Чтение онлайн

Потому что между ними все именно так и произошедшее- логично, закономерно и уж очно в их случае правильно.

Как-то так. Не прощаемся. Следующая прода в понедельник.

Глава 49

Как всегда, от Него меня увозит Расул.

Молчаливый, мрачный, хмурый. Колющий меня редкими осуждающими взглядами.

Я укуталась в плед, как в кокон, но все равно знобит.

В голове гул и ритмичное мигание проблесковых маячков пожарок, скорой и машин полиции.

Пожар такой крупный, что на всякий даже скорую вызвали. В соседнем здании какой-то цех по ремонту и там были люди этой ночью. Почему- другой вопрос, но были. И Анзор это знал, потому сам вызвал предусмотрительно медиков.

Кажется, проблемы набухают как губка от воды.

Я знаю о происходящем по обрывкам слов, перезвонам, эмоциональным восклицаниям- но все они не оставляют сильно много пространства для оптимизма. У Анзора проблемы с документами на этот гараж, сильно пострадавший в пожаре. В ноль уничтожены две новые машины, чужие машины, в тюнинг которых он планировал вложить деньги выигрыша. А еще это был поджог. Я услышала это страшное слово в быстром выводе полицейских, общавшийся с Анзором и Расулом, пока я сидела в машине в ожидании, чтобы последний меня быстрее отсюда увез.

И вот этот факт совсем не радует. Кто-то желает зла Гаджиеву. Кто-то вышел на тропу войны с ним. Что он наделал? Куда вляпался?

Сотни тысяч вопросов кружились роем у меня в голове, но я понимала, что задавать их Анзору и тем более его брату нет смысла…

Беру телефон, быстро набираю сообщение.

– Я не буду спать… Решай вопросы и приезжай, пожалуйста,- пишу я в наивной надежде, что он сейчас ответит что-то типа «через два часа буду». Ну, или через пять. Да хоть десять… Просто бы какую-то ясность…

– Ложись спать. Не жди. Я позвоню…

Внутри под ложечкой начинает сосать, а на душе свербить… Все так серьезно? Он даже не знает, когда вернется?

Глубоко вздыхаю и снова ловлю в отражении недовольно-укоризненный взгляд Расула.

– Почему ты так смотришь? Что не так?- не выдерживаю и спрашиваю, пусть вопрос и царапает горло.

Он поджимает челюсть. Впивается пальцами в руль. Не реагирует.

И я, теряя надежду услышать ответ, отворачиваюсь, потерянная, к окну, как вдруг он нарушает-таки молчание.

– Что ты хочешь услышать, Рада?- устало выдает Расул,- ты ведь и так все понимаешь…

– Нет, не понимаю…- то ли искренне говорю, то ли вру сама себе. Нос предательски щиплет и чешется,- ты считаешь, я не достойна твоего брата?

Он снова глубоко выдыхает. Теперь через зубы.

– Дело не в том, кто кого достоин. И даже не в том, кто к кому что испытывает. Верю, что у вас все искренне, но…

– Но?

Мы на светофоре. И потому Расул смело оборачивается и переводит на меня прямой взгляд. Безжалостный.

– Рада, тебе восемнадцать лет. Ты совсем молодая. Первый курс. В голове каша. Спроси тебя сейчас- что ты хочешь, ты ведь не знаешь… Сегодня у тебя одно, завтра другое… Спорим, ты даже пока не допускаешь мысли о детях, семье, браке, ответственности, да ты наверняка даже еще не решила, кем будешь точно, когда вырастешь, как будешь свои знания использовать…

– Я не понимаю, к чему ты клонишь,- искренне говорю я,- ну. Давай еще о пенсии подумаем… Расул… То, что я молодая, не значит, что я не готова к серьезным отношениям с твоим братом…

Он усмехается.

– А что такое серьезные отношения, Рада? Ты вообще понимаешь, что такое серьезные отношения для людей из нашего общества? Думаешь, Анзор- это только гульки, веселье, тачки и универ? Нет… У Анзора обязательства перед семьей как у старшего брата и перед своей республикой… Если хочешь, представь две прямые. У каждой из них есть начальный пункт назначения и есть конечный…И вроде бы они идут в одну сторону, но только на одной все промежуточные точки заранее прописаны, а на другой- вообще этих точек почти нет. Вот ты- вторая прямая. Твоя жизнь в твоих руках и ты сама решаешь, куда тебе направлять эту прямую, а он, как бы ни храбрился, не решает. Понимаешь, о чем я?

Отчасти понимала. И это понимание заставляло кровь в венах застывать…

– Твоя семья…- говорю сипло,- ваша семья… Они в курсе о… нас?

– В курсе,- выдыхает зло Расул.

– И они против…- говорю даже не с вопросом. Знаю я ответ… К сожалению, знаю…

– Да, Рада,- устало отвечает брат моего любимого,- они совершенно в шоке от того, что творит Анзор… Не потому что ты плохая… Потому… что ты чужая…

Чужая… Как странно звучит. Как чудовищно. Как анахронично…

Просто не укладывается в моей голове.

Просто. Не. Укладывается…

– Анзор не считает меня чужой…- говорю, чувствуя, как царапаю сама себе горло, как горит лицо, а глаза застилают слезы.

Он тоже видит в зеркало, что я плачу.

Тихо матерится…

– Просто сейчас сама ответь на элементарный вопрос, который я тебе сейчас задам… Анзор в этом году выпускается из института. Его аспирантура заочная. План семьи таков, что он возвращается в республику и начинает политическую карьеру. Это не блажь. Это стратегия отца по сохранению власти в клане. Сложно тебе объяснять, но это, я бы даже сказал, филигранная работа, математическая. Ты поедешь с ним?

Я молчу…

Немного сбита с толку.

Удивлена.

Обескуражена.

Мы это никогда не обсуждали с Анзором. Никогда…

– Молчишь? Хорошо. Давай дальше. Анзору надо жениться. Тоже для карьеры. Не просто жениться- желательно сразу обзавестись потомством. Это не блажь и не прихоть отца. Это реальные элементы закрепления власти, с которыми ты должна быть знакома, если хорошо учила историю для поступления. А ты хорошо ее учила…

Еще один удар под дых.

Он сейчас нарочно это говорит?

Провоцирует?

Забивает между нами клин?

Но ведь я первая начала этот разговор.

Если бы перед ним стояла задача нас рассорить, то он бы сам инициировал этот разговор.

– Расул. Я… Анзор не обсуждал это со мной… Но… Знаешь…

Слова липнут к небу абсурдной несуразицей.

Я ведь толком-то и не знаю, что говорить…

Потому что правда не готова к ответам на все эти вопросы.

В моей картине мира пока нет варианта, что я куда-то срываюсь в другой субъект, бросая учебу. Я ведь только-только поступила, что я маме скажу? Да и разве можно вот так со своей жизнью? Я так долго к этому шла…