Клиника Сперанского
Шрифт:
Вот так сюрприз. За ним, как за шкафом, прятались два жилистых, вертких типа, которые немедленно метнули в Андрея ножи.
Новиков с места, без подготовки, этаким козлом скакнул в сторону, но все же один нож чиркнул по щеке.
Пистолет и сюрикэны были в дипломате, доставать некогда. Новиков аккуратно поставил дипломат на пол и встретил первого из налетевших типов жестоким ударом в пах. Второго обезвредил, рубанув ребром ладони по горлу.
– Хэх, - сказал внезапно оказавшийся рядом верзила, опуская свой кулак размером с чайник на голову комитетчсика.
Как Новиков сумел увернуться, для него самого осталось загадкой, Кулачище вмолотил бы его голову в туловище по самые уши, а так лишь отшиб плечо. Рука повисла плетью, однако Новиков заставил себя забыть про боль, взвился в воздух и двинул детине ногой в челюсть. Двинул от всей души, чтобы сразу в отруб, иначе как с ним, с орясиной, однорукому справиться?
В челюсти хрустнуло, детина взвыл и принялся ладошкой размером с совковую лопату нянчить свою побитую мордуленцию.
Между прочим, мальчишка с кожаной папкой уже удрал. Ломоть, которого он срезал, попав под ноги, лежал смирно, не шевелясь, а двое юрких, похоже, приходили в себя.
– Встать, - приказал Новиков, вынув из дипломата пистолет.
– Стреляю без предупреждения. По одному на третий этаж, первый верзила, потом ты - поменьше, потом самые мелкие - марш.
Слово "марш" он проорал, зная, как это подстегивает и отбивает всякую охоту придумывать козни.
Дипломат оттягивал ноющую руку, но это ничего, быстрее придет в норму. Дома пропарим, сказал он себе, наложим мазь, к утру будет, как новенькая.
На лестнице кодла вела себя мирно, ясно было - побаиваются. И то сказать - в одиночку отметелил четверых, да еще оказался при пушке.
Дверь в квартиру Дударева была полуоткрыта. На полу в коридоре стояли: телевизор "Самсунг", дешевенький музыкальный центр, старинные настенные часы, картины, какие-то коробки. Грабить собрались, паразиты. Книги, самое ценное для Дударева, не взяли - много не упрешь и продать не продашь.
Загнав четверку в ванную и заперев, Новиков предупредил, что при малейшем поползновении высадить дверь стреляет. Пистолет бесшумный, никто не услышит. После этого заглянул в гостиную, удостоверился, что Дударев мертв и следов насилия не имеет, и позвонил на работу Кузнецову.
– Твой мобильный, - сказал Новиков.
– Я перезвоню.
Кузнецов продиктовал номер.
– Запиши адрес и код, - сказал Новиков, перезвонив ему на мобильный телефон.
– Записал? Пиши дальше: Дударев Семен Адамович. Убийство с целью ограбления. Видимых следов насилия нет. Я запер в ванной четверых, но там не дверь, один смех. На щеколдочке. Присылай людей, а теперь мои соображения. Сдается мне, что Дударев был мертв до того, как эти громилы вошли в квартиру. Ну, давай, жду. Смотри, чтобы менты не опередили.
Глава 18. Четверг. На подумать срок неделя
В полдень, в самое пекло, когда Солнце прочно и надолго утвердилось в зените, в кабинет Кислова вошел средних лет плотный лысоватый небритый мужчина в простенькой безрукавочке и вытертых джинсах. Кислов сразу и не узнал его, тихого, заранее извиняющегося, к тому же в черных очках.
Сказал стандартное:
– Присаживайтесь. Слушаю вас.
И когда тот, хитро улыбнувшись, сел на стул, узнал.
– Василий Гордеевич, - прикидываясь приятно удивленным, сказал Кислов.
– Чему обязан?
– Брось ломаться, Игорек, - попросту ответил Фадеев.
– Ну, как маскировочка?
– Классно. Так в чем дело?
– Слушай, Игорек, отвянь от Лопатина, - сказал Фадеев тихим размеренным голосом.
– Ну, что вы, ей Богу, как дураки? Помер же человек.
– Не понимаю, о чем вы, - Кислов встал.
– Извините, мне нужно к начальнику.
– Сядь, - сказал Фадеев.
– Прошу вас выйти, - Кислов подошел к двери, распахнул её.
На него из темноты коридора выдвинулись два троглодита с автоматами наизготовку.
Вздохнув, Кислов закрыл дверь, сел.
– Только не подумай, что мы опасаемся, что Андрюха что-то раскопает, - сказал Фадеев.
– Плевать. Да и не раскопает он, потому что ничего нету. Просто неприятно, когда тебе дышат в копчик.
– Никто вам в копчик не дышит, - возразил Кислов.
– А на моей даче кто побывал?
– резонно спросил Фадеев.
– Билл Клинтон? Нет, ребятки, там Новиков побывал прежде, чем смыться в Москву. Где гарантия, что завтра туда не залезет Игорек Кислов? Или еще какой-нибудь умник? Нет уж, братва, засветились, так помалкивайте.
– Это еще доказать надо, - процедил Кислов.
– Доказать?
– переспросил Фадеев в обычной своей манере, то есть нагло, нахраписто. Наконец-то снял маску.
– Ты в каком веке живешь, парень? У нас сейчас, сам знаешь, всё куплено-перекуплено. Зачем доказывать-то?
– Не пойму, что вы от меня хотите?
– сказал Кислов.
– Отзывай Новикова, пока он дел не наделал, - ответил Фадеев.
– Я лично гарантирую его безопасность и восстановление на работе.
– Новоселов только и ждет, когда Андрей вернется, - вяло сказал Кислов.
– Ладно, попробую что-нибудь сделать, хотя и не знаю, где он.
Надо же каким-то образом избавиться от этого нахрапистого типа. Угодить, наобещать, лишь бы отвалил.
– А что тут гадать-то?
– Фадеев вынул из кармана мобильник, потыкал толстым пальцем в маленькие кнопки, подмигнул Кислову и после некоторой паузы сказал в трубку: - Где наш мальчик Андрюша? Нужен адрес.
Жестом показал, что ему нужны бумага и карандаш.
Написал под диктовку абонента: "Верх.Масловка, д.11, кв... В этой же квартире труп Дударева Семена Адамовича".
Хитро посмотрел на Кислова, спросил, закрыв рукой трубку:
– Дальше писать?
– Не надо, - сказал Кислов. Про то, что Дударев, фигурировавший в сводке Новикова, уже труп, он не знал, однако и без этого информации было достаточно. Но, черт возьми, как? Вот это колпак так колпак. Надо срочно вытаскивать Андрюху, он там как волосок на лысине.
– Одного не пойму, - произнес Кислов.
– Вы же крутые. Вам же человека убрать - раз плюнуть. Что вы со мной цацкаетесь, с Андреем? Шлепните, да и всё.