Чтение онлайн

Скрипнула ветка. Я резко повернул голову и увидел её. Ночью она казалась ещё прекраснее. Ночью седина волос превращалась в серебро, а безумие глаз в фантазию очарования. Искайн Сиано стояла в нескольких сарках от меня, небрежно качая усталую ветвь.

– Скучаешь?

Ласкающая ночь не ответила, лишь толстый сук истерично треснул в её тонких пальцах. Фея сделала шаг навстречу. Огромные, дурманящие глаза сверкнули в податливой темноте. Нежное, еле слышное рычание сорвалось с томно приоткрытых губ. Рычание, от которого хотелось бежать. Вот только куда? От нее или к ней?

Невольно я протянул руку в пьяном желании прикоснуться к этому прелестному в своей дикости существу. Протянул и едва не закричал. Ладонь обожгло злым морозом, в разум хлынула волна ледяного огня. Было больно, было страшно, но в этом страхе не было и тени смерти. Лишь безумие. Безумие самой тьмы, грызущей плачущие лучи света.

– Кто они?
– фея подошла совсем близко.
– Те, кто всегда рядом с тобой. Те, кого видишь только ты? Только ты... и только я.

Я вскочил. Никто и никогда не задавал и не мог задавать мне подобных вопросов. Никто и никогда не мог узнать о Барги, Кайлин и Карифе. Так, какие же силы подвластны этому кошмару Тайор Донара?

– Откуда?! Откуда, облай тебя Диос, ты знаешь?!
– я почти кричал.

– Мои глаза - глаза ночи, - фея засмеялась.
– А ночь видит то, что никогда не покажешь дню.

– Валот с тобой, ведьма, - я снова привалился к дереву.
– Но какое тебе дело до моих грез?

– Грез?
– Искайн Сиано придвинула свое лицо на расстояние поцелуя и повторила.
– Грез? Тогда почему ты так жаждешь найти к ним дорогу? Или к ней?

– Потому что безумен! Также как и ты!

Она снова засмеялась. Её смех бил и целовал одновременно, заставлял вздрагивать и желать. Смех грешной, густой ночи. Смех страсти и отчаяния. Смех одинокой, уставшей от любовников вьюги.

– Это потому что только безумец найдет туда дорогу, - губы шептали.
– И я могу найти её для тебя.

Я непонимающе смотрел в огромные платиновые глаза. Дорогу? Дорогу к Кайлин? Видит Диос, за это я был готов отдать все и продать всех. Но для меня это всегда было лишь мечтой. Мечтой, в которую я верил, только благодаря своему упрямству. Хотя с другой стороны, - кто, если не она?

– Как?!

Она снова зарычала. Нервно, нетерпеливо, давая понять, что этот вопрос останется без ответа. Рычание перешло в пьяный стон и затихло где-то высоко, там, где в испуге замерли ночные птицы. Я зло тряхнул головой, безуспешно изгоняя назойливый хмель.

– Хорошо. Что ты за это хочешь?

Фея коснулась моего лица горячим ртом.

– Ты знаешь, чего я хочу.

– Алиави!

Мы выдохнули это одновременно и тут же слились в жадном, яростном поцелуе. Её волосы опутали меня словно паутина. Острые ногти больно вгрызались в мое напряженное тело. Её глаза горели, словно две падшие в бездну звезды. Её губы смеялись и рыдали. Её отчего-то странно тяжелое тело звало и тут же гнало прочь. Она играла, она умоляла, она казнила. Она стонала словно могильный ветер. Задыхаясь, слизывая кровь с искусанных губ, с дикой, жестокой усмешки.

Я с трудом принял неровное сидячее положение. Рубашка была порвана, лицо и грудь исцарапаны, а на душе застыло не сладкое послелюбовное томление, а терзающий разум холод. Ибо я заключил сделку с самой ночью. Ночью, которая никогда не обагриться зарей.

