Чтение онлайн

– Товарищ майор, вас ждет товарищ полковник.

– Иду, иду, – радостно вскочил со стула Бондарев и виновато развел руками, глядя на опостылевшую потерпевшую:

– Извините, начальство вызывает.

– По моему делу? – с надеждой спросила старушка.

– Вероятно, но обычно начальство отпускает не скоро, я могу и задержаться – уклончиво ответил Михаил и бережно подхватил ее под локоток. У него возникло опасение, что она захочет остаться и будет ждать его под дверью.

Старушка взглянула на часы и вдруг стремительно вскочила.

– Ой, что же это я? Мне Барсика пора кормить. Вы знаете, он у меня ест по часам. Сущий ребенок! А не покормишь вовремя, так плачет, так плачет…То есть я хотела сказать, так мяучит, как обиженный ребенок.

Константин хмыкнул и бросил красноречивый взгляд на Бондарева. Но старушка этого не заметила. Ей очень хотелось рассказать о своем чудесном котике, но следователи решительно подхватили ее с обеих сторон под руки и вывели в коридор. Конечно, приятно, что они такие джентльмены, но могли бы так и не торопиться, – огорчилась Марта и стала нехотя спускаться по ступенькам.

– Может, ее вывести на улицу? – спросил Константин, наблюдая, как старушка неторопливо переставляет ноги. Он решил перестраховаться, опасаясь, что она передумает кормить своего котика и вернется.

– А, может, мы ей подадим патрульную машину, чтобы отвезти ее домой? А еще лучше к черту на кулички! – раздраженно ответил Михаил. – Не зря я так этих старух не люблю. У них же времени навалом. Нашла себе развлечение. Лучше бы внуков нянчила. Или в поликлинику на массаж ходила. У меня от нее уже голова трещит. Какое счастье, что у нее есть этот Барсик. Несчастное животное…

7

В агентство «Глория» Щеткин приехал с ценным приобретением – крупномасштабной картой Тихорецкого района. Плетнев попытался выведать, где Петр ее раздобыл, но тот отвечал уклончиво. Пускай Антон ломает голову, он любит поставить перед собой задачу, а потом решать ее. На самом деле Петр купил ее много лет назад в Тихорецке, когда гостил у своего приятеля Топоркова. У Щеткина была маленькая слабость – любил географические карты. В своей жизни он путешествовал по стране немного, но в каждом городе покупал карту и свою скромную коллекцию называл заграничным словом хобби. Были у него карты и заграничных городов, и разных стран – подарки от друзей. Но он считал их абсолютно бесполезными. Вряд ли его туда занесет судьба. Правда, изучая их и встречая знакомые названия, он радовался. Одно дело слышать о достопримечательностях Парижа, например, с телеэкрана, а совсем другое видеть его на карте. Какой-нибудь Нотр-Дам казался тогда вполне реальным, вот он – на карте, с двумя зубчатыми башнями, можно тыкнуть в него пальцем. А на экране – это кино, что-то далекое и нереальное.

Щеткин расстелил карту на письменном столе Антона, прижав по углам чем придется. Верхний угол карты придавил томом Уголовного Кодекса в красивом бордовом переплете.

– Смотри, – стал он водить пальцем по ниточке железной дороги, и Антон низко наклонился, прослеживая путь коротко остриженного ногтя Щеткина. – Вот он наш поезд «Москва-Новороссийск»…Едет, едет, едет…

– А это что за ветка? Тут станция, – остановил движение невидимого поезда Антон.

– Это сортировочная, сюда какие-то «кукушки» загоняют, – отмахнулся Щеткин. – Неважно…Так…И где у нас была непредвиденная остановка?

– Официант и проводница сказали, что где-то тут, между Павловской и Тихорецком…

– С точностью до плюс-минус двадцать километров…Да, искать не переискать… Восстанавливаем картину. Он смылся из вагона-ресторана среди ночи не заплатив…Спрыгнул с поезда с криками…

– «Стой, гад!» – подхватил Плетнев. – Его обокрали, и он побежал за преступником.

