Чтение онлайн

Число кандидатов в местные СНП и ВСНП превышает число мест на 20–50%. Эта разница сокращается от низового выборного уровня — на уровне деревни, когда число кандидатов неограниченно, до небольшой разницы между числом мест в СНП и числом кандидатов в СНП. ВСНП 13-го созыва (2018–2023)

Прежде чем приступить к описанию нынешнего состава высшего органа власти в Китае — однопалатного парламента Всекитайского собрания народных представителей (крупнейшее по числу представителей подобное образование в мире), следует с самого начала опровергнуть раздутый западной прессой идеологический штамп о «коммунистической тоталитарной диктатуре», якобы существующей в Китайской Народной Республике. Избранный в 13-й раз в марте 2018 г. ВСНП состоит из 2980 членов, 2119 (или 71,1%) являются членами Компартии Китая, тогда как остальные — 861 представитель, или около 30%, — представители иных партий и движений Китая, из которых число независимых, не принадлежащих к какой-либо партии народных представителей составляет 471 человек, или 15,8%. Трудно представить себе тоталитарную диктатуру, где треть парламента не относится к «правящей партии»[3].

Отдельным вопросом является изучение степени контроля Компартии Китая над руководящими органами китайского парламента. В период общего ежегодного собрания ВСНП таким временным высшим органом власти является Президиум, в течение всего остального времени — Постоянный комитет ВСНП.

Число постоянных представителей ВСНП составляет 175 человек, что в разы меньше, чем число парламентариев в России или в США. Здесь картина контроля Компартии Китая еще более точная с точки зрения развенчания идеологического слогана о «красном тоталитаризме в Китае».

Членство в Компартии имеют 120 из 175 постоянных представителей, или 68%; на долю беспартийных, однако, приходится лишь 11 мест, или пропорционально в два раза меньше, чем в общем составе ВСНП. Все остальные места занимают представители так называемых восьми малых партий[4], которые объединены в риторики КПК как партии «Единого фронта», и коммуникацией с ними, соответственно, занимается в Компартии Китая Отдел «Единого фронта»:

Демократический союз Китая (??????), в российской китаеведной литературе — Демократическая лига Китая, 9 мест;

Общество содействия развитию демократии Китая (???????), в российской китаеведной литературе — Ассоциация содействия развитию демократии Китая, 7 мест;

Рабоче-крестьянская демократическая партия Китая (???????), 7 мест;

Революционный комитет Национальной партии Китая (??????????), в российской китаеведной литературе — Революционный комитет Гоминьдана, 6 мест;

Научное общество Третьего сентября (????), в российской китаеведной литературе — Общество «3 сентября», 5 мест;

Партия высшей справедливости Китая (?????), в российской китаеведной литературе — Партия Чжигундан Китая, 3 места;

Союз демократического самоуправления Китая (????????), в российской китаеведной литературе — Лига демократической автономии Тайваня — 3 места;

Общество демократического строительства Китая (???????), в российской китаеведной литературе — Ассоциация демократического национального строительства Китая, 3 места.

Из нынешнего состава Постоянного комитета ВСНП очевидными становятся как реальные, так и репрезентативные функции парламента: в высший орган государственной власти КНР допущены четыре организации демократического характера, три из которых не имеют отсылок к социалистическому характеру их природы. Вторая функциональность — выделенный статус регионов Южного Китая, где были сформированы как Партия высшей справедливости Китая, так и органы Гоминьдана. Наличие пусть и весьма условных структур Гоминьдана, так и партий, имеющих отсылки к Тайваню, манифестирует третью важную функцию ПК ВСНП, помимо функции реального управления, — номинальное включение Тайваня в состав единого организма китайского государства. Постулат о единстве страны отражен как в Конституции Китая, еще республиканского периода (до 1949 г.), так и манифестируется через составы региональных групп парламента: принцип достижения единства через манифестацию присутствия делегатов от Тайваня важен не столько как отражение стремления к геополитической цели контроля над Тайваньским проливом, сколько как манифестация цели единства контроля над разнородной субэтнической конструкцией, которой является Китай.

