Чтение онлайн

На двери квартиры Райела Бибера уже красовалась печать полицейского управления Тингена, запрещающая вход посторонним.

Данн, не прекращая упражнений, достал ключ и отпер новый замок. Затем он отступил в сторону, пропуская Эла Хассена с железным черным чемоданом вперед.

Бум!

Бум! Бум! Бум!

Запечатанный артефакт внутри железного черного ящика вновь принялся неистово колотить, еще яростнее, чем прежде. Руки Эла Хассена начали неконтролируемо дергаться из стороны в сторону, а Клейн всерьез усомнился, выдержит ли чемодан или будет пробит насквозь.

Бум! Бум! Бум!

Клейн зорко подметил, что движения Данна стали заторможенными. Он уже собирался разбудить капитана толчком, как вдруг в его собственной голове раздался гул. Разум внезапно онемел, а картина перед глазами мгновенно превратилась в замедленную съемку.

«Разве… он не влияет… только на одного… человека за раз…» — мысли Клейна стремительно впали в ступор.

В этот момент заранее готовые ко всему Лоротта и Борджиа толкнули их обоих.

К Клейну вернулась способность соображать, а зрение пришло в норму. Содрогнувшись от запоздалого страха, он огляделся по сторонам, едва не выпалив с возмущением:

«Разве вы не говорили, что „2–049“ влияет только на одного человека за раз?!»

«Слава богу, я не переставал сгибать руку!»

— Запечатанный артефакт «2–049» перешел в состояние ярости. Количество целей воздействия увеличилось до двух. Можно с уверенностью подтвердить, что Райел Бибер является потомком семьи Антигон, — механическим тоном констатировал Эл Хассен.

Лоротта лишь усмехнулась и, посмотрев на Клейна, произнесла:

— Стоит ему лишь почуять потомков семьи Антигон, даже если это всего лишь остаточный запах, как «2–049» приходит в крайнее возбуждение, и его силы заметно возрастают. Думаю, ты сможешь понять его чувства.

«Не понимаю…» — Клейн с любопытством спросил:

— Выходит, это живое существо?

Лоротта улыбнулась, уклонившись от прямого ответа:

— Скоро сам всё увидишь. Если Райел Бибер еще не покинул Тинген, «2–049» приведет нас прямо к нему.

Клейну ничего не оставалось, кроме как придержать остальные вопросы. Вместе с Ночными Ястребами он обошел квартиру.

Под непрерывный грохот ударов они заперли дверь, спустились по лестнице и вернулись в карету.

Эл Хассен бросил пару взглядов в окно, убедившись, что в радиусе пяти метров нет прохожих. Затем он поставил железный черный ящик на пол, повернул механический замок и снял духовные оковы.

Яростный стук мгновенно прекратился. В салоне кареты воцарилась гробовая тишина, казалось, даже дыхание присутствующих замерло.

Клейн затаил дыхание, глядя, как железный черный ящик медленно открывается, издавая скрипучий, режущий слух звук.

Клац!

Чемодан опрокинулся, и оттуда высунулась тонкая коричневатая рука, размером едва ли с палец ребенка.

Опираясь на две руки поочередно, нечто коричневатое, размером с ладонь нормального человека, дюйм за дюймом предстало перед глазами Клейна и остальных.

У него были отчетливо видны локтевые, пальцевые и коленные суставы. Всё его тело было обмотано коричневатыми, пропитанными маслом тряпками, а на лице красовался красно-желтый клоунский грим.

Это была марионетка с гротескной внешностью!

«2–049» поднял голову и уставился на Клейна абсолютно черными глазами без зрачков.

Он медленно растянул негнущиеся уголки губ, обнажая клоунскую улыбку.

Лицо марионетки было раскрашено красно-желтым гримом под типичного клоуна. Уголки ее губ были неестественно задраны вверх, создавая донельзя комичную улыбку.

Едва ее рот распахнулся, обнажив темную, бездонную глотку, как у встретившегося с ней взглядом Клейна волосы встали дыбом. В груди внезапно, без всякой на то причины, вспыхнул первобытный, леденящий ужас.

Картина перед глазами внезапно померкла. Ему показалось, будто он смотрит на мир сквозь толстое чайное стекло.

Мысли Клейна стремительно впали в ступор. Он инстинктивно попытался позвать на помощь, но горло словно сдавило невидимой удавкой. Он не мог издать ни звука, и заветное слово билось лишь в его мыслях.

Именно в этот момент Данн, заметивший, что его движения внезапно стали заторможенными, с силой толкнул его в плечо.

Мутное стекло перед глазами мгновенно разлетелось вдребезги, и застрявшее в горле слово сорвалось с губ:

— Помогите!

Крик эхом разнесся по салону кареты, прозвучав на удивление пронзительно и панически.

— Оно стало сильнее, — констатировал Клейн абсолютно уверенным тоном.

Находиться рядом со столь жутким Запечатанным артефактом, как «2–049», означало балансировать на грани: малейшая оплошность грозила обернуться катастрофой. Нет, защититься от этого было попросту невозможно — оставалось лишь полагаться на другие способы выживания!

— Это нормально, — со спокойным видом кивнул Эл Хассен.

Лоротта же тихонько усмехнулась:

— Похоже, ты ему приглянулся. Не волнуйся, среди артефактов 2-го класса он считается относительно безопасным.

Под аккомпанемент ее от природы ленивого голоса марионетка поднялась на ноги. Ее суставы были выточены настолько детально, что, казалось, в точности повторяли человеческую анатомию. Неуверенно покачиваясь, она сделала шаг влево.

Ее движения казались натужными и тяжелыми, словно это был старый, насквозь проржавевший паровой механизм, в который забыли залить масло.

«Прямо танец робота…» — в голове Клейна внезапно всплыла подходящая ассоциация из прошлой жизни. В то же время у него появилась новая догадка о том, в чем именно кроется опасность «2–049»: неужели он ассимилирует тех существ, которых берет под контроль?

«Если бы меня не разбудили вовремя, я бы превратился в гигантскую куклу человеческого роста? В живого Кена?»

Пока мысли Клейна лихорадочно метались, Данн толкнул застывшего Эла Хассена. Тот, продолжая сгибать и разгибать руку, указал в ту сторону, куда медленно брела марионетка, и скомандовал Леонарду, сидевшему на козлах:

— Правь туда!

Леонард не мог пустить карету сквозь здания, поэтому ему пришлось дать крюк. В процессе «2–049» то и дело корректировал направление, упорно играя роль «компаса, настроенного на семью Антигон».

Глядя на это, Клейн, непрерывно «тренирующий» руку, несмотря на все напряжение, едва не рассмеялся:

«Говорят, „2–049“ был создан самой семьей Антигон… Так что это: демонстрация абсолютной преданности или классический пример подставы создателя?» [84]