Китайская власть
Шрифт:
2003–2007 — секретарь обкома провинции Чжэцзян, губернатор провинции, первый секретарь военного округа провинции Чжэцзян.
2007–2007 — секретарь горкома города Шанхая, первый секретарь военного гарнизона Шанхая.
2007–2008 — член Постоянного комитета Политбюро ЦК Компартии, секретарь Секретариата ЦК Компартии, директор Партийной школы ЦК.
2008–2010 — член Постоянного комитета Политбюро ЦК Компартии, секретарь Секретариата ЦК Компартии, заместитель председателя КНР, директор Партийной школы ЦК.
2010–2012 — член Постоянного комитета Политбюро ЦК Компартии, секретарь Секретариата ЦК Компартии, заместитель председателя КНР, заместитель Центрального военного комитета ЦК Компартии, заместитель Центрального военного комитета КНР, директор Партийной школы ЦК.
2012–2013 — генеральный секретарь ЦК Компартии Китая, председатель Центрального военного комитета ЦК Компартии, заместитель председателя КНР, заместитель председателя Центрального военного совета КНР.
2013 — генеральный секретарь ЦК Компартии Китая, председатель Центрального военного комитета ЦК Компартии, председатель КНР, председатель Центрального военного совета КНР.
Кандидат в члены Центрального комитета 15-го съезда Компартии, член Центрального комитета 16, 17, 18, 19-го съездов. Член Политбюро 17-го, 18-го съездов Компартии Китая. Член Постоянного комитета Политбюро 18-го и 19-го съездов. Избран заместителем председателя КНР на 1-й сессии 11-го Всекитайского собрания народных представителей. На 5-м пленуме 17-го съезда Компартии введен в должность заместителя председателя Центрального военного комитета ЦК Компартии. На 17-й сессии 11-го собрания Постоянного комитета ВСНП назначен заместителем председателя Центрального военного совета КНР. На 1-м пленуме 18-го съезда Компартии — председателем Центрального военного совета ЦК Компартии. На 1-й сессии 12 собрания ВСНП избран председателем Центрального военного совета КНР. На 1-м пленуме 19-го съезда Компартии — председателем Центрального военного совета Компартии (повторно).
[1] В российской китаистике принято обозначение Центральный военный совет, тогда как оригинальное название — Центральный военный комитет, по аналогии с Центральным комитетом Компартии Китая.
[2] Должности перечислены в соответствии с оригинальным порядком. roles(reader-all)
Китайская власть - (без изменений) Третья мировая, первая Евразийская: чем обернётся для мира ось Москва-Пекин-Тегеран [1]
(без изменений) Третья мировая, первая Евразийская: чем обернётся для мира ось Москва-Пекин-Тегеран [1]
По информации источников издания OilPrice в Министерстве нефти Ирана власти исламской республики с 9 ноября готовы обеспечить России и Китаю все условия для военного присутствия в портах Чабахар, Бендер-Аббас и Бушер в «соответствии с военным элементом соглашений». Повторное и теперь постоянное появление флотов России и Китая в традиционной сфере американского влияния будет означать повторение событий начала 2020 года – когда одновременно в течение трёх дней погибли Сулеймани, начальник Генерального штаба Тайваня Шэнь Имин, а также начальник курдской разведки Метин Арсалан.
В 2020 году произошло отчетливое оформление тесного военного и экономического сотрудничества России, Китая и Ирана, которое прошло боевое крещение в январе 2020 года убийством генерала Сулеймани.
В августе этого года это взаимодействие готово выйти уже на абсолютно неприемлемый для США и Израиля уровень: в активной фазе находится подготовка фактического полного экономического вхождения Ирана в китайское экономическое и военное партнёрство с Китаем – сфера Китайского влияния не только протянется от Пакистана до Ливана и портов Сирии, но и фактически отменит американский фактор в Афганистане.
Для всех вовлеченных наблюдателей очевидно, что для США это угрожает потерей всего Ближнего Востока. Выхода у американских стратегов всего два – в отсутствие союза с Россией — противопоставить Большому Китаю – Большую Турцию – или Великий Туран от Греции, Сербии и Косово до Западного Китая, населенного тюркоязычными уйгурами – или – развязать прямую агрессию против Ирана, пока китайская армия не взяла нефтеносную Персидскую империю под зонтик своего оружия, а вместе с ней и весь Ближний Восток вместе с Северной Африкой.
Россия в этом союзе далеко не абсолютный союзник ни для Ирана, ни для Китая.
И новая парадигма Китайского Шёлкового пути, с Пакистаном, а теперь и Ираном, диктует нам необходимость абсолютно новой стратегии, не имеющей аналогов в прошлом – ведь в династию Тан и Мин, когда Китай уже играл в большие геополитические и торговые игры с Арабским халифатом и Тимуридами – Россия существовала в виде небольшого Московского княжества.
Это для Новой России с учетом абсолютно новой геополитической ситуации в мире – сложный концептуальный и интеллектуальный вызов, который сложно решить по наитию, особенно в состоянии, когда о колоссальном присутствии Китая в Иране едва ли заикался хоть один российский китаевед.
Перед тем как начать обсуждать выгодные для Москвы комбинации во всех надвигающихся сложных ситуациях, стоит уделить внимание грандиозному достижению дипломатии Си Цзиньпина, которое может стать прологом для Третьей мировой и Первой евразийской войной Китая с США.
Речь идет о появившемся уже подготовленном черновом варианте 25-летнего Соглашения о торговом и военном партнерстве Китая и Ирана, которое по сути присоединит государство к системе коллективной безопасности Пекина.
Эта система уже покрывает как минимум Пакистан (и частично Афганистан и Таджикистан), сделает Тегеран энергетическим и товарным придатком Новой династии Тан, которую создает в Китае Си Цзиньпин, а также сделает для Афганистана и Туркмении союз с Пекином почти безальтернативным – такие получаются китайские шахматы вэйци, которые мы называем по-японски «го».
18-страничный документ предлагает выделение Ирану китайских инвестиций в размере почти половины триллиона долларов в течение 25 лет. Взамен на это, Пекин берет на «вековое довольствие» меч Персидской империи. Иран обязуется не только стать «вечным» поставщиком нефти в Пекин, но и реализовать почти сотню экономических проектов на собственной территории. Кроме этого в открытой военной части соглашения страны договариваются о совместном обучении военнослужащих, совместных учениях, разработках вооружений и их производстве, а также обмене разведывательной информацией. Проще говоря, страны намерены вместе воевать на Ближнем Востоке – в Сирии, Ливане, Палестине – и последняя загадочная смерть нового китайского посла в Израиле – лишнее тому подтверждение.
Против кого же воевать? Против американских интересов и их представителей – Турции и Израиля, а также присоединившихся к ним Арабских эмиратов.
Помимо реализации проектов в сфере инфраструктуры и телекоммуникаций, спутникового покрытия, контроля за интернетом, разумеется они станут полностью китайскими, Китай также собирается модернизировать на иранском побережье порт Джаск.
У Ирана нет альтернатив: стране требуется сбывать значительный объём нефти, чтобы играть хоть какую-то роль в политике и на нефтяном рынке, однако бывший самый крупный импортер иранской нефти – Германия – лишена возможности диверсифицировать поставки иранской нефти, руками самих же американцев, загнавших Иран под действие санкций.