Чтение онлайн

Валя поняла идею Марты – родственники теперь подбираются и к документам. Заодно и юбкой не погнушались. Но не стала спорить. Старенькая коричневая юбка, конечно, ценная добыча. Пускай так и будет, раз тетя Марта в это верит.

Тетя Марта вышла на улицу и подумала, что Валя хоть и провинциалка, и, видать, проныра, раз выйдя замуж за Влада приобрела и московскую прописку, и квартиру, но человек неплохой. И выслушает, не перебивая, и посочувствует, когда надо. Конечно, ею двигало чувство корысти, когда она выходила замуж за Влада. Все-таки разница в возрасте значительная, он ей почти в отцы годится. Но Влад выглядит вполне довольным своей судьбой. И хотя нет у него ни дачи, ни машины, он и словом не заикнулся, чтобы тетя Марта оставила на него завещание на свою долю дачного участка и машину, которую она не водит уже лет десять и та гниет во дворе, потому что гараж тетушка продала, чтобы окупить свои судебные тяжбы. «А про юбку Валя не поверила!» – вдруг пришла запоздалая мысль и тетя Марта даже остановилась. Стало обидно. А она так верила, что Валя относится к ней с искренним участием!

Тетя Марта поджидала троллейбус, спрятавшись от прохладного ветерка в небольшую будку на остановке. Он пришел очень скоро, даже удивительно для столь позднего времени. Потом проехалась в метро, потом не спеша зашла во двор, радуясь, что наконец окажется дома. Что-то сегодня она совсем припозднилась у родственников. Валя с таким интересом ее слушала, что жаль было терять такого благодарного собеседника. С кем так поговоришь еще? Разве что с котом Барсиком, он тоже благодарный слушатель, но молчун, даже не мурлыкнет, чтобы поддержать разговор.

Тетя Марта вдруг почувствовала резкую боль в спине, что-то острое вонзилось между лопатками, у нее даже дыхание перехватило. Она рухнула на асфальт и решила, что ей пришел конец. Глаза почему-то не закрывались и она увидела над собой привидение – бледное узкое лицо, по обе стороны которого свисали белые длинные волосы. Она застонала, и привидение набросилось на нее и стало ее душить. Но душило неумело, что-то мешало ему, оно елозило руками по ее шее, пытаясь поудобнее ухватиться. Тетя Марта хоть и была сухонькой старушкой, ее ежедневные поездки в электричке на дачу, а потом трехкилометровая дорога пешком, хождение по различным государственным учреждениям и судам закалили ее. Тем более, что бывшая лыжница и в свои семьдесят два года каждую зиму ездила кататься на лыжах с горки рядом с дачей. Привидение этого не знало, и тетя Марта, не взирая на боль в спине, стала отчаянно сопротивляться. Она догадалась ухватиться своими крепкими сухонькими ручками за его запястья и с силой сжать, а потом и вовсе оторвала его руки от своей шеи. Перед глазами мелькнули длиннющие ногти, она таких еще ни у кого не видела. Вот что ему мешало поудобнее ухватиться за ее шею. Привидение ругнулось человеческим голосом, сорвало с пальца колечко – подарок от мамы на совершеннолетие, и рвануло из ушей сережки. От боли тетя Марта потеряла сознание. Когда она пришла в себя, никого рядом не было. Она немного посидела, потом встала и, шатаясь от слабости, поплелась в свой подъезд. Как ни странно, ноги ее слушались. Только в голове шумело и перед глазами все плыло, да под лопаткой сильно саднило, как после болезненного укола. Скорее бы домой да лечь в постель.

Валя открыла Владу дверь, потому что он ленился доставать из кармана собственный ключ и трезвонил, пока кто-то из домашних не открывал дверь.

– Ушла Марта? – с порога спросил он.

– Мог бы и сам с ней посидеть, чего ради я должна часами выслушивать твою родственницу? У меня, что своей тети нет?

