее аккуратно.

Я приложила автоинъектор к раневому каналу и, стараясь не думать, надавила на кнопку.

Мир залило яркой белой вспышкой боли, когда гемостатическая пена начала расширяться внутри, заполняя пустоты, выползая из раны весёлыми, отвратительно живыми барашками. Тело выгнуло само, без разрешения.

Боль — это всего лишь электрические импульсы моего процессора, которые интерпретирует моя лимбическая система.

Это неважно.

Мобильность важна.

Инъекция стимулятора в бедро. Вот это было хорошо — что там намешали химики ОПЗ в боевой коктейль? Не хочу знать. Муть отступает. Зрение собирается в фокус, мир возвращает резкость. Сердце колотится, но держит ритм — быстро, зло, на пределе.