Чтение онлайн

Нырнув обратно в магазин, заметался в поисках выхода из сложившейся ситуации. Убегать бессмысленно – заметят и откроют огонь. Прятаться – тоже. Совсем скоро эти гады увидят следы на снегу и захотят закинуть в яму гранату-другую.

Дверь в подсобном помещении, так же исполняющем функции склада, не поддавалась, а если бы нерадивый персонал и позабыл её закрыть, толку-то, снаружи снега метра на три. Ни единой спасительной зацепки…

«Пейн, я выхода не чувствую!

Ванёк, у тебя его нет!»

Не смешно. Варианта два: спрятаться в надежде, что меня никто не найдёт, или принять бой и попытаться завладеть автоматом, а там уже наши шансы уровняются.

– Onko t"a"all"a ket"a"an? Tulkaa ulos!39 – донёсся с улицы тихий голос, но я не понял ни слова. – Me emme halua vahingoittaa sinua.40

– Olavi, he ovat kaikki hulluja.41 – одёрнул своего товарища другой солдат, судя по интонациям, командир группы. – Vain heit"a kranaatti!42

– Matti, he ovat samanlaisia ihmisi"a kuin me. Jotkut heist"a voivat pelastua.43

Знать бы, о чём говорят эти сволочи. Что это вообще за язык? Эстонский? Похоже на то, но что эстонцам делать так далеко на севере, да ещё и в такое неспокойное время?.. Хотя нет, приходилось мне слышать эстонский язык на периметре, и это точно не он. Что-то прибалтийское – к гадалке не ходи.

– Min"a laskeudun alas ja tarkistan!44 – голос первого солдата звучал взволновано, однако, судя по всему, прочие члены группы его чувств не разделяли.

Вполне вероятно, что наиболее разговорчивый собирался выкурить меня отсюда, а командир всячески отговаривал его, но могло быть и наоборот… Чёртовы догадки, скажите хотя бы одно знакомое слово, хоть что-то!..

– Meid"an on ment"av"a edelleen! Meid"an t"aytyy l"oyt"a"a generaattori! Kaikki muu my"ohemmin!45

– H"an on oikeassa,46 – подключился к разговору третий, ранее молчавший солдат.

– H"olm"o!47 – в сердцах воскликнул командир.

Один за другим щёлкнули автоматные предохранители. До слуха донеслось едва различимое шуршание одежды и осторожное поскрипывание снега. Судя по всему, военные решили-таки заглянуть ко мне на огонёк. Ну что же, более лёгкой добычи им не найти во всей округе.

Прильнув к стене возле входного проёма, я приготовился дать достойный отпор приближающемуся неприятелю. Нож есть, это уже что-то, если удастся нанести точный удар… Граната! У меня же есть граната! Самое время воспользоваться ей!

Руки суматошно зашарили по карманам, но, как назло, натыкались лишь на банки тушёнки. Консервы со стуком падали на пол и укатывались куда-то во тьму магазина, но граната решительно не желала быть найденной…

– Onko siell"a ket"a"an? Tule ulos!..48

Ну, где же она, где… Сигареты, зажигалки, вода… Чёрт…

Наконец, рука наткнулась на бугорок в нагрудном кармане. Отпущенное время вот-вот грозило кончиться, так что, нащупав шершавый бок снаряда, я без размышлений потянул его на себя. Послышался ни с чем несравнимый звон отлетевшего в сторону рычага…

– Вот чёрт… – на осознание произошедшего понадобилось всего мгновение, но его хватило, чтобы натренированное тело успело отреагировать.

Швырнув гранату в дверную щель, я перемахнул через витрину и распластался на полу, зажав ладонями уши и пошире открыв рот. С улицы послышался предостерегающий выкрик, но было уже поздно… Раздался оглушительный взрыв. Маленькое закупоренное со всех сторон помещение магазина сработало, подобно качественному усилителю звука. Ни открытый рот, ни прижатые ладони ничерта не помогли, так что я в мгновение ока оглох и потерял ориентацию в пространстве. Мир поглотил тихий писк, перед глазами всё поплыло, но я каким-то невероятным усилием воли умудрился остаться в сознании.