При изучении роли ВСНП важно подчеркнуть, что в период абсолютного советского контроля над КНР в 1949–1954 гг. функции временного парламента выполнял Народный политический консультативный совет Китая, который сохранился и до сих пор и заседает наряду с ВСНП в рамках «Двух сессий». Дуальность китайского парламента, в котором НПКСК на первый взгляд играет роль исторического рудимента, может перевернуться с ног на голову в случае критической ситуации утраты ВСНП своей роли, тогда фактическая роль парламента может перейти к маргинальному и де-факто «альтернативному парламенту» НПКСК, который сегодня представляет собой больше синекуру для политиков, не прошедших в первую лигу ВСНП, но сохраняющих свой политический авторитет второго уровня, в руководстве которого и контроль над которым традиционно в последние 30 лет, еще с период Цзян Цзэминя осуществляет Комсомол. Секретари обкомов в двойном подчинении председателю ВСНП

Секретари примерно 20 из 31 провинциальной партийной организации являются одновременно и главами местных Советов народных представителей, от которых избираются члены в ВСНП, что закрепляет за партией «контрольный пакет» над около 20 региональными делегациями в ВСНП. Эта связь действует и в обратном порядке: союзный Си Цзиньпину глава ВСНП Ли Чжаньшу имеет дополнительные рычаги влияния внепартийного характера на членов ВСНП — лидеров Компартии уже в качестве глав местных СНП. По состоянию на конец 2018 г. главы парткомов провинций не занимали позицию председателя местного Совета народных представителей только лишь в семи субъектах: в столичном Пекине, где власть рассредоточена между крупными группировками; в городе центрального подчинения Тяньцзине, за который идет ожесточенная борьба; в Синьцзяне, где центр не хочет отдавать полноту контроля секретарю; в Гуандуне, где контроль над местным парламентом держат шаньдунцы; в Шанхае, где все ветви власти распределены между разными людьми из «чжэцзянской группы»; в Тибете и неспокойном лакомом куске оппозиции Чунцине, где парламент контролирует выходец из провинции Хэбэй; а также в Гонконге, Макао и Тайване.

[1]?????????????.

[2] «Закон о выборах ВСНП и местные СНП КНР» (???????????????????????????).

[3] http://www.npc.gov.cn/npc/xinwen/2018-03/04/content_2041137.htm

[4]roles(reader-all)

Китайская власть - (без изменений) Министр Ван И ( ??) и глава парткома МИДа Ци Юй ( ?? )

(без изменений) Министр Ван И ( ??) и глава парткома МИДа Ци Юй ( ?? )

Нынешний министр иностранных дел, как уже было отмечено выше, связан родственными узами с шанхайскими «комсомольцами» в руководстве МИДа.

Наиболее интересным фактом в биографии министра Ван И является его продолжительная служба в производственно-строительном корпусе Хэйлунцзяна, расположенном на границе с СССР, в период максимального ухудшения советско-китайских отношений в 1969–1977 гг. Это является ярким сущностным фактом в сфере определения предпочтений министра в области развития отношений с Россией.

Ван И окончил Второй Пекинский институт иностранных языков, специализировался на японском языке и в дальнейшем строил карьеру на японском направлении. В 2004–2007 гг. был послом в Японии.

С 2013 г. Ван И — министр иностранных дел, заместитель секретаря партийной организации. В 2018 г., после укрепления позиций Си Цзиньпина, несмотря на значимое усиление в госаппарате и получение должности члена Госсовета КНР, был удален из партийного руководства министерства. Интересно, что пост заместителя секретаря парткома МИДа, согласно официальным источникам, остается незанятым.

Руководством партийной организации МИДа и его ячейки с 2019 г. занимается уроженец Шэньси Ци Юй (р. 1961), который сменил на этом посту бывшего посла в США Чжан Есуя, оставившего за собой только должность главы Комитета по международным делам парламента ВСНП.

Случай с назначением Ци Юй экстраординарный в системе МИДа — чиновник никогда не принимал участия в официальной международной деятельности, что весьма красноречиво показывает линию нового партийного руководства, подразумевающую усиление изоляционизма и напряженности в международных контактах, а также приоритет их влияния на внутреннюю повестку в стране.

Ци Юй — выходец из родной провинции Си Цзиньпина Шэньси (р. 1961), сотрудник Орготдела обкома Шэньси, замглавы районного правительства в одном из районов города Сиань. Сотрудник печатных органов Орготдела ЦК. В 2003–2004 гг. — замсекретаря горкома Тайюань, столицы Шаньси (не путать с Шэньси), затем начальник сектора партийного строительства Орготдела ЦК, начальник Орготдела обкома провинции Цинхай, замначальника Орготдела ЦК (2015–2019). Интересно, что одновременно с партийным руководством МИДом Ци Юй является членом Посткома ВСНП (парламент), а также замглавы Комиссии по проверке соответствия квалификации членов ВСНП, членом Комитета по надзору и юстиции парламента. Это важный член «шэньсийской группы» Си Цзиньпина, сфера ответственности которого выходит далеко за пределы контроля за кадрами внешней политики.