Как разлука, встреча долгожданная в сдержанности робкой нам скучна.Милой — обольстительность, влюбленному одержимость рьяная нужна.Если жаждешь ты сорвать единственный поцелуй с ее прелестных уст —Надобно желанье неотступное и решимость пьяная нужна!
* * *
Излей ты жалобу, душа, — в ней черт искусства нет.У флейты есть и тон и лад, живого чувства нет.Как нищий, разве станет сад выпрашивать вино?Зачем же тыкву посадил садовник, а не цвет? [485]Во всей вселенной не найти подобья божеству,Хотя хранит любой предмет его печать и след.Где скажут — «есть», помысли — «нет»! Обманом бытияНе обольщайся нипочем, — даю тебе совет.Запомни: если нет весны — и осени не жди!Чуждайся радости, зато избегнешь многих бед.Отрыжкою пчелиной ты не брезгуешь, монах,А кубок оттолкнул! Ужель вино тебе во вред?Асад! Небытие — ничто, и бытие — ничто.Ау, Ничто! Эй, что ты есть? Откликнись, дай ответ!
485
Как нищий, разве станет сад выпрашивать вино? // Зачем же тыкву посадил садовник, а не цвет? — Обычно нищие просят подаяние с сосудом, сделанным из сушеной тыквы. То есть садовник сеет тыкву якобы для того, чтобы сад смог просить вино.
* * *
Извечный стон: «Внемли, Господь!» — не мыслю заглушить весельем.Моя улыбка — четок ряд. В ней сходства мало с ожерельем.Но добрым словом отомкнешь ты неподатливое сердце:У потайных замков учусь, волшебным восхищен издельем.Мне втайне свойственно желать, чтоб не сбылось мое желанье.Мне сладостней — таков мой нрав! — сама печаль с ее похмельем.Познав превратности любви, сроднились вы со мною, Галиб.Давайте, господин Мирза, друг с другом эту грусть разделим!
* * *
Чернильные капли, с пера упав, расплылись на бумаге.В книге судьбы моей так отмечены ночи разлуки.
* * *
Что делать? Усталое сердце свое опять испытую!И розового не нацедят вина мне в чашу пустую.Бранить виночерпия совестно мне, да много отстоя,И в кубке нередко случается муть увидеть густую.Нет в луке стрелы, и охотника нет в засаде.Здесь очень спокойно. Я клетку ценю свою обжитую.Не верю аскету. Пускай — не ханжа, но ждет воздаяньяЗа доброе дело и в сердце таит корысть зачастую.Особой дорогой кичится мудрец. Что толку в зазнайстве?В обход повседневных запретов найдешь дорогу простую.Меня у святого колодца оставь! Не место в КаабеТому, кто в пути запятнает вином одежду святую.Вот горе! Отказа ее не слыхал, в согласье — не верю.Стою на своем и в открытую дверь ломлюсь я впустую.Покуда я сердца не выплакал кровь, помедли, кончина!Зачем подступаешь вплотную ко мне? Я жизни взыскую!Возможно ли Галиба нынче не знать! Поэт знаменитыйИ пишет отменно, да только снискал он славу худую.
* * *
Немало времени прошло с тех пор, как был я гостю рад.Огнистым кубком на пирах не зажигал давно лампад.Ресницы-стрелы! Я для вас осколки сердца соберу.Вы эту самую мишень разбили много лет назад.Давно я ворот разорвал. Воды немало утекло,И чувства сдерживать привык я так, что дух во мне зажат!Немало времени прошло, но искры вздохов без концаРазбрызгивает сердце вновь, и жаром каждый вздох богат.Опять любовь готовит соль для тысячи сердечных ран.Опять она про боль мою расспрашивает невпопад.К возлюбленной прикован взор. О ней мечтает сердце вновь.Глазам и сердцу вновь грозит соперничество и разлад.Опять, рассудку вопреки, я в переулок твой спешу —У дома, где меня бранят, круженья совершать обряд [486] .Опять любовь, как продавец, выкладывает свой товар.Мой разум, сердце, жизнь мою получишь без больших затрат.Опять мне стоит увидать один затейливый цветок —И ста пленительных садов я ощущаю аромат.Я распечатать жажду вновь письмо возлюбленной моейИ обращенье вслух прочесть… За это жизнь отдать я рад.Опять кого-то в тишине, под черною чадрой кудрей,Рассыпавшихся по лицу, на плоской кровле ищет взгляд.Мечтаю снова увидать глаза с кинжалами ресниц.Кинжалы эти от сурьмы становятся острей стократ.Опять прелестный лик весны расцвел от светлого вина.Я взором внутренним прозрел ушедшей юности возврат.У чьей-то двери я опять перед привратником стою,Потупя голову, точь-в-точь как перед стражем райских врат.Хотелось бы душе моей ту пору дивную вернуть,Когда о милой день и ночь я был мечтаньями объят.О Галиб, не терзай меня! Сердечной бури близок час:Стеснили вздохи грудь мою, и слезы брызнуть норовят.
