Клетка для дикой птицы
Шрифт:
И тут сразу несколько вещей произошло одновременно.
Щёлкнул выключатель, комната погрузилась во тьму, и резкий удар в живот сложил меня пополам, швырнув на скользкий пол — из лёгких вышибло воздух.
Глава девятая
Руки и кулаки — больше, чем я могла сосчитать, — обрушились на меня дождём: били по лицу, по рукам, по корпусу, тянули за волосы, царапали кожу.
Я отбивалась, босая ступня врезалась кому-то в колено. Глухо выругавшийся бас, но удары не прекратились. Мои кулаки рассекали воздух, натыкаясь то на мягкие животы, то на острые кости, вокруг раздавались стоны и выкрики, пока я дралась в ответ.
Я была более чем неплохим бойцом. Пришлось, чтобы выжить как охотница за головами. Но все мои навыки выглядели жалкой шуткой против нескольких нападающих в кромешной темноте.
Я могу здесь сдохнуть.
Эта мысль пришла минут через несколько, когда руки и ноги начали тяжелеть, а те, кто меня мутузил, даже не думали останавливаться.
Вот уж нелепая смерть — рискнуть всем ради Джеда и в итоге дать себя забить насмерть в душевой парочке мстительных заключённых.
По заслугам, в общем-то.
Кровь потекла по лицу, рёбра отзывались болью на каждый вдох. Я перевернулась, свернулась в клубок и перестала отбиваться, сосредоточившись на том, чтобы закрыть голову и жизненно важные органы.
Но так же внезапно, как началось, всё прекратилось. Шаги отдалились, пока я не поняла, что в помещении остались только двое — я и ещё кто-то. Меня накрыл смрад кислого дыхания — нападавший наклонился совсем близко.
— Это Перри, — пропел над ухом высокий, певучий голос. — Можешь идти и рассказывать начальнику, что с тобой тут сделали. Ему плевать. Никто тебя не защитит, охотница.
Я пролежала на мокром полу вечность, каждый вдох вытягивал из костей новую порцию боли. Одну схватку я пережила, но, если я не в состоянии отбиться от группы зеков с личной обидой, как я вообще собираюсь уйти от охотника с винтовкой?
В конце концов я втянула воздух сквозь дрожь, игнорируя режущую боль в животе, и как-то ухитрилась подняться на дрожащие руки и колени.
Нащупав раковину, поняла, что оставленная одежда соскользнула на залитый водой пол. Тряпки были насквозь мокрые, но я всё равно натянула их на разодранную кожу — ледяная сырость впилась во все свежие ссадины и царапины. С моим везением проснусь с воспалением легких.
Дрожащими пальцами нащупала кран, повозилась с упрямой ручкой, пока не потекла тонкая струйка холодной воды. Я плеснула её себе в лицо, смывая кровь, и параллельно прикидывала ущерб.
Чувствовала себя дерьмово, но стояла на ногах и могла шевелить руками. Костей, похоже, не сломали, но парочку рёбер точно ушибли — плюс порезы по всему телу и десятки новых синяков, которые к утру обязательно проступят.
Я попыталась вдохнуть поглубже, но в ребрах вспыхнуло, и мир поплыл. Я вцепилась в раковину и сползла вниз, усаживаясь на пол и прислоняясь спиной к стене.
— Что тут происходит? — донёсся из коридора чуть глуховатый голос. — Я только что сверялся по списку в Блоке H — не досчитались одной.
Голова ткнулась в плечо, глаза сами сомкнулись. Веки были слишком тяжёлыми, чтобы держать их открытыми.
— Я… мы не заметили, как пролетело время, — отозвался другой голос.
— Уже почти отбой, — зашипел первый голос. — Жди здесь. Я с тобой ещё не закончил.
В комнату хлынул свет — резкий, слепящий. Я зажмурилась, пытаясь отсечь хоть часть этого белого шума.
— Чёрт.
Торопливые шаги — и чья-то ладонь коснулась моей щеки.
Я дёрнулась, готовясь к тому, что это может быть тот, кто меня добьёт.
Я заставила себя открыть глаза.
— Жива, — прошептал Вейл, шумно выдыхая.
— Наблюдательный, — прохрипела я. — Не зря тебя взяли на работу.
Поклялась бы, уголок его губ дёрнулся, но я моргнула — и следы улыбки исчезли. Взгляд снова стал жёстким.
— Что случилось?
— Так, лёгкая разминка, — выдавила я. — Семь против одной, если на вскидку. Не парься. Пара синяков им от меня тоже досталась.
— Ну конечно, — губы у него сжались в тонкую линию. — Ты знаешь, кто это был?
Я на секунду задумалась.
— Нет.
Глаза Вейла сузились, он открыл рот, но я опередила его, пока он не начал спорить.
— Какая разница? Я охотница за головами. Я знала, что так будет.
Он приподнял бровь:
— Ты сказала «семь против одной». Это не честный бой.
Я коротко хохотнула и тут же зашипела — рука сама прижалась к рёбрам, пытаясь приглушить острую боль.
Челюсти у Вейла сжались, пока он наблюдал за моей реакцией. Он залез в карман, достал чистую салфетку и прижал к тонкой струйке крови, что стекала с моего виска.
— Ты работаешь в Эндлоке, — напомнила я. — И тебя волнует честный бой? Как ты называешь охотника с винтовкой против безоружного заключённого?
Он прикусил губу, будто что-то примеряя в голове. Но когда заговорил, отвёл взгляд куда-то мимо, не встречаясь со мной глазами:
— Заключённые попадают в Эндлок, зная, что их ждёт на охотничьих угодьях. Это риск, на который они идут, когда нарушают закон. Когда становятся мятежниками.
Слова прозвучали пусто, как выученный текст.
Я закатила глаза:
— Ты всё ещё считаешь, что я мятежница? Я слишком эгоистична для этого, охранник. Называй меня преступницей — спорить не буду. Но я бы никогда не сделала ничего, что поставило бы моего брата под удар.
Я застыла, как только слова сорвались с языка.
Чёрт. Я не собиралась упоминать Джеда. Не собиралась показывать Вейлу свою слабость.
Но он просто уставился на меня пару долгих секунд, будто взвешивая.
У входа в душевую кто-то откашлялся, и Вейл вскочил на ноги, убирая руку от моего лица так, словно обжёгся.
В дверях стояли Кит и Яра.
— Что там? — спросил Вейл.
— Начальник велел тебя найти, — ответила Яра, глядя прямо ему в глаза. — В Блоке D драка. Всё серьёзно.
Вейл замер, ещё раз бросил взгляд на меня — раз, два.
— Ясно. Вы двое проводите 224 в медблок.
И исчез.
— Что с тобой? — спросила Кит, тихий голос не вязался с тревогой, вспыхнувшей у неё в глазах. Она торопливо подбежала ко мне, подставляя плечо. Мне было слишком больно, чтобы отказываться от помощи.