Чтение онлайн

Эх, полным-полна моя коробочка.

Есть в ней ситец и парча… 

— разведя руками, запел весело, задорно, слегка подтанцовывая:

Пожалей, душа моя зазнобушка.

Молодецкого плеча.

Эх — пожалей, молодецкого плеча… 

— пропел снова припев — глядя на пожирающую меня взглядом Настю Кораблёву. Та засияла — как майская роза!

Выйду, выйду в рожь высокую.Там до ночки погожу…

Как завижу — свою синеглазую — все товары разложу!

Эх — как завижу свою синеглазую

— послал улыбку Насте

— все товары разложу!

Цыганочка Аза, Аза.

Цыганочка черноглаза.

Цыганочка чёрная погадай!

Эх! Цыганочка Аза, Аза.

Цыганочка черноглаза… 

— пропел второй раз припев, пританцовывая. Задорно получилось — в зале среагировали — захлопали в такт… Пойдём дальше…

Вот и пала ночь туманная.

Ждёт удалый молодец…

Чу! — приставил ладонь к уху

— идёт — пришла моя желанная!

Разложил товар купец! Чу… 

— повторил припев и запел дальше:

Цены сам платил немалые

— не торгуйся, не скупись! 

— пел, глядя на Настю —

подставляй ка губки алые.

Ближе к милому садись! 

Подставляй ка губки алые… 

— подмигнул Кораблёвой и запел припев:

В роще моей — пел соловей…

Не давал покоя тёще моей!

Взял я ружьё — убил соловья!

Спи спокойно тёща моя…

Взял я ружьё, убил соловья… 

— пропел сожалея и начал выкрикивать в зал:

Спи! Спокойно! Тёща! Моя!

В зале оценили — засмеялись…

Знает только ночь глубокая — как поладили они…

пропел загадочно в зал и повёл рукой перед собой —

распрямись ты, рожь высокая. Тайну свято сохрани!

Пропел второй раз припев и пустился в пляс, выдавая коленца плясовой, цыганочки с выходом и степа. Музыка замолкла, но раздались аплодисменты. Я поклонился, показал рукой на музыкантов; спрыгнул с эстрады и пошёл к своему столику. И пока шёл — гремели аплодисменты. Не удивительно — такого ритма и исполнения здесь ещё долго не будет! Сестричка вскочила, обняла, поцеловала в щёчку… И снова — аплодисменты! Налил в рюмку последние грамм 60–70 коньяка и, подняв рюмку, выкрикнул:

— За здоровье всех здесь присутствующих! И сел. Спиной к залу… Буквально тут же подскочил официант; поставил со своего подноса на стол бутылку коньяка и бутылку шампанского. Я не заказывал, но ладно — пусть будет: сестричка тихо-тихо, но уже полбутылки шампанского выпила… Наташка защебетала что то восхищённое и восторженное. Я сидел, слушал; кивал… Смотрю: ассорти уже в тарелке заканчивается — попросил принести ещё ассорти и котлету по-киевски. Мне… Сестрёнке уже ничего не нужно — только пощебетать. И её порция съедена лишь на половину… А ещё фрукты в вазочке почти не тронуты…

Сбоку что то стукнуло об пол… Посмотрел — Настя Кораблёва — собственной персоной. Со своим стулом… Села. И понеслось…

— Мишенька! Я уже и забывать стала, какой ты у нас замечательный певец! — замурлыкала она, обжигая меня страстным, обволакивающим взглядом — и какой же ты молодец, что сестрёнку вытащил из того болота… Привет подруга… — уделила она внимание и сестрёнке. А как же — будущая союзница в борьбе за мою душу. И тело. Хотя — виделись…

Где то с полчаса продолжался этот цирк: Кораблёва то наседала на меня, применяя все свои женские хитрости, то начинала болтать с Наташкой о своём — о девичьем, вроде как совсем не обращая на меня внимание… Не то, чтобы мне это невнимание было неприятно — просто стало скучно… Или домой уехать или… Позвал Настю:

— Кораблёва… А тебе не пора к своим? Твой друг тебя, наверное изождался, исстрадался? А ты тут лясы точишь… Настя отмахнулась:

— Да никакой он не мой? Просто однокурсник… Ну влюблён в меня — ну и что? Мне он совсем безразличен… Он пригласил меня на своё день рождение — украсить их компанию! Почему бы и не пойти?… Мишенька! — заблестели глаза у Кораблёвой — да ты меня ревнуешь? — расплылась Настя в довольной улыбке…

— Вот ещё… — буркнул я, осаживая её безудержный полёт фантазии — ещё чего не хватало! Ты сама по себе; я сам по себе — я тебе не указ!

— А вот это ты зря Мишенька! Я совсем не против, чтобы ты стал для меня указом! Поверь — мне кроме тебя никто не нужен! И Я — девочка послушная! — соблазнительно улыбнулась Настя… Я, чуть склонив голову на бок, стал пристально её рассматривать Она заволновалась:

— Что? Что не так?… Ну ладно… — сделала она виноватое лицо — пусть я не девочка… Ну не при ребёнке же это обсуждать… Наташка насмешливо хмыкнула — Нашли ребёнка…

— И потом… — не обратила на это внимание Настя — у меня, после того случая — никого не было! Я себя для тебя берегу! Во как!

— А хочешь — подруга, искупаться в лучах славы? — спросил я.

— Хочу, конечно! — тут же выпалила она и тут же спросила — а как?

— Давай с тобой споём дуэтом… — предложил я. Настя задумалась…

— Нет: голос у меня хороший и петь я умею, но мне надо же сначала слова выучить, потом напеть песню, а потом спеть её с тобою… А потом можно и на сцену выйти — утвердительно произнесла она, как само собой разумеющееся. А она достаточно высокого о себе мнения! И, мне кажется — это не просто так! А может попробовать? Протянул руки через стол; взял её руки в свои, заглянул в глаза…

— Повторяй за мной свой куплет… И наговорил слова и припев, "заставляя" запомнить… — Я пою первый куплет — ты слушаешь музыку и подгоняешь под неё свои слова… И поёшь второй куплет… Я пою первый припев один раз — ты следующий уже два… И третий раз мы поём припев вместе — дуэтом. Два раза… А теперь — повтори свои слова… Настя повторила (а я помог внушением). Я встал, снял с себя пиджак; повесил его на стул, сказал сестрёнке — Пригляди. Взял Настю за руку и повёл к эстраде. Нас увидели — шум зале стал стихать…