Чтение онлайн

– Куда нам умирать, мы ещё …- хотел что-то сказать Борис , но покосившись на сына, не продолжил фразу.

Пытаясь перекричать грохот водопада, Павел запел попевку бразильского Радио-2. Вышедший из-за стойки бара мулат в широких штанах с блёстками, кожаной жилетке, цветастой рубахе, с сомбреро за плечами и четырехструнной гитарой тут же попытался ему подыграть.

– Павел, тебя сейчас на деньги поставят, - сказал знающий жизнь Борис.

Появившаяся в красочных юбках девушка ударила в бубен и, трепеща телом, энергично заплясала перед Павлом. Худенький подросток в просторных техасах и сомбреро заиграл на флейте. Прищёлкивавший пальцами Павел вскочил и закружился с мулаткой. Веселье приобрело расширенный характер. Вошедшая группа туристов присоединилась к танцу.

Принесли заказ Вите. Он таращил глаза на тарелки. Незнание языков опять сыграло злую шутку. И на первое, и на второе ему подали чипсы. Они различались только размером. Во втором варианте чипсы были величиной с чайные блюдечки.

Оттанцевав пять танцев и спев на бис, мулатка пошла к публике. Она игриво задирала юбку, требуя засунуть купюры в подвязку чулок. Позади подросток собирал в бубен мелочь. Борис и Павел щедро одарили артистов. Володя сделал вид, что не замечает необходимости платить.

Борису захотелось попробовать местных сигар. Ему принесли ящик. Со знанием дела он нюхал сигары, выбирая какую купить, когда Витя спросил, не засиделись ли они за едой. Ещё рано, спокойно отвечал Борис, неторопливо определившись с сигарой.

Степанов попросил счёт. Его несли минут двадцать . Борис проглядел калькуляцию. Ему она показалась завышенной, он велел пересчитать.

– Смотрите, вон наши пошли, - указал Витя на группу туристов.

– Нет, это не наши, это немцы, а за ними – японцы, видите, красивым отрядом идут, - сказал Борис.

– Без нас не уедут? – спросил Витя.

– По дому соскучился?
– уколол отец.

Повторно принесли счёт. Замечания, сделанные Борисом, учли. Зато появились две кока-колы, хотя Витя заказывал одну. Счёт унесли опять переделывать. Глядя на водопад, Борис наслаждался сигарой. Некуривший Павел тоже соблазнился и потребовал принести сигарный ящик.

– Куда мы с Кальвадосом? – спросил Володя Степанова.

– Вернётесь с нами в отель, там будем решать, как двигаться дальше. Позвоним Хуаните, дочери Кальвадоса. Если она приехала с плантаций, поедем к ней.

– У меня нет визы.

– Пока ты скитался, возник друг в консульстве. Если нужно, он нам поможет.

Расплатившись, наши путешественники пошли к автобусной стоянке. Там не стояло ни одного автобуса.

– Ты сказал, без нас не уедут, - хныкнул Витя.

– Я этого не говорил, - отрезал отец.

– Странно, столько было автобусов и вдруг ни одного, - сказал Степанов. – Был бы любой, мы могли б доехать до аэропорта.

К остановке подъехал микроавтобус, из него стали выходить крепкие парни в чёрных сорочках с золотыми браслетами на запястьях.

Володя опасливо огляделся:

– Нам надо убираться. Точно такие парни лежали трупами, когда я нашёл Кальвадоса.

Все инстинктивно повернули к траттории. Парни в чёрных сорочках ускорили шаг.

– Может с ними надо поговорить? – предложил Степанов.

– На русском? – возразил Борис.- Тебе хорошо, а у меня часы «ролекс» , - на ходу Борис стянул часы, спрятал в карман. О золотой цепи на шее он забыл.

– Тебе бы меньше всех следовало волноваться. Это же местные братки, - съязвил Володя.- Ты бы их по-свойски урезонил.

– Чего же ты их своей формой не урезонишь?- огрызнулся Борис.

Степанов рассчитывал из траттории при необходимости вызвать полицию или воспользоваться помощью персонала. Ребята в чёрном упорно преследовали. Они не бросались вперёд, но взгляды, которыми они удостаивали наших людей, ясно показывали, ничего хорошего ждать не придётся.