Я уже не видел её. Вуаль тьмы надменно заслонила тонкую фигуру от моего недостойного взора. Но ведь мы обязательно встретимся вновь. Теперь уже наверняка. И пускай каждый получит, то, что желает.

Я рассеянно зашарил руками по траве, надеясь найти оброненную по понятным причинам трубку. Хвала Диосу, минут через пять мне это удалось, и я вновь затянулся горьким дымом. Зачем ей алиави? Почему она не возьмет его сама? Тяжелые вопросы, которые исчезали под светом одного легкого имени. Кайлин! Ради неё я готов заключить сделку хоть с самим Погонщиком. Да и дорога в глубины Шираз Донара теперь не казалась такой уж идиотской затеей.

Да, такую ночь жалко тратить на сон. Такую ночь стоит запереть в алмазной клетке и кормить её отборным лунным смехом. Такую ночь не стоит выпускать гулять в страшном лесу одну. Ведь она может потеряться и больше никогда не прийти к твоему скучающему порогу.

29

Час назад мы покинули постоялый двор старины Рибрина. В моем заплечном мешке нашли временный приют новая карта и почти килограмм свелса, - доза которую бы хватило на полгода активного употребления дюжине старательных наркоманов. Судя по карте, отклониться от первоначального маршрута придется не слишком значительно. Лучшая новость за последние дни.

Хвала Диосу известие о моем проигрыше и новом долге, Дамми воспринял вполне философски. Видимо это объяснялось тем, что он наконец-то выспался. А вот рассказ о своем ночном рандеву я решил приберечь до тех времен, когда станет совсем уж скучно.

Хотя я и обрел второго заказчика, муками выбора терзаем отнюдь не был. Возьму два, это я решил сразу. Два алиави, две проблемы и одновременно два решения. Но именно эти проблемы можно было отложить, в отличие от двух других идущих шагах в восьми впереди нас.

– Через пару часов будет поворот на Бриликол, - алый цверг хмуро смотрел в спину гонцам Шервана.
– Решай быстрей. Или я буду решать сам.

Как ни печально, но Дамми был прав. Вести бойцов Шервана в Бриликол, подставлять Клотиса - это было уже чересчур. И если я промедлю, Арн гор Даминион сам уладит все вопросы с Шерванским клубом, абсолютно не считаясь с последствиями. Так, что у меня оставалось пара скоротечных минут и чуть больше неприятных мыслей.

Вдруг сбоку возникла темная фигура Барги. Он весело подмигнул и тряхнул головой, рождая атональный звон серебряных бубенчиков на черном колпаке.

– Не думай, малыш, - его жесткая усмешка стала чуть шире.
– Не думай. Просто засмейся и ударь. И сразу станет легче.

Я на секунду прикрыл глаза, а потом беззвучно рассмеялся, быстрым движением выхватил арбалет и без лишних раздумий спустил курок, целясь прямо в лысый шерванский затылок.

Он был хорош, мой безымянный враг. Он знал, что в итоге я выстрелю. Он только не знал когда и поэтому был готов и сейчас. Сложно сказать, на что он среагировал. На звон тетивы, на давящую тишину или на подсказку предателя-ветра. Но вместо того, чтобы раздробить голову железный болт обескураженно чиркнул по его плечу.

Спустя доли мгновения я поймал полный ярости взгляд, а потом резко отклонился в сторону, пытаясь увернуться от небольшого кинжала, гневно сверкнувшего в непозволительной близости от меня. Кинжал пронесся в пол-ладони от моего глаза и вдруг резко отдёрнулся назад, повинуясь тонкой цепочке, к которой был привязан. И как ни печально мне оставалось лишь последовать вслед за ним. В новый, уже заранее надоевший бой.

Несколько длинных прыжков, на ходу обнаженный меч и выверенный, редко когда подводящий выпад. Парирован. Молниеносное, изящное движение и на пути моего клинка возник широкий стальной веер. И вот уже мне приходиться отбивать точный, скупой удар в голову.