486
…круженья совершать обряд. —Во время паломничества мусульманина в Мекку один из обязательных ритуалов — обойти семь раз вокруг Каабы. У поэта дом возлюбленной ассоциируется с местом паломничества.
* * *
Строки сердца моего! Вы трудны. За это строгоНас привыкли осуждать знатоки стиха и слога.Чтобы стал понятней стих, просят изъясняться проще.Буду трудно говорить: простота сложней намного!
* * *
Что сказать могу я, Галиб, о стихах Мир Таки Мира,Чей диван благоуханней пышных цветников Кашмира?
* * *
Изображенья прелестниц да связка посланий любовных —Все, что осталось в дому после кончины моей.
Нет, не светоч во веки веков я,в одиночестве сгинуть готов я;Бесприютная пригоршня праха,—в безысходной печали таков я.Для далеких друзей не оградаи для близких моих не отрада,Урожай разоренного сада,пустоцвет вместо зрелых плодов я.Позабыт я моею страною,и свечу не зажгут надо мною,И цветов не дождусь я весною:гроб среди позабытых гробов я.И в пустыне безжизненной грешен,не услышан людьми, безутешен,Я на горе великом помешан,в безответном страдании зов я.Я Зафар, я никем не возлюблен,потому что мой корень подрублен;Край, который навеки загублен,безнадежно разрушенный кров я.
487
Бахадур Шах Зафар— Бахадур Шах II (1775–1862), последний император в династии Великих Моголов, писал стихи на урду, пользуясь поэтическим именем Зафар. Он вступил на престол в 1837 году, в возрасте шестидесяти двух лет. В 1857 году восставшие сипаи, заняв Дели, провозгласили престарелого императора своим вождем. Подавив восстание сипаев, англичане упразднили империю Великих Моголов, а самого Бахадур Шаха сослали в Бирму, где он и умер. Поэтические переводы стихотворений Зафара на русский язык публикуются впервые. Использовано издание: D. J. Matthews, С. Sсhасlе. An Anthology of Classical Urdu Love Lyrics. Delhi — Oxford, 1972.
* * *
В неведении оставлен я,и сам себе не явлен я;Трезв или пьян, глуп или мудр,забыт или прославлен я?Мой чуткий слух внимает всем,хотя молчат уста мои;Не ведаю, где сон, где явь,не знаю, чем отравлен я.Не знаю, жив я или мертв.Что значит радость и печаль?Быть может, жизнью восхищен,а может быть, подавлен я?Благочестив и нечестив,кляну мирское и люблю.Быть может, я судьбой сражен,а может быть, избавлен я?Что мне Кааба, что мне храм!Ты в сердце, Ты не здесь, не там.Как будто в поисках ТебяТобою не направлен я!Я весь ничто, и весь я всё:пускай Зафар из праха прах,Превыше духов я, Зафар,хоть смерти предоставлен я.
* * *
И в небесах и на земле властительная суть.Ты молод или стар,Открой глаза! В тебе самом разительная суть:Слепому вверен дар.Очисти сердце, как стекло, от помышлений злых,И в зеркале такомОткроется тебе тогда пленительная сутьПрекрасней всяких чар.Осмелься только посмотреть: повсюду красота!И на горе Синай,И в каждом камне до сих пор спасительная суть,Неугасимый жар.В Каабе, в капище, везде разыскиваешь тыСокровище души.Таится лишь в тебе самом хранительная суть,Предотвратив удар.Веселье в чаше круговой, среди друзей хмельных.Другого счастья нет.Лишь в этом раз и навсегда живительная суть,Все прочее — угар.Любви своей не разглашай, любовь свою таи:Ценнее тайны нет!Останется в душе навек целительная суть.Молчи, молчи, Зафар!
Словарь
I. Мифологические персонажи и географические названия
(См. также примечания к индийскому разделу тома БВЛ «Классическая драма Востока».)
Адитьи— группа богов (числом двенадцать), представляющая солнце в двенадцать месяцев года.
Айравата— слон, на котором ездит Индра.
Амрита— напиток бессмертия, добытый богами во время пахтанья мирового океана. Считается, что луна наполнена амритой.
Ананга(«Бестелесный») — одно из имен бога любви Камадевы.
Апсары— небесные девы, служащие богу Индре.
Асуры— существа, которые в классической индийской мифологии выступают как противники богов.
Ашвамукхи(букв.: «лошадиноликие») — мифические существа, обычно отождествляемые с киннарами (см.)
–
Баларама— брат Кришны.
Башоли— богиня, культ которой распространен в Бенгалии. Очевидно, местный вариант богини Кали (Умы).
Бестелесный— См. Ананга.
Брадж— название области в Северной Индии, где провел свое детство и юность Кришна.
Брахма— один из главных богов индусского пантеона; в триаде Брахма — Вишну — Шива ему отведена роль творца мира.