Чтение онлайн

Ночному менеджеру не осталось ничего, кроме «звонка другу» – русскоговорящим владельцам казино. Через какое-то время приехали их представители, и началось следствие. Версию о потустороннем отмели сразу. Как известно, деньги ниоткуда не берутся и никуда не исчезают. Подозревать персонал бессмысленно – никого в помещении не было. Оставались лишь охранники. Вызвав людей, которые охраняли казино днем, и немного «нажав» на них, получили следующую картину: один из стражей воспользовался тем, что его напарник пошел в ближайший магазин за продуктами для обеда, и открыл ажурную решетку. Подойдя к игровому столу, он перочинным ножичком поддел замок и снял по верхней фишке каждого номинала. Эту процедуру он проделал за каждым из столов. С чувством выполненного долга он запер решетку и занял боевой пост. Своему напарнику ничего не рассказал. О дальнейшей судьбе ловкого сторожа история умалчивает.

Одним из наиболее «весомых» аргументов в пользу такого вида мошенничества служило отсутствие регистрации посетителей. Украденные фишки передаются номинальному Васе Пупкину, и тот, изображая из себя клиента, приходит в казино, трется у столов и после преспокойненько меняет фишки на деньги. Вопросы типа «Кто вы?» или «Откуда у вас фишки?», «А вы разве были у нас?» никогда не задавались, потому что запомнить всех, кто когда-либо приходил даже в самое занюханное заведение, не представлялось возможным. С введением регистрации гостей казино другой вид внутриказиношной аферы – сговор с клиентом – вышел на первую роль, но индивидуалы-одиночки так никуда и не делись…

Генеральным менеджером «Государыни» был Карлос – представитель народов Австралии. В возрасте 30 лет, смуглый и черноволосый, невысокого роста и субтильный, в набедренной повязке, с копьем в руках, огромными серьгами в ушах и бусами на шее, Карлос стал бы замечательным вождем племени аборигенов-каннибалов. Но он носил изящный костюм, душился дорогим парфюмом и немного даже понимал по-русски. Карлос одним из первых приехал на территорию бывшего Союза и, судя по тому, что до сих пор его можно встретить в Москве, влюбился окончательно и бесповоротно. Но вот вопрос: что же полюбил здесь так сильно Карлос? Легкие деньги? Безусловно, никто из работающих в казино не продавал ни свои знания, ни свой опыт, ни, тем более, свое время дешево. А к иностранцам, говорящим на родном английском языке, русские всегда благоговейно относятся. И зарплата у него в качестве генерального менеджера была немаленькая. А если добавить, что в профессиональном плане от него почти ничего не требовали, потому что результат работы заведения давался сам собой в силу бума в начале становления игорного бизнеса и работе он мог уделять себя ровно столько, сколько считал нужным сам, а не сколько полагалось или предполагалось, то сочетание «зарплата + рабочее время» у Карлоса выходило идеальным: высокая зарплата – минимальная ответственность – куча свободного времени. Не говоря уже о множестве небольших, но приятных «бонусов»: личный водитель, оплачиваемое проживание и т. д., и т. п. А может, он остался без ума от русских… мужчин? Достоверно известно, что ориентирован он был на представителей сильного пола.

Специально к открытию «Государыни» приурочили выпуск школы крупье. Перебросив из уже работающих заведений «старичков»-дилеров и объединив их с выпускниками школы, получили готовый stuff – полностью укомплектованный штат крупье для данного заведения. Одним из выпускников школы был Саша Цаплин. Своими габаритами он напоминал Карлоса, правда с тремя но: белый, не говорящий по-английски и чуть выше ростом самого «вождя». Саша приглянулся Карлосу. Какие знаки внимания оказывал наделенной властью австралиец скромному 20-летнему пареньку, догадаться не сложно. Факт, что Карлос дожидался окончания дневной смены (23:00), в которую работал Саша, и они вместе уезжали в неизвестном направлении на машине с личным водителем Карлоса, подтверждают многие. Мало кто удивился (а чему тут удивляться-то), скорее возмутились (но тихонечко, про себя), что через полгода работы Саша получил повышение и стал пит-боссом. Обычно на эту должность назначали людей, окончивших первую школу крупье и уже имевших и опыт, и представление о работе в казино, а таких в «Государыне» на тот момент было предостаточно. Но Карлосу было плевать на общественное мнение: казино давало отличный доход, им были довольны. Он мог творить что угодно. И Карлос творил. Творит до сих пор, организовывая подпольные заведения.

Мартин – типичный англичанин, откликнувшийся на призыв Майкла и приехавший в Москву поднимать игорный бизнес. 35-летний, он много чего видел и много где поработал. Говорят, что плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Мартин очень хотел «генеральское» звание, но трон под Карлосом стоял прочно, и англичанин захандрил. На работу ходил поскучать. Ничем особенно не интересовался. Просто получал хорошую зарплату. Как-то его грустящим увидел некто Яков – один из самых ярких и довольно серьезных ловцов рыбы в мутной воде. Как известно, голь на выдумки хитра. Якова нельзя назвать бедным или побирающимся – он всегда имел при себе приличную денежную сумму и приходил в окружении свиты из 3–4 друзей. Они целиком занимали стол, как правило, для игры в блек-джек. И уж чем они там занимались – знают только они. По легенде, которую всем рассказывал Яков, он отвечал деньгами перед друзьями за казино, а его друзья играли за себя. И не надо смотреть, что ставки невелики. По их внутренней математике куш увеличивался в разы. Так звучала его официальная версия. На самом же деле Яков высматривал дилеров, способных сыграть с ним «на руку», и зазевавшееся руководство, которое можно либо скомпрометировать, либо на что-то подсадить.