– Интересно, сколько он перед этим выпил? – Щеткин ненадолго задумался, потом спохватился, что сейчас не время отвлекаться. – Затем…Вариантов масса. Когда его побили железнодорожные рабочие, он либо отправился пешком куда глаза глядят, разыскивая ворюгу, либо отправился дальше путешествовать. А на чем? Денег-то у него нет! Скорее всего гуляет казак по Кубанщине. Пешком. К тому же мы не знаем, планировал ли он выйти на конечной остановке. Может, у него родственники там?

– Где? – Плетнев заинтересованно посмотрел на Щеткина.

– Ну, не знаю… – протянул Щеткин. – На Кубани. Он часом не кубанский казак? Фамилия у него подходящая.

– Слушай, Петь… – попытался вставить слово Плетнев, но Щеткин увлеченно продолжал:

– А, может, он хотел добраться до порта и смыться за границу? Хотя какой-то слишком сложный путь выбрал. Мог бы так далеко не тащиться, а сразу махнуть в Шереметьево-2. Правда, спьяну люди часто усложняют свой путь…

– Все, Петь, хватит разглагольствовать, – решительно остановил ход его рассуждений Антон. – Я еду.

– Куда?

Плетнев наклонился над картой, что-то прикинул и уверенно назвал свой маршрут:

– К югу… Через юго-запад…

– Погоди, Антон, не пори горячку, – придержал его Щеткин, словно тот уже собрался в путь. – У него же нет документов, скорее всего нет денег. Он обязательно позвонит, попросит перевод прислать или…

– Турецкий? Будет просить нас о помощи? Не смеши меня, – не дал ему закончить Антон. – Убивать будут – не позвонит. Все, не могу я тут сидеть. Даже если впустую съезжу, даже если он мне опять в челюсть даст. И вообще…Вдруг он действительно влип куда-нибудь? А мы будем сидеть и ждать от него звонка, то есть бездействовать. Вдруг наше промедление смерти подобно? – неожиданно с пафосом закончил Антон и тут же смутился. – Я к тому, что ждать совершенно бессмысленно. Ты сам это знаешь.

– Ты, наверное, прав, – неохотно согласился с ним Щеткин. – А вот куда ты своего сынишку денешь?

– Может, Ирину попросить? – неуверенно спросил Антон. И сам же себе ответил: – Нет, ее не надо. А то когда Сашка вернется, опять незнамо что придумает. Попрошу соседку. У нас такая добрая женщина живет на лестничной площадке – и соли всегда даст, и спичек у нее целые стратегические запасы. Пирожки иногда приносит угоститься…Главное, не слишком старая, ей это будет не в тягость.

– Я бы взял твоего Васю к себе, но нас дома никого нет целыми днями. И я на службу спозаранку, и сестра на работе. Племянница по каким-то кружкам после школы ходит… – он как будто извинялся перед Антоном, что не может ему помочь.

– Не забывай, что Васе в школу каждый день ходить. Не ездить же ему из Медведково через всю Москву, – успокоил его Антон. – Ну, ладно, ты давай двигай к себе, а я к начальству, надо с Меркуловым обсудить. Да, карту мне оставь. Пригодится.

– Кстати, ты знаешь, сколько там населения? – задал неожиданный вопрос Щеткин.

– Где? На Кубани? – решил уточнить Антон.

– Ну хотя бы в Тихорецке. Когда я туда ездил к Топоркову в отпуск, лет двенадцать назад, там уже было тысяч восемьдесят.

– К чему ты? – не понял Антон.

– Да к тому, что это только в Тихорецке. А во всем районе? Едешь искать иголку в стогу сена, учти.

Щеткин вышел из агентства полон размышлений. Конечно, Антон прав. Надо на месте разбираться. Он бы и сам поехал, но его начальство не отпустит, как пить дать. Ему и так уже давали понять, что он слишком много служебного времени уделяет агентству «Глория». И откуда только получают информацию? Кто-то на него стучит, а вот кто – вычислить нелегко. Есть у него кое-какие подозрения. Но этим надо заняться специально. А сейчас нужно спешить в МУР, приступать к своим прямым обязанностям. Он и так, можно сказать, покинул рабочее место самовольно, никого не предупредив. А на столе оставил стопку чистой бумаги и открытую ручку, словно вышел на минутку. «Минутка» затянулась на два часа, но пока его еще никто не разыскивал. Мобильный молчал. Петр вытащил мобильный и с досадой тихо ругнулся. Заряд кончился. Так что он зря радовался, что никто его еще не спохватился.