Чтение онлайн

— Ноа, а ты полезнее, чем я думала!

Дели отправилась к карточкам и формулярам, разыскивая информацию о писаниях, связанных со временем. Ноа же, фыркнув себе под нос, сполз со стола и начал блуждать между прямыми рядами шкафов. Его не отпускало предчувствие, что здесь кто-то был, как будто это место само по себе могло оказаться живым. Живым мертвецом. Может ли у места быть сознания, как у самого Ноа?

«Делия, эта библиотека случаем не живая?»

— Ты о чем это?

«Тут проходы в стенах».

Дели отложила карточки и приблизилась к духу. Она не понимала, о каком проходе он говорит.

«Это место похоже на сердце, от него идет множество витиеватых ходов. Как артерии в организме. Я создавал живой организм и знаю, что это значит… Такое чувство, будто это место тоже само себя создало».

Делия оглядела тонкий проход между шкафами, но стена не имела щелей и не даже не выглядело как тайный проход, которые по обыкновению прятались за книжными стеллажами.

— Не понимаю тебя. Думаешь, это место может быть сердцем поместья, к которому почему-то ведут другие ходы?

Делия огляделась, но своими глазами ничего необычного найти не смогла.

«Я могу попытаться осмотреть коридоры».

— И как ты это… — не успела Дели договорить, как мышь на глазах обратилась в странного с виду создание. Не маленькое и не большое, оно имело несколько рядов лап и напоминала собой черного муравья, разве что с крыльями и паучьими глазками.

Ноа залез под шкаф, после чего подлез прямо под стену.

«Будь готова. Когда далеко отдалюсь, ты меня не услышишь».

— Хорошо, но будь осторожен и не попадись никому на глаза.

Ноан исчез из виду, а Делия снова принялась проверять формуляры и книги.

Время, как назло, начало тянуться до ужаса медленно, Ноа все не было, а полезные книги находились с трудом. Пришлось обложиться парой стопок писаний, прежде чем в текстах мелькнули мало-мальски полезные строчки. Обрывки несвязного текста находились то там, то тут, и казались запутанными. Все продолжалось до тех пор, пока в руки не попала тонкая книга — третий дневник одного из предков Тимеев.

Альфар Матес Тимей — восемнадцатый герцог, возглавлял Таутен несколько столетий назад. Дочь смерти обрадовалась. Ее радовало, что не одна она интересовалась концепцией времени.

Она открыла книгу, и расплывчатый почерк начал рассказ:

«Время подобно нити — нити, что плетется, не обрываясь. Окольцовывая живое, нить тянется, но не рвется; она связывает циклы душ, образовывая моток…»

Записав эти слова, Дели задумалась. Значит ли это, что цикл ее возвращения в прошлое легко не закончится? Она навечно заперта в этом «мотке»? Если так, то у дочери смерти есть много возможностей все исправить, вот только следующие слова этой книги напрочь перечеркнули ожидания Делии:

«Люди верят, что души проходят разные жизни, однако если циклы перерождения напоминают моток, то каждая новая жизнь души — есть новое отражение уже прожитого».

Выходит, цикл, в котором находится все живое, предопределен? Дели не верила в это. Она ведь сумела исправить свое положение в доме. Она изменила отношение Мейтона, спасла рыцарей от ноанов… Жизнь меняется из-за принятых по-другому решений!

«Человек может думать, что способен своим действием поменять навязанную ему кем-то судьбу, однако это иллюзия. Как бы человек не старался, моток образует все новые однообразные завитки. Стоит помнить: нити жизни уложены ровными, идеальными кольцами».

Делия захлопнула книжку и запустила ее в путешествие по столу. Книга проехалась по столешнице метр, пока не остановилась у самого ее края.

— Ну и кто написал этот бред! Все иллюзия?! — она засмеялась, но на сердце все-таки потяжелело.

Она отринула мысли прочь и закричала:

— Нет же! Верить всему, написанному в книжонках нельзя. Точно нельзя! В Итеве сложно отыскать горстку истины в тоннах вранья. Нельзя верить. Нельзя!

Делия уже было хотела взять за другую, более приятную и легкую книгу, когда наконец услышала писк. Ноа вернулся, держа что-то в зубах.

«Я осмотрел один из коридоров, в нем десятки дверей. Все заперты. То место под землей, поэтому запах там странный».

Неужели темницы? В поместье что все это время скрывалось целое подземелье?

Дели нахмурилась.

— Что находится в комнатах?

«Я смог попасть только в одну из них».

— Что там было?

Ноа положил перед Делией маленький камень: неограненный, округлый, бледноватого цвета. Он еле заметно блеснул на свету, а когда девочка к нему потянулась, Ноа вытянул мордочку, схватил камень в зубы и, не надкусывая, за раз его проглотил.

— Ты что это делаешь?!

Ноа застыл.

«П-прости… Сдерживался как мог, но камушек победил».

— Это был энергетический камень?

«Да, в той комнате таких целые горы».

Дели снова нахмурилась.

Энергетические камни в поместье, запрятанные глубоко в подземных коридорах. Либо кто-то их искусственно производил, либо же кто-то их поглощал, как Ноа сейчас.

Дели открыла записную тетрадь, упомянув в ней о камнях.

— Можешь примерно пересказать строение коридоров? Я их зарисую.

«Конечно, одна из моих сильных сторон — отличная память!»

— Хвастовство тоже твоя сильная сторона?

«Пиши давай! Сначала десять метров прямо, после поворот влево…»

Ноа не стал говорить, что запомнил строение коридоров не для зарисовок хозяйки. Он желал поскорее вернуться в ту самую комнату.

***

Когда Делия наконец-то уснула, Ноа еще какое-то время с интересом наблюдал за ее выразительно гибким лицом. Девочка часто ворочалась, сомкнутые очи то и дело подрагивали, а ее губы и щеки меняли цвет от ярко-алого к иссиня-белому. Только спустя час битв с собственными кошмарами она поддалась тяготам сновидений и с умиротворенным лицом отдалась миру грез.

В то же самое время, завидя, что тело ребенка больше не сбивается в одеяле от неприглядных видений, двигаться начал ноан. Он сполз с края постели и шмыгнул по полу в сторону двери. У выхода он в очередной раз глянул за спину, убедился, что за ним не следят, и тут же пробрался в коридор через незаметную щель.

Дух, безусловно, ведал о том, что ему нельзя вот так запросто отдаляться от девочки, однако он также знал, каковы на вкус манящие камушки духовной энергии. Привкус от сладости тех камней, какой ему довелось испытать этим утром, был особенно ярким и будоражащим. Даже сейчас тонкие нотки этого вкуса оставались на языке дикой мыши и призывали к себе, побуждая желание их отведать. Сдерживаться не было сил, да и желания тоже. Ноан не стал отрицать свою тягостную натуру и поддался природе. Делии ведь эта черта в нем даже нравилась: Ноа был честен в желаниях, так что она точно не будет против, если он немного насытится.