Чтение онлайн

– Вероятно, перепутали грузовик с боеприпасами и отправили его сюда. Так иногда бывает. Также, патроны могли быть отправлены специально для войск второго эшелона или партизан. Я верно понимаю - партизанам и ополчению передаётся канадское оружие, полученное по ленд-лизу?

Лапшин кивнул.

– Так и есть.

– Это объясняет, как патроны вообще попали сюда. Но как они попали к нам– совсем другое дело. Случайно так произойти не могло. Это было преднамеренно. Что ставит перед нами вопрос - почему?

– Есть только одна разумная причина. Гитлеровцы планируют напасть на нашу заставу, и хотят, чтобы морские пехотинцы не смогли встретить атаку огнём.

Кеннеди почесал затылок.

– Из этого можно извлечь пользу. Мы привозим боеприпасы. Если произойдёт нападение, то ясно - поставка неправильных патронов была диверсией, и ваши чекистские гро... следователи займутся поисками тех, кто на нашей стороне работает на немцев. Если нападения не будет, это просто случайность, о которой никому постороннему и знать не надо.

Лапшин надолго задумался.

– Если я, прочитав американские остросюжетные детективы, правильно их понял, то "громилы" вполне подходящее слово. Думаю, вы правы. Случится нападение - это предательство и зона ответственности ЧК. В противном случае это некомпетентность и наше собственное дело.

– На самом деле, сэр, перед нами открывается ещё одна возможность. Гунны будут наблюдать за островом. Почему бы нам не покружить рядом после разгрузки и отхода в темноту? Если они нападут, мы можем приблизиться и поддержать морпехов.

Кеннеди ухмыльнулся.

– Знаете, гунны, пожалуй, сделали нам одолжение. Учитывая, что мы предполагаем атаку и подозреваем о существовании вредительской ячейки - они перехитрили сами себя.

– Это означает, что вы будете у западного берега почти до самого света. А если они люфтваффе позовут?
– Фэрроу видел доклад экипажа бронекатера, потерянного при налёте.

– Я так не думаю, сэр. Мы уже бывали там раньше. Мальчики Геринга не настолько хороши, когда надо попасть в активно маневрирующий кораблик. Всё будет в порядке.

– Михаил, как тебе кажется, хорошая идея?

– Морские пехотинцы поддержку оценят, разумеется. И чем больше наших сил сотрудничает, тем лучше. Я поговорю с армейцами, вдруг они смогут выделить истребители для прикрытия, если понадобится. И да, Джон, ты прав. Гитлеровцы накрутили зауми. Ты ещё поймёшь, что это с ними часто бывает. Они придумывают хитроумный план, у которого есть все шансы на успех, но стоит добавить в него пару лишних моментов, и всё рушится.

– Ну, товарищи, кажется, все знают, что нужно делать.
– Фэрроу откинулся назад и заложил руки за голову.
– Хорошая работа, Джон. Напиши представление на Мейера. Если б не он...

Россия, аэродром Большая Тарловка [33] , 305-я бомбардировочная группа

– Что самое худшее, с чем мы там встретимся, cэр?

Полковник Фредерик Андерсон [34] давно размышлял над этим. "Там" означало западную сторону Волги, вражескую территорию. Он командовал первым подразделением бомбардировщиков, прибывших в Россию, группой из 24 старых B-17D, отправленных, чтобы удержать фронт, пока доводят до боеготовности современные B-17E. Это было полгода назад, хотя больше походило на эпоху. Он летал "туда", сбрасывал бомбы, в него стреляли. Он видел, как падают самолёты. Разламываются в воздухе, взрываются или разматывают длинный огненный след. Теперь он летел домой, чтобы принять командование новой эскадрильей бомбардировщиков. Эти мальчики продолжат борьбу за него, и он должен дать им наилучший совет, который может.