У Вали действительно была в Москве своя тетя, но она не слишком докучала – приезжала редко. И хотя тоже могла часами рассказывать о своих судебных процессах с дочерью покойного мужа, но судилась она в отличие от тети Марты не двадцать лет, а всего лет пять, так что впечатлений у нее было меньше, следовательно и информации меньше. А когда по судебному решению их общую с мужем квартиру все-таки разделили между наследниками, судебная тема исчерпалась и появилась новая, куда интереснее. Тетя Галя на старость лет влюбилась в своего молодого квартиранта и любила его пылко, хоть и платонически. Более близких отношений, к ее немалому огорчению, он избегал и никакой надежды на разделенные чувства в будущем не давал, но поскольку был одиноким, тетя Галя считала, что в конце концов ее любимый ответит ей взаимностью… А пока она не брала с него квартирной платы, и он отрабатывал затянувшимся ремонтом сначала в московской квартире, а потом на даче. Валя любила слушать истории про ремонты, потому что в собственной квартире на такую пытку она не решалась с тех пор, как вышла замуж за Влада. Квартира была в запустении, ремонта хотелось, но затевать его было страшно. Как бы он не затянулся на всю оставшуюся жизнь. Самой ей не справиться, а Влад будет сбегать к собачникам, он не любил суеты в жизни.

– Что-то Марта сегодня поздно ушла, тревожно мне как-то, – сказал Влад, тщательно моя руки, палец за пальцем, словно пришел с грязных физических работ и тут же попросил: – Дай что-нибудь жирненькое…Проголодался.

– Так ведь ужинали! – попыталась образумить его заботливая Валя. Ее беспокоили Владовы ночные приступы голода, все-таки это ненормально так много есть именно ночью. Влад в последнее время стал заметно прибавлять в весе, а в его возрасте это вредно. Не дай бог ожирение сердца – от него и умереть недолго. Валина подруга рассказывала, как ее дядя тяжело умирал от ожирения сердца, буквально задыхаясь. А ведь начиналось тоже с ночной обжираловки…

– А то не усну! – пригрозил он, и Валя сдалась. Не спящий ночами муж не давал спать и ей – ворочался, охал и стонал, потом не выдерживал и шел на кухню – греметь кастрюлями и сковородками.

Пока Володя ел жареную свинину, она раз за разом набирала номер телефона тети Марты, особо ни на что не надеясь, памятуя о ее недоступности на собственной территории. Но после пятого или шестого звонка трубку все-таки подняли и слабый голос, отдаленно напоминающий голос тети Марты, прошелестел:

– Кто это? Мне нужна помощь…

– Тетя Марта, это я, что случилось? – запаниковала Валя.

– Соседи подослали маньяка, он меня пырнул чем-то в спину, наверное, финкой, и украл кольцо и серьги. А ты не верила, когда я тебе про коричневую юбку говорила…

– Сейчас приедем на такси, – закричала Валя и выхватила из-под носа мужа тарелку. – Потом доешь, надо тетю спасать. На нее напали, говорит – соседи.

– Верь ей больше, – хмыкнул Влад и потянулся за тарелкой.

– Она едва говорит, ее пырнули финкой!

Влад тут же вскочил со стула и бросился одеваться. Пока Валя путалась в пуговицах своего плаща, он успел сбегать на кухню и запихнуть в рот оставшийся кусок свинины. Так и бежал по ступенькам, жуя на ходу. По подбородку стекал жир, он размазал его по щекам и стал похож на розового лоснящегося поросенка. Но бежал резво. Может, тетя Марта и не врала насчет соседей? Если ее пырнули финкой, то с умыслом. А какой прок грабителям от старушки? У нее и поживиться нечем. Ходит всегда в одном и том же. Но ведь строится она на что-то? И на суды у нее есть деньги. А откуда? – задумался Влад и тут же отбросил эти мысли. Не его это дело. Может, у нее наследство от папы, мамы и брата Стаса осталось. Просто она никого в это не посвящает.