Как-то зайдя в «Государыню», Яков увидел Мартина, игравшего в нарды с кем-то из персонала. Этот день оказался роковым в судьбе Мартина.

Вскоре на глазах изумленной публики началось великое многоматчевое противостояние: представитель Туманного Альбиона против выходца из региона Кавказских гор. Играли, как и положено, на деньги. Изначально расплачивались сразу после партии. Но чтобы не компрометировать менеджера казино «при исполнении обязанностей», решили деньги не светить, а копить долги и одним махом все покрыть.

Игра на деньги в нарды настолько затянула Мартина, что он перестал обращать внимание на все вокруг. Его не интересовал ни игровой процесс, ни текущий результат. Он как бы находился на работе, и в то же время его не было. Этот турнир вызывал неподдельный интерес и у других гостей заведения. Вездесущий Яков предлагал делать ставки на исход каждой конкретной партии – этакий Мазист грузинского происхождения. В небольшой, по всем меркам, «Государыне», где всего-то стояло семь столов, любители нард оккупировали пустующий и на нем вели свое сражение.

Когда же Яков со товарищами отсутствовал, Мартин откровенно скучал: потягивал виски или приходил на работу с уже «напудренным» носом.

Мишель – единственный француз, с кем Аркадию довелось познакомиться за время работы в игорном бизнесе. Он говорил немного по-английски, Аркадий учил вторым языком французский, и на такой англо-франко-русской смеси они успешно общались. Мишель действительно болел за свою работу: на смене выкладывался и никогда не прятался в менеджерской, если возникала критическая ситуация. А в «Государыне» подобное случалось с завидной периодичностью. Разная публика заглядывала на призывные огоньки, которыми переливался вход в заведение. Это и постоянные гости, каждый день, как на работу, приходившие в казино, это и «залетные», приехавшие один-два раза и поднявшие неожиданно крупной игрой панику, как среди персонала, так и среди «домовых». В основном в гости заходили люди, жившие неподалеку, и дилеры из других казино. Так что атмосфера в «Государыне» была самая что ни на есть семейная – все и всё друг про друга знали и старались закрывать глаза на простые человеческие слабости, иногда даже им потакая…

Вот тот, кто за все время существования «Государыни» не получил ни одного прогула без уважительной причины. Каждый день хоть на пятнадцать минут, но забегал. Даже чтобы просто выпить чашечку чая. Проверить, все ли нормально в его втором доме, ничего неожиданного не случилось? Он знал всех сотрудников по именам, а если забывал имя, то вспоминал прозвище, закрепившееся за этим человеком. За руку здоровался с русскоязычным директоратом, частенько с ним попивал чаек, располагаясь в зоне отдыха – мягких креслах, установленных в самом центре зала, с удовольствием делясь своими наблюдениями и замечаниями, давая характеристики как сотрудникам, так и новым гостям. Нет, вы не подумайте, он не был стукачком! Просто Ариф не мог себе позволить, чтобы кто-то иной занял трон негласного короля игроков в «Государыне». А король должен быть королем во всем: в том числе и во внешней политике – монопольном общении с руководством заведения – и тогда, как он считал, хозяева будут лояльны к его мелким пакостям. Смех смехом, но Ариф даже давал советы, кого назначать, а кого не назначать на ту или иную должность. И самое удивительное, к нему прислушивались!

Маленький (не выше 170 см), щупленький, с вечно расстегнутым воротом темно-бордовой шелковой рубашки, из-за которого виднелись на волосато-седеющей груди две золотые цепочки, с зачесанными назад волосами, он очень напоминал бандерлога из мультфильма о Маугли. Сходство утраивалось, когда Ариф начинал скакать по казино, перепрыгивая через мебельный гарнитур в chill out zone (зоне отдыха), сотрясая воздух проклятиями в адрес дилеров и постукивая себя в грудь маленькими кулачками, приговаривая, со свойственным кавказцем акцентом, как заговоренный: «Что вам всем от меня надо? Кто вас всех на меня готовит?» Порой казалось, что он вот-вот перепрыгнет через стол и сойдется в рукопашной с дилером, посмевшим выиграть у него деньги. Это шоу можно было наблюдать фактически через день, и все попривыкли к такому проявлению эмоций и относились с пониманием к горячей азербайджанской крови. Не обладая хорошей фантазией и будучи весьма косноязычным в плане русского языка, все, на что сподобился Ариф, стараясь подражать своим более колким на язык товарищам, – это добавление всем подряд отчества Моисеевич.

– Здравствуйте, Игорь Моисеевич, здравствуйте, Юля Моисеевна! – так говорил Ариф, заходя в казино в хорошем настроении.

При всей своей нелепости и комичности поведения Ариф считался неплохим игроком. Вы спросите, что значит – неплохим?

С точки зрения игрока – Ариф мог удовлетворяться малым. Цитируя Мазиста: «отработать гимнастический этюд соскок», имея в плюсе 500 долларов. Он знал «базовую стратегию» блек-джека и понимал, что не всегда надо «добирать» карты до числа, близкого к 21. В покер играл редко, только когда выиграл больше, чем планировал, или, наоборот, безвозвратно «замазался» (проиграл больше, чем ожидал) и старался «отбиться».