– Многие, особенно те, кто далёк от фронта, считают, что это истребители. Они расскажут вам о 109-х, набирающих высоту как ракета, или о 190-х [35] , с крыльями, утыканными пушками. Или о тяжелых двухмоторных истребителях, у которых в носу целая батарея [36] . Да, встретиться с ними не к добру, но если вы, пилоты, сохраняете плотный строй, а ваши стрелки бдительно следят за небом, вы от них отобьётесь. Самое худшее это зенитный огонь. У немцев он очень хорошо налажен. У них есть вычислители, способные мгновенно навести орудия. Если вы летите прямо и на одной высоте хотя бы десять секунд, они всадят снаряд прямо вам в пузо. То есть без манёвров уклонения вы мертвы. И я говорю не о плавных виражах. Я имею в виду постоянное движение во всех трех измерениях. Тягу вперёд и назад, чтобы менять скорость, вверх и вниз, влево и вправо. Прекратите маневрировать на десять секунд, и они наверняка вас подстрелят.

В кабинете наступила тишина, лётчики переваривали услышанное. Другой пилот встал и спросил:

– С какой высоты вы бомбили, сэр?

– 5300 - 6000 метров. Это всё, на что способна модель D. Кроме того, мы не привезли бомбардировочные прицелы Нордена [37] , и должны были держаться по возможности ниже. У вас самолёты модели Е и есть "Нордены", так что думаю, вам можно идти на семи тысячах.

Андерсон знал, что было много противников отправки в Россию B-17E, оборудованных прицелом Нордена. В основном из-за опасений, что его скопируют русские. Сенаторы грозили остановить поставки - до тех пор, пока, как стало известно Андерсону, их не осадил Хэп Арнольд. Он указал, что B-17 будут бомбить стратегические цели, и использование старых, менее точных прицелов означает меньше попаданий. Бомбардировщики будут вынуждены лететь туда снова и нести б?льшие потери. Хотят ли сенаторы публичных обвинений в смерти американских парней? Оппозиция сразу заткнулась.

– Насколько далеко вы летали, cэр?

– Самый глубокий рейд был на Саров, почти в 400 километрах на другой стороне. Странно, но он получился совсем лёгким. Гунны не ожидали, что мы залетим так далеко, и попались со спущенными штанами. Кроме того, нас сопровождали МиГ-3 [38] . Это лучшие высотные машины, которые есть у русских. Они отбили истребителей раньше, чем те вообще добрались до нас.

Раздался озадаченный вопрос:

– Высотные, сэр?

– Это русский фронт. Всё, что выше 5000 метров, считается здесь большой высотой. Русские плотно поддерживают свои наземные войска, поэтому всё происходит на высотах до 2500, максимум до 3500. Из-за этого немцы тоже летают там. Их "Фокке-Вульфы" хорошо ведут себя у земли, но теряют свои качества выше. 109-е лучше от средних высот до 9000, но не так шустрят внизу. Вы, скорее всего, будете встречать как раз их.

– Сэр, откуда заходят истребители?

– С хвоста. У наших самолётов там была слепая зона, и гунны этим пользовались. Мы провели полевую модификацию - отпилили хвостовую законцовку и посадили туда радиста с запасным пулемётом 12.7. Гуннам это не понравилось, но они всё равно стараются заходить сзади. На ваших машинах там штатно стоит крупнокалиберная спарка, и вы сможете оказать достойный прием.

Замечание вызвало шквал аплодисментов и воинственных возгласов. Андерсон оглядывал зал, полный экипажей, и думал над тем, что не озвучил. В Россию он привёл 24 B-17D. За полгода потеряно 14. На галёрке стоял подполковник Кертис ЛеМэй, командир 305-й бомбардировочной, и смотрел с ещё большим негодованием, чем обычно. Он постарался, чтобы его старый друг поделился с новичками опытом, полученным на самолётах модели D. Вот только в рассказе был серьёзный пробел.

Если мои "Летающие крепости" будут постоянно вилять, чтобы избежать зенитного огня, то как, чёрт подери, мы собираемся попасть хоть куда-нибудь?

ГЛАВА ДВА

ПЕРВАЯ СТЫЧКА

Волга, вход в Ульяновскую узость, речной бронекатер ПР-73

– Первый переломный момент… - Кеннеди направил бинокль на западный берег Волги. Там всё казалось тихим и тёмным, но он очень хорошо знал обманчивость этого спокойствия. В городе продолжались бои между русскими отрядами и немецкими оккупантами, даже спустя три месяца после того, как Берлин заявил о падении Ульяновска. В некоторых рейсах ПР-73 доставлял туда боеприпасы и продовольствие. Это было увлекательно. На одном из стёкол мостика до сих пор красовалась царапина от пули 7.92 [39] , попавшей прямо во время разгрузки.