Киншоу Эва - Погладить тигра
Шрифт:
Почему ее преследует чувство опасности? Ведь это - только украшение, просто кольцо, а не какие-то путы, навечно связывающие их друг с другом. Но, Боже, почему ей мучительно хочется, чтобы это было именно так? Неужели он не мог быть здесь, чтобы надеть кольцо ей на палец, неужели он не мог быть с ней здесь и сейчас!
Неожиданно она осознала природу дилеммы. Где-то глубоко внутри она была зла на него - за то, что занимает второе место в жизни Гордона, после его финансовой империи. Никакое кольцо - даже такое красивое - не могло окончательно уничтожить эту боль, эту обиду.
Нет, Джейн не собиралась ограничивать свободу Гордона даже в том случае, если станет его женой. Но эти дни в Мэйфорде были специально предназначены для них - только для них двоих. И если всерьез задумываться о том, чтобы провести остаток жизни вместе, - тогда должно быть время, когда бизнес не имеет права вторгаться в их жизнь, не так ли?
Тут ее мысли приняли другое направление. Она снова подумала о состязании силы воли между нею и этим человеком, которому нравилось доминировать - всегда и во всем. И поняла, что это всерьез беспокоит ее.
Задумчиво покачав головой, Джейн вернулась в комнату. Снова взглянула на кольцо. Ей вспомнилась Конни Элисон, которая, по ее собственным словам, была слишком слаба для того, чтобы не позволить Гордону Стенли подавить себя. А она, Джейн Милред? Уверена ли она, что сумеет противостоять ему?
Потом женская природа одержала верх: она все-таки взяла кольцо из футляра и надела на палец. Оно подошло идеально - так, словно Джейн сама примеряла его. Но... но и это не придало девушке уверенности в том, что ей следует обручиться с Гордоном Стенли и выйти за него замуж. Она сняла кольцо и положила его обратно в футляр - на ложе из белого бархата...
– Выглядишь ты, дорогая, просто отлично!
– сказал Джозеф Барринг утром в понедельник когда Джейн явилась в редакцию.
– Спасибо, - она улыбнулась начальнику.
– Где побывала?
– Да уж не на Гавайях, Джозеф. Съездила всего лишь в Мэйфорд.
– А, старый добрый Мэйфорд, - пропел Джозеф.
– Отличный выбор. Ну и что там у тебя случилось интересного?
Джейн начала было говорить, что ничего особенного там с ней не произошло, но вдруг замолчала и взглянула на своего редактора более пристально.
– А что это ты имеешь в виду, Джозеф?
– Ну, скажем, твою личную жизнь. Я, например, там сделал предложение своей будущей жене - на пляже, под луной, когда мы отправились купаться ночью - много лет назад. Мэйфорд мастер проделывать такие шутки.
Что ж, Джозеф не так уж и не прав, подумала Джейн. В ее глазах мелькнуло веселье.
– Как это мило, Джозеф.
– Ну да, Мэйфорд большой шалун. Знаешь, многие люди купаются по ночам в Мэйфорде, но с нами случилась настоящая катастрофа. Мы не смогли найти свою одежду, когда вышли из воды, потому что луна зашла за тучи и стало темно, как в бочке из-под дегтя.
Джейн расхохоталась.
– Серьезно?
– Мы искали ее почти час. С моей невестой едва не случилась истерика. А что, ты там не встретилась с Гордоном Стенли, совершенно случайно, конечно?
Джейн резко оборвала смех.
– О чем это ты?
– Кейт пустил слух, что он уехал туда с кем-то, и этот "кто-то" - вовсе не Констанс Эли-сон. Кстати о нашей дорогой Конни, ты слышала, что она будет сниматься в новом телесериале?
– Да. Но Кейт, ты же не позволишь ему...
– Джейн не знала, что сказать.
– Распускать грязные сплетни? Не в этом случае, Джейн. Нет.
– Она села, не в силах скрыть облегчение.
– Нет, - повторил Джозеф задумчиво, пристально разглядывая ее.
– Но мы - не единственная газета в городе, Джейн, не забывай об этом. Теперь о работе: у меня есть для тебя задание. Это интервью с некоей небезызвестной леди. Она может стать следующим лидером отделения Демократической партии, здесь, в Орегоне, и часто общается с журналистами. Но я хочу, чтобы ты с ней поговорила... как женщина с женщиной, понимаешь?
Отключиться от мыслей по предыдущей теме Джейн далось нелегко. Да, газеты раззвонят о них с Гордоном...
– Не совсем понимаю, Джозеф, в чем суть твоего задания.
– Я считаю, никто другой с этой дамой не справится так, как ты, Джейн. И она уже согласилась уделить тебе время.
Мистер Барринг улыбнулся своей любимой сотруднице, потрепал ее по спине и ушел.
Вернувшись вечером домой, Джейн вспомнила, что обещала позвонить Гордону. Но что ему сказать? За оставшиеся дни в Мэйфорде она так ничего и не решила. Однако не сомневалась в том, что он не позволит себя игнорировать.
Джейн переоделась и выпила холодного лимонаду - в Портленд пришло лето, стояла удушливая жара. Потом набрала номер.
– Привет, - сказала она, когда Гордон поднял трубку.
– Как ты?
– Один как перст, - отозвался он.
– Почему бы тебе не приехать? Или ты надеешься обо мне позабыть?
– Странно, что ты это говоришь. А вот мне что-то подсказывает: позабыть тебя у меня, пожалуй, не выйдет.
– Садись в такси. Сэлли приготовила для нас ужин. Жду.
– И он опустил трубку.
Некоторое время Джейн слушала короткие гудки, бездумно глядя на телефон. Затем напомнила себе, что все еще носит в футляре его обручальное кольцо, страшась вынуть и посмотреть на него еще раз. Она глубоко вздохнула: так или иначе, ей придется найти слова, чтобы объяснить ему, что они не подходят друг другу...
Сэлли впустила ее в дом и сообщила, что она выглядит просто великолепно.
– Мистер Стенли ждет вас там, за домом.
– Экономка махнула рукой. Прекрасный вечер, как раз чтобы искупаться перед ужином, - добавила она.
Гордон работал в саду. В одной руке - шланг, в другой - садовые ножницы. Он был босиком, в старых брюках и выцветшей ковбойке. Джейн ошарашенно воззрилась на него - подобное занятие было последним, за которым она ожидала застать мистера Стенли.
Потом он обернулся. Посмотрел на нее, и в его глазах она увидела восхищение - ею, ее прической, ее легким зеленым облегающим фигуру платьем. Он выключил воду, отложил шланг и ножницы и протянул к ней руки.
Джейн встретила его взгляд и как завороженная шагнула к нему.