Чтение онлайн

В панике паладин ощупывал кровоточащую грудь, и пальцы его натыкались на перерубленные узлы, мертвые, бесполезные. Не реагировал ни один из них, не усилить ни единого пальца, ни на минуту, ни на половину минуты!

– Что..! – крикнул он, схватившись на грудь, из которой лилась кровь, и понимая мгновенно, что все то, что он отрицал и был уверен, что не свершится – свершилось. Вдруг.

– Бесполезно это, – миролюбиво заметил Зед, наблюдая, как паладин в панике ощупывает испорченную защиту. – Снимай свои доспехи. Теперь они будут только мешать.

Одним и первым своим ударом Зед в точности повторил линию, что прочертил Вед на его собственном теле. Умная Айяса, разрубив начало грудной кости и верх защитного пояса, прошла вверх, до самого последнего верхнего узла паучьего сердца, скрежетнув по кости, и даже старательно изобразила завиток на ключице врага, там, где рука Ура дрогнула и соскользнула.

Зед разрубил сердце паука, и погасли ядовитые дорожки силы, оплетающие пальцы и плечи паладина. Наверное, он и понять ничего не успел, даже не успел почувствовать боли, уклоняясь, как ему показалось, от клинка, когда с ним все было кончено.

Без защиты он не представлял никакой опасности для вооруженного Зеда.

Миг назад недвижимо лежавшее тело вдруг ожило. От толчка ложе, на котором лежал Зед, лопнуло, покрошились, ощетинились острыми щепками прутья решетки.

Паладин, захлебываясь кровью, зажимая рану левой рукой, таращился на Зеда, стоящего в боевой стойке. В его правой все так же бесполезно был зажат его никчемный, бесполезный нож, которым паладин хотел отрезать пальцы Зеда.

– Здравствуй, Роман, – произнес Зед, и следующий удар направил на принца, начавшего подавать признаки жизни. – И тебе привет, Воканна!

Воканна!

Имя это, несомненно, было Уру знакомо. Болтаясь по кнентам, он слышал не раз всяческие байки и сплетни о Правящих – простой люд выдумывал их, чтобы потешиться, разнообразить немного скучную жизнь.

Про Воканну Ур слышал не раз.

Слышал он и о Посвящении старого принца Зеда, которое прервал и оспорил на турнире принц Лар, тем самым уступив старому принцу Зеду право биться за пояс победителя со смельчаком из черни.

И смельчаком этим был Зед нынешний…

Как тесна земля и как непредсказуемо запутаны на ней дороги разных людей!

Трус Воканна, спасенный от одного Зеда, попал под горячую руку другого Зеда.

Наверное, не было времени на то, чтобы точнее направить руку и убить принца, на то, чтобы дотянуться до бьющейся под кожей жилки, в которой текла живая кровь. Принц, в сторону которого Зед лишь слегка махнул Айясой, вдруг заорал не своим голосом и повалился на землю, в истерике дрыгая ногами и прижимая отсеченный пласт мяса, сползающий с костей лица и открывающий голые зубы в разинутых голых челюстях.

– Что-то потерял, сука? – произнес Зед, презрительно сплюнув на землю.

И скрюченный паладин, слышащий, как трещит и пищит его поврежденная защита, чувствуя слабые разряды тока, поражающие его рассеченные мышцы, понял вдруг, что перед ним не прежний принц Зед, которого даже с рассеченной защитой победить мог бы помочь случай или опыт – все ж таки умения паладина нельзя было скидывать со счетов.

Так хирургически точно и сильно, разбив латы и повредив сразу все жизненно важные центры, мог бить только регеец, страж миров.

И он стоял теперь перед паладином, заслоняя вход в мир, в котором паладин хотел навести свои порядки.

И измученный Торн усмехался, кривил разбитый рот, секунду назад выплюнувший кодовую фразу, да нет, целый рассказ, который не мог бы никто угадать наобум.

Паладин понял Торна; терпя немыслимые муки, он просто тянул момент. Он хотел, чтобы меч, верная Айяса, оказалась в руке Зеда точно, прочно, надежно, чтобы он ухватил ее всей пятерней, всей ладонью, наверняка, и никто не смог бы вынуть ее, заметив, что оживают его оцепеневшие пальцы..

И так оно и произошло.

– Хитрый, ах, какой хитрый, – протянул паладин, кривясь от боли. Его рана, безусловно, болезненная, не была, однако ж, смертельной. Его защита все-таки смогла уберечь его от мгновенной смерти, иначе Зед рассек бы его напополам, рассек, как рыбу. – Но зачем..?

Зед, внимательно следя за паладином, корчащимся в углу и за беснующимся Воканной, заходящемся в крике, быстро освободил Торна, перерезав удерживающие его ремни. Израненный Торн свалился на пол, словно куль с мукой. Но, несмотря на это, он сохранял вид сосредоточенный и напряженный, так не вяжущийся с его состоянием.

Осмотрев друга наскоро, Зед, ни слова не говоря, переместился к Уру. В полутьме его глаза сверкали, как стеклянные.

– Твой корабль, – четко ответил Торн, усаживаясь и прислонившись спиной к стене. Он болезненно кривился, его обожженная нога покраснела и распухла, и Торн никак не мог ее устроить поудобнее, от всякого движения она дрожала мелкой дрожью, но и это не мешало Торну считать. Он все еще считал! – И вместе с ним весь этот мир.

– Весь мир! А не много ли заломил?

– В самый раз. Сейчас Зед убьет тебя, и мы навсегда закроем ваш портал. Более того – я сделаю так, чтобы вас вообще никогда не было, чтобы вы не рождались.

– Хитрый, сволочь, – протянул паладин еще раз. – Твой расписной друг и тебя угостил чем-то, да? Сам побоялся пить свое пойло, и тебе предложил, да?

– Ему это пойло и не помогло бы, – отрезал Торн. – Я – расчетчик, Равновес. И благодаря Уру, я – самый сильный и самый совершенный из всех существующих на этой планете.

Зед освободил и Ура. Тот стоять не мог совершенно. Свалившись с ног, он почти потерял сознание, и его отвратительно вырвало.

Воканна меж тем затих. Кажется, его хватил удар, или просто он потерял сознание от кровопотери. Лицо его выглядело ужасно. Зед отсек ему правую половину лица, срезав с костей мышцы, и Воканна теперь смотрел бельмом закатившегося глаза, который просто лишился нижнего века и торчал, как жемчужина, в кровоточащей плоти, и усмехался до ушей всеми своими зубами с правой стороны. Челюсть не держалась на месте, и кровь булькала и пузырилась, затекая в горло.

– Встань на колени, – велел Зед сухо паладину, – я отсеку тебе голову быстро и безболезненно.

Паладин, зажимая рану на груди, хрипло рассмеялся.

– Что? – произнес он сквозь свой булькающий смех. – Как?! Ты думаешь, я соглашусь?

Зед оставался невозмутим. Он молча смотрел на этого скривившегося от боли человека, на его скрюченную, кособокую фигуру, неловко отступающую от него, и стоял неподвижно, опустив свой меч.

– Я думаю, ты согласишься. – ответил он, ничуть не смущаясь.