Чтение онлайн

Лицо Вашека оставалось спокойным.

— Ну что? — спросила она, потеряв терпение.

— Что — что? А какой секрет?

Он долго не мог понять, что ему все уже сказано. В конце концов он пожал плечами и предположил, что, видимо, Катя собирается учиться в каком-то другом месте.

Опять учиться! Это ее сильно задело. Она покачала головой. Да нет же! Она получит какую-нибудь интересную работу, как ее подруга. А та обещала ей помочь советом, а может быть, и сама что-нибудь ей подыщет.

— Удивительное дело! — сказал Вашек. — Вы же обе ничего не умеете делать!

И вопрос для него был исчерпан. Для него, но не для Кати. Ее так и подмывало, рассказать ему все-все: что она раньше мечтала быть врачом, как дедушка или папа. Но потом вдруг поняла, что она уже слишком взрослая, чтобы еще восемь лет учиться. Пора быть самостоятельной…

— Что за ерунда! — оценил Вашек Катины девичьи мечты.

Оказалось, что он и о школе думает совсем иначе и не может понять, почему человеку хочется работать дворником, если он способен стать инженером.

Катя обиделась и заявила, что она никогда не собиралась быть дворником.

Тут Вашек уже без стеснения расхохотался и, воскликнув: «Шутки в сторону!» — предложил Кате свою протекцию: может быть, она получит в Едловой работу — будет вытирать коровам хвосты!

Катя совсем уж было разобиделась, но как раз в этот момент заметила, как приятно улыбается этот развязный парень и какой у него, несмотря на его ужасное мигание, приветливый, дружелюбный взгляд. А он уставился на нее:

— Знаешь что? Давай называть друг друга на «ты»!

— Давай, почему бы и нет?

Катя представляла себе это иначе. Она соглашалась явно без особого восторга, и Вашек подумал, что нужно выразиться яснее:

— Не могу же я говорить: «Барышня, не сходите с ума!» А «Катя, не сходи с ума» — так можно.

И они перешли на «ты».

— Вашек, — спросила Катя, пользуясь новой формой обращения, — почему ты со мной тогда в Гайенке не поздоровался? Помнишь, на улице?

— Я с тобой не поздоровался? — Он изобразил на своем лице изумление. — Это странно. Я ведь такой вежливый, любезный молодой человек. Неужто я и в самом деле не поздоровался с тобой, когда ты там стояла с этим красавцем, что продает яд для мышей? Неправда, я сказал: «Привет!»

Но Катя не находила его ни особо вежливым, ни любезным, разве что молодым.

Вскоре Вашек увидел на реке нечто любопытное, миром вскочил на ноги и потянул Катю за собой. Они бежали по травянистому склону, впереди — щенок. Они догнали его уже внизу, на берегу. Он стоял и дружелюбно вертел хвостом, встречая какую-то лодку.

Это было каноэ небесно-голубого цвета. На носу белой краской написано «Отважный». Над веслами склонились двое молодых людей, одинаково стройные и рослые, с блестящими каштановыми волосами. Посередине, на пассажирском месте, вертелся растрепанный мальчишка и возбужденно кричал: «Дон, Дон!»

Это были Вылетяловы и Енда.

— О, Ольга моя! — запел фальшивым тенором Вашек, приветствуя гребцов, и Ольга так взмахнула веслами, что едва не перевернула лодку.

— Здорово, Моргун! Здравствуй, Катя!

Зденек, Ольга и Вашек сразу заговорили, как старые знакомые. Они толковали о разных ребятах и девушках, не известных ни Кате, ни Енде, причем пользовались сокращениями и условными выражениями так, как объясняются между собой близкие друзья или товарищи по школе. Собственно, между ними так это и было: Вацлав Лоуда, Зденек и Ольга два года назад распрощались в последнем классе гайенской восьмилетки.

Енда держал себя с Вашеком, как со своим лучшим другом. Щенок на радостях не знал, куда деваться, увидев всех своих хозяев вместе. А вот Катя чувствовала себя какой-то неприкаянной, то есть так ей казалось. Она сидела в сторонке и бросала камушки в воду. Вскоре к ней подсел Зденек и так старательно и громко откашлялся, точно собирался произнести речь. Ольга с Вашеком обменялись многозначительными взглядами.

Но монолога не получилось.

— Нужно ехать за Стандой и Верасеком, — сказал Енда и просигнализировал: «От-прав-ля-ем-ся за но-вы-ми по-тер-пев-ши-ми кру-ше-ни-е! Стоп!» Мысленно он видел себя командиром спасательной лодки!

— Да! — подтвердила Ольга, и все поспешно распрощались.

— Хорошая у вас компания, — уважительно произнес Вашек, глядя на уносимую течением лодку.

Катю даже передернуло:

— Хорошая компания? Кто? Вот эти?

— Разумеется! Ольга отличная девушка, Зденек… ну, со Зденеком не соскучишься, а Енда ваш потешный малый…

С остальными Вашек был незнаком, но по его усиленному миганию видно было, что он возлагал на это знакомство большие надежды. Его восхищало и то, что они живут в палатках, и эта превосходная выдумка с путешествием по реке.

— Как кому нравится! — пробормотала Катя и для ясности добавила, что она, само собой, в палатке не живет и ни о каких экскурсиях не думает.

— Не дури, Катя, — сказал Вашек уже второй раз за это короткое время.

Дважды одно и то же — это уже чересчур. Катя сморщила нос и растянула рот: пусть видит, что она действительно может быть противной и некрасивой.

Вашек понял:

— Ну ладно. Я пойду.

Наконец-то он вспомнил про свой мотоцикл!

Катя тоже поднялась. Но она не пошла с ним по дороге, а карабкалась прямо по косогору. Она скользила и ковыляла по валунам, поросшим высокой глянцевитой травой. Собака на поводке путалась у нее под ногами, и Катя то и дело чуть не падала. Иногда ей приходилось ползти на четвереньках. Это было решительно не похоже на театральную сцену с авторской ремаркой: «Она удалилась с достоинством».

Телята наверху, на выгоне, удивленно смотрели своими влажными глазами: какие же эти люди странные!

Жара в последнюю неделю превратила Прагу в огнедышащую печь. Асфальт на тротуарах плавился, в парках желтела трава, и утомленные пешеходы едва волочили ноги. Бойкое, бодрое постукивание каблучков, казалось, раздавалось из какого-то иного мира. Высокая, модно причесанная блондинка с загорелыми плечами…

…Ба, да ведь это же наша старая знакомая! Ну конечно, Яромира Дворжачкова из восьмого «А». То есть это было уже в прошлом… Извините, пожалуйста, мадемуазель Уна!

Девушке, собственно, некого извинять, она занята собой и вполне довольна. Она разглядывает себя в стекле витрины. Как она выглядит? Ах, еще бы темные очки от солнца!

Это ей к лицу. В них она выглядит совсем как богатая иностранка на морском побережье.

Бесшумно раскрываются перед ней тяжелые двери. Взору открывается просторное помещение, отделанное под натуральное дерево. Толстые ковры, обтянутые мехом кресла, неяркое освещение и большой сверкающий кристалл в центре. Мягкая ткань уложена сборками, изящно брошена пара перчаток и какие-то украшения необычной формы.