В этот момент где-то в параллельной вселенной, неизмеримо далёкой от меня, зазвенело стекло входной двери. Часть осколков угодила в полки с продуктами, сметая их содержимое на пол и разнося на мелкие куски, но основной удар пришёлся на солдата, пробирающегося по выкопанному мной проходу. Отреагировать на опасность бедолага не успел, погибнув на месте, а вот его товарищам повезло меньше. Происходи дело у двери какого-нибудь подвала или квартиры, и они отделались бы лёгкой контузией, но сейчас между поражающими элементами и бойцами не было ничего, кроме снега, который, в отличие от бетона, легко прошивался навылет. В ночной тишине раздались крики боли и ругань, но я ничего этого не слышал.

Минута шла за минутой. Безучастно поглядывая на дверь, я ожидал ответного хода, но ничего не происходило. Наконец, писк сбавил обороты, а сквозь глухую тишину начали прорываться автоматные очереди.

Осторожно приподнявшись, я попытался встать, но ушедший из-под ног пол, явно несогласный с моим решением, опрокинул тело назад. Голова едва не треснула от удара, но времени на потирание шишек и ссадин не было. Встав на четвереньки, я пополз к двери. Рука сжимала рукоять ножа, в колени впивались осколки стекла, реальность двоилась, раскачивала тело из стороны в сторону, но повлиять на это я никак не мог.

Неловко прислонился к косяку и выглянул наружу. В расширившемся проходе лежал свеженький покойник. Словно опрокинутая на пол чернильница, тело щедро пропитало снег под собой свежей кровью, сочащейся из многочисленных ран. Сквозь разорванный маскхалат угадывались очертания бронежилета, не сумевшего уберечь хозяина от близкого взрыва наступательной гранаты. Белая каска практически не пострадала, в отличие от очков, которые покрылись паутинкой трещин с неаккуратным отверстием посередине. Вся левая половина стекла была заляпана кровью, в правой же виднелся неестественно выпученный глаз, недоумённо уставившийся прямо на меня. Рядом валялся уродливый автомат. Визуально взрыв практически не повредил его, разве что, лёгкое пластиковое цевьё треснуло. Подобрав оружие, я попытался передёрнуть затвор, но ничего не вышло. Вынул магазин и заглянул внутрь. В потёмках ничерта не видно, наверное, ствольную коробку прогнуло внутрь, заблокировав затвор, или что-нибудь в таком духе… Кусок мусора49… Никакого другого оружия у солдата не оказалось, а если оно и было, то быстрый осмотр его не выявил.

Тем временем, наверху продолжался бой. Один автомат грохотал практически у самой дыры, другой ухал где-то на отдалении. Тихонько… без лишних дёрганий и спешки… Там, где стрельба, там и трупы, а где трупы – там трофеи. Наверху обязана быть хотя бы одна исправная винтовка!

Снег усеяли многочисленные подтаявшие могилки с покоящимися в них стреляными гильзами, раскалёнными горстями летящими от последнего оставшегося в живых «иностранца». Один из его товарищей, находящийся ближе всех к яме, сжимал рану на горле, из которой уже успела вытечь вся кровь. Второй, более удачливый, лежал подальше. Судя по позе, он успел залечь во время неожиданного нападения с тыла и даже дал несколько очередей в направлении врага, но вскоре был убит метким выстрелом. Уронив голову на руку, он больше напоминал уставшего путника, вздумавшего перевести дух, разве что картину портили несколько пулевых попаданий, пробивших каску.

Совсем рядом просвистело несколько выстрелов, заставивших меня рефлекторно пригнуться. Выживший «иностранец» сноровисто перезарядил автомат и, сделав кувырок в сторону, укрылся за трупом своего товарища. В окнах второго этажа здания, находящегося метрах в ста пятидесяти, засверкали дульные вспышки, по улицам пронеслось эхо коротких очередей.

Иностранец прильнул к прицелу, готовый ответить невидимому с такого расстояния стрелку.

Сейчас или никогда!..

Выскочив из укрытия, я одним прыжком подлетел к распластавшемуся на снегу врагу, занося над головой кухонный нож, но неприятель оказался быстрее. Не знаю, где тренируют таких сукиных детей, но оставшийся в живых боец явно оказался мне не по зубам. Молниеносный разворот с одновременным перекатом в сторону, искажённое яростью широкое лицо, желтоватые зубы оскалены в звериной улыбке…