Чтение онлайн

– Ты подумал, что говоришь?
– обиделась Внучка и отошла от Юноши.

– Не в том смысле, - бросился он за нею, но она вывернулась, сменила направление.
– Просто это! невероятно.

– Однако же факт!
– довольно жестко констатировала Внучка, и тут понятно вдруг стало с очевидностью, кто ее дед.
– Полковник!
– крикнула, распахнув окно.

– Не надо!
– испугался Юноша.
– Слышишь, не надо! Не надо у него ничего выяснять!

Полковник, стоявший перед тем в задумчивости, поднял голову.

– Ну я тебя умоляю, - продолжал шептать Юноша.

– Ты про нас не забыл?
– пропела Внучка голосом счастливо-беззаботным.
– Ну-ка быстро - за коньяком!

Полковник молча направился к кухоньке.

– А мы пока стол накроем, - крикнула Внучка вдогонку.

– Сперва я поговорю с отцом, - пояснил Юноша.

– Поговори-поговори, - ответила Внучка не без злой иронии и, взяв Юношу за руку, потянула вниз: - Пошли знакомиться. Ароматически!

Черная "Волга" давно укатила, а из подслеповатой "Тоеты" все продолжали наблюдать за домом, только к Джинсовому и Жесткоглазому прибавились - на заднем сиденье - еще трое: молодых, уголовных по виду.

Джинсовый сказал:

– А что, если они там на ночь останутся?

– Значит, приедем завтра, - отозвался Жесткоглазый.

– За-а-втра-а!
– с сожалением протянул Джинсовый.
– На завтра у меня дельце одно намечено.

– Тогда, - жестко ответил Жесткоглазый, - без тебя.

– Как без меня? Как, понял, без меня?! Я, падла, нашел, а ты!

– А ну-ка!..
– убедительно, хоть и негромко прикрикнул Жесткоглазый.

– О, смори!
– буркнул сзади один из уголовных.

И действительно: парочка, держась за руки, вышла из калитки, в проеме которой стоял, провожая, Полковник, и направилась к электричке.

Выждав некоторое время, Жесткоглазый сказал:

– Айда!

Полковник мыл посуду на кухоньке, как дверь вдруг распахнулась и обнаружила Джинсово-Усатого, за которым маячили тени.

– Ну вот, папаша, - сказал Джинсовый.
– Ты погулял в своей жизни. Теперь дай и нам. Где там подвал с брильянтами? Все по-тихому сдашь - не тронем. Понял? Вот и отлично. Пошли, - и отступил на полкорпуса, давая Полковнику дорогу.

Полковник медленно двинулся к выходу и, когда миновал Джинсового, сделал резкий выпад локтем, так что Джинсовый со стоном согнулся пополам. Еще удар - тому, кто на улице! Еще! Еще!

Хоть и не молод, хоть и работа вроде кабинетная, а тренирован был Полковник неплохо, и случись противников не пятеро, а хотя бы трое!

Минуты спустя, Полковник, скрученный бельевой веревкою, лежал на дорожке, а пришедший в себя Джинсовый пинал его с бешеной злобою:

– П-пало! У! п-пало! Фраер вонючий! Парчушка! Ментяра! Пет-тух шоколадный!

– Хватит!
– осадил Жесткоглазый.
– Кому сказал? Понесли, - и кивком показал на дом.

– Значит, - спросил, когда, привязанный к кушетке, оказался Полковник в собственном кабинете, - добром выдать ключи от подвала не желаете? Но вы ж поймите - мы без них все равно не уйдем.

Полковник презрительно молчал.

– Мы понимаем, что это штамп, - продолжал Жесткоглазый, - что так бывает только в "Вечерке" и в дурном кинематографе. Но честное слово, нам некогда тратить время на изыски, особенно, когда клиент так строг к стрелкам на брюках и так вдов, что вынужден сам поддерживать их в порядке, - и кивнул Джинсовому.

Тот подскочил, рванул с удовольствием на Полковнике рубаху.

– Как там?
– обернулся Жесткоглазый к одному из уголовных, в глубину комнаты.
– Нашел розетку?

– Ага, - ответил уголовный, только что включивший электроутюг.
– Провода не хватает. Тащите его сюда.

Выступили двое других, подхватили кушетку с Полковником, понесли к утюгу.

– Слушай, можно, я? А? Можно?
– отнесся Джинсовый к Жесткоглазому столь сладострастно, что слюни чуть не потекли изо рта.

Жесткоглазый равнодушно пожал плечами, и Джинсовый завладел утюгом.

– Сами понимаете, какой вам срок одуматься, - оборотился Жесткоглазый к Полковнику.
– Пока нагреется. А время сейчас позднее, все свет повыключали. Так что напряжение хорошее!

Хоть время было и впрямь позднее, родители не спали, а вели на кухне какой-то важный и, судя по тому, что сразу прервали, секретный разговор: Юноша успел услышать из прихожей только последнюю отцовскую реплику:

– И ничего - понимаешь, ни-че-го!
– нету в них особенного! Но сам факт!

В ком "в них" (мы-то с вами сразу догадались, что речь идет о карасевых экспертизах) Юноша не понял, да, впрочем, понимать и не интересовался, а:

– Где ты был сегодня вечером, папа?
– спросил, став на пороге.

– Может, сначала поздороваешься?
– робко испробовал отец воспитательный тон.

– Где ты был сегодня вечером?!

– Н-ну! кк где?
– несколько замялся Благородный Карась.
– Где всегда. В журнале. А потом - на заседании "Мемориала". Ты прекрасно знаешь, что твой дед погиб в чекистских застенках!

– Где ты был сегодня еще?!

– Что это за манера?
– почувствовала мать, что пора идти мужу на помощь.
– Ты что, допрашиваешь отца?

Но сын даже и внимания не обратил на материнское вмешательство:

– Где ты был сегодня еще?!!

Отец молчал довольно красноречиво.

– Я тебя видел на одной даче, - сказал Юноша обреченно, словно только что потерял последний атом надежды на благополучное разрешение страшного недоразумения.

– Как вдел?
– переспросил Карась: с момента появления сына на пороге отец понял, что дезавуирован, но о возможности инцеста догадался только сейчас, вот от этого вот словечка: видел, - догадался, но тоже цеплялся за непонятно на что надежду.
– Что ты там делал?!

– Знакомился с дедом невесты, - произнес Юноша вызывающе.

– Какой еще невесты?!
– недоуменно вмешалась мать.
– Ты снова женишься?

– Погоди, Вера!
– остановил ее отец.
– С Иннокентием Всеволодовичем?

– А что ж тут такого страшного, папа? Ты ведь с ним, как оказалось, тоже водишь знакомство. Наверное, даже! сотрудничаешь. Почему ж нельзя мне?

– Я?! Сотрудничаю?!
– очень искренне возмутился Благородный Карась.

– Почему?!

– Да потому что!
– чуть было не выдал Благородный Карась роковую тайну, но осекся, глянув на жену.
– Да потому! потому что! В общем! в общем, я тебе запрещаю это знакомство!