Поднявшись наверх, путешественники обнаружили, что траттория уже закрыта. Об этом возвещала табличка и пустота места. Уехали туристы, тут же закрылась и траттория, но мимо Степанова не проходили ни повар, ни официанты, ни артисты. Не могли они исчезнуть бесследно. Брошенный вдоль реки взгляд, объяснил загадку. Несколько человеческих фигур, погруженных в катер, удалялось вверх по течению к посёлку из серо-жёлтых домов, хорошо читавшихся в лучах клонившегося к закату солнца.

Внизу, под смотровой площадкой, на воде стояли ангары: стены из сетки, крыша из тростника. В ангарах виднелись моторки.

– Яхтсмены есть?
– спросил Борис.

Ответом ему было молчание.

– Тогда я один, - подытожил Борис.

Он быстро побежал по склону к белой лодке , качавшейся на волнах в ближайшем ангаре. Войдя в воду, он поднырнул под дверцу и оказался внутри. Остальным ничего не оставалось, как поспешить за Борисом вниз к реке. Преследователи заметили манёвр, соображая, что за ним может последовать.

– На вашем месте, я не очень бы доверял отцу, - успел шепнуть Витя Степанову.- У отца мозг серьёзно повреждён алкоголем, так говорит мама.

– Нам ничего не остаётся, как положиться на твоего отца, - оборвал Степанов, не желая поддерживать сомнения в родительской власти.

Борис вскарабкался в лодку, подобранным прутом сорвал цепь, блокировавшую руль. Ключ на тросике висел рядом. Борис повернул ключ зажигания, двигатель заработал, значит, бензина хватало.

Борис направил моторку к выходу и стал легонько подталкивать носом сетчатые двери, удерживаемые цепью с замком. Двери не подавались. Тогда Борис отогнал лодку назад и ударил с разгона. Двери разлетелись.

Помогая друг другу, остальные залезли в лодку.

– Доедем до ближайшей деревни, там попросим доставить в аэропорт, - сказал Борис.

Ему никто не возражал. Управляя рулём, увлечённо глядя вперёд, Борис держал моторку килем против течения. Он не замечал общего молчания . Все же с ужасом наблюдали, как парни в чёрном выгнали из ангара другую лодку. Она бойко взрезала волну.

В лучах заходящего солнца две лодки неслись вверх по Игуасу. Дистанция меж ними медленно, но верно сокращалась. Впереди реку преграждали огромные валуны. Вода около валунов бурлила, вскидывала длинные языки волн. Рулевой катера с персоналом траттории знал безопасный проход, он короткими загзагами направил лодку, прыжками она перебралась через камни и уже приближалась к пирсу посёлка. Борису фарватер был неведом. Он направлял лодку по наитию. Лодка траттории слишком быстро преодолела препятствие, чтобы он мог ориентироваться на её манёвры.

Борис обогнул один валун, другой, третий призраком встал сразу по курсу. Борис повернул руль вправо. Отхлынувшая вода открыла острый выступ, орлиным клювом торчащий вверх. Лодка чиркнула о него боком. Посыпались камни, искрами разлетелась металлическая стружка. Моторка выскочила на мелководье, резко сбавив скорость. Винт цеплял за грунт. Борис подумал, что снижение скорости связанно с близким дном, но, заглянув за корму, с ужасом убедился: в результате удара о скалу половину лопастей, как ножом срезало, остальные – сильно погнуты. Не теряя надежды, Борис вырулил поглубже. Впереди вода казалась ровной. До деревенского пирса можно попытаться добраться на тихом ходу. Собравшиеся в лодке смотрели на Бориса, как на единственного возможного спасителя. Криками они предупреждали о появлявшихся впереди камнях, с немым оцепенением разглядывали неумолимо приближающихся преследователей. У тех был сильнее двигатель и им ещё и везло. Они могли учитывать ошибки Бориса и объезжать валуны, на которые он наскакивал. Вот-вот они должны были настигнуть беглецов. Оставалось прижать их бортом к борту или преградить дорогу, встав поперёк вверх по течению. Оба манёвра считались смертельно опасными, ибо перескочить с лодки на лодку мог лишь отчаянный храбрец. Багров, чтобы подцепить беглецов, у преследователей не имелось.