Тетю отвезли в больницу, оттуда вызвали милицию. Тетя Марта, невзирая на пережитый шок, отвечала на вопросы следователя очень четко и внятно. Голова у нее работала ясно, а многолетняя практика участия в судебных разбирательствах приучила ее отделять главное от второстепенного и излагать события грамотно, не путаясь в деталях. К счастью, ранение от острого предмета, который загнал ей в спину грабитель, оказалось не опасным. Через два дня старушку выписали по ее настоянию. Она боялась оставлять надолго без присмотра квартиру. Когда Влад и Валя отвезли ее домой, тетя Марта велела Владу прикрутить изнутри на входную дверь квартиры амбарный засов и толстую, похожую на корабельную, цепь. Все это лежало в ее сокровищнице – чуланчике размером с приличную комнату. Но она почему-то называла ее именно чуланчиком. Пожить какое-то время в семье племянника она наотрез отказалась. Если соседи учинили разбойное нападение прямо на улице, то в ее квартиру в ее отсутствие им проникнуть раз плюнуть, и тогда они отсюда вынесут все. А главное – пропуска на оба кладбища и прочие важные документы, которые она собирала с таким трудом, выстаивая в длиннющих очередях. Так ее и не убедили, что соседи здесь вообще ни при чем. Их и в Москве-то не было.

– Откуда вы знаете? – недоверчиво спросила тетя Марта у Влада и Вали.

– Так ведь нападение на вас во дворе было, милиционеры соседей обходили. Спрашивали – не слышал ли кто шума или, может, что-то случайно видели. А ваши соседи сверху уехали в отпуск. Они ключи своим соседям по лестничной клетки оставили, на всякий случай.

– Спрятались, – убежденно парировала Марта и велела родным звонить в дверь условным звонком. К телефону по-прежнему не подходила. На улицу теперь выходила, вооружившись клюкой и воинственно ею размахивала, если видела во встречных для себя опасность.

У тети Марты появились дополнительные хлопоты. Она уже несколько раз заходила к следователю узнать, как продвигается следствие. И когда ее попросили потерпеть, человека-привидение еще не обнаружили, она пригрозила, что подаст на следователя в суд. Ей не привыкать, она уже двадцать лет судится. Деньги на адвокатов у нее тоже есть, а если не хватит – продаст свою машину.

– А не жалко будет? – решил сгладить шуткой малоприятную ситуацию Бондарев. Он надеялся, что старушка поддержит его шутку и немного угомонится. Но старушка шутки шутить не собиралась Она отнеслась к вопросу молодого следователя вполне серьезно.

– Жалко, – честно призналась она, хотя машина уже давно была не на ходу и требовала капитального ремонта. – Я на нее уже лет пять с тоской смотрю с тех пор, как гараж продала. Каждый день мимо прохожу. Но раз такое дело, придется с ней расстаться. Вы только этих соседей тоже арестуйте. А то я из-за них ночи не сплю. Вдруг еще кого-нибудь подошлют?

Бондарев уже знал, что зловредные соседи – это пунктик старушки, поэтому пропустил ее просьбу мимо ушей. Когда она пришла к нему в очередной раз, он безуспешно попытался ее деликатно выпроводить. Но бабуся словно не понимала его намеков. Она поудобнее устроилась на стуле, как будто ей предстояло присутствовать на длительном совещании, и начала подробно рассказывать о многолетних происках соседей. Как назло в кабинет никто не заходил. Бондарев демонстративно открыл толстую папку с делом об убийстве Карташовой Н. Н. и безуспешно пытался вникнуть в суть дела. Старушка трещала безостановочно, пока в кабинет не зашел Константин. Он мельком взглянул на оживленную разрумянившуюся старушку, узнал ее – Марта Станиславовна Сикорская уже стала местной знаменитостью, поймал умоляющий взгляд несчастного Михаила и понял – его надо спасать.