Чтение онлайн

— Один из местных жителей уверял, что у него хранится портрет первого барона Ламуда, и пытался мне его продать. Движимый любопытством, я взглянул на эту картину, написанную маслом. И знаете… мужчина на портрете был вылитой копией вас. За исключением прически, ваши черты лица совпадали идеально. Даже та крошечная родинка под правым ухом находилась на том же самом месте и была точно такого же размера.

— Во время допроса этот человек признался, что сама картина была написана всего сорок лет назад. Однако художник в точности скопировал ее с древнего оригинала, который дед этого проныры вытащил из руин того самого заброшенного замка.

— Как вам известно, люди с нашими уникальными способностями обладают базовыми навыками распознавания лжи. И мои навыки подсказывали мне: этот человек говорил чистую правду.

Азик, подавшись вперед и сцепив пальцы в замок, слушал всё это в абсолютном молчании.

Прошло добрых пять-шесть минут, прежде чем он с тяжелым вздохом произнес:

— Твой рассказ так и не пробудил во мне новых воспоминаний. Пожалуй… пожалуй, мне нужно самому съездить в этот заброшенный замок и всё осмотреть.

— Не составишь ли ты мне компанию?

— Сочту за честь, — заранее готовый к такому повороту, ответил Клейн. — Но сперва мне нужно заскочить домой, чтобы Бансон и Мелисса не волновались.

— Без проблем, — Азик резко вскочил на ноги.

У дома номер 2 по улице Нарциссов Клейн кивнул Азику. Быстрым шагом он подошел к двери, достал ключ и отпер замок.

Мелисса, которая уже была дома, услышав щелчок поворачивающегося ключа, поспешила из кухни в гостиную.

Увидев брата, она с сияющими глазами произнесла:

— Я уже купила продукты. Взяла курицу, картошку, лук, рыбу, репу и горох. А еще маленькую баночку меда.

«Сестренка, неужели ты тоже начала привыкать к редким приступам „расточительства“?» — тихо усмехнувшись, произнес Клейн:

— Сегодня ужин придется готовить тебе. На меня не рассчитывай — появились срочные дела, так что вернусь, наверное, только под утро. Буду помогать преподавателю Азику с исторического факультета университета Хой.

С этими словами он обернулся вполоборота и указал на ожидающую за дверью карету.

Губы Мелиссы дрогнули, но она лишь поджала их и кивнула:

— Хорошо.

Попрощавшись с сестрой, Клейн вышел на улицу и сел в нанятый Азиком экипаж. Спустя два часа и сорок минут они прибыли в городок Ламуд.

Время близилось к девяти вечера. Небо окончательно погрузилось во мрак, и лишь редкие лучи багровой луны, пробивающиеся сквозь облака, да россыпь тусклых звезд освещали те участки улиц, куда не дотягивался свет газовых фонарей.

Велев кучеру дожидаться их в городке, Клейн повел Азика по дороге, ведущей к заброшенному замку.

Шагая вперед, юноша вдруг заметил, что Азик идет всё быстрее и быстрее. Вскоре Клейну пришлось перейти на легкую рысцу, чтобы не отставать, а под конец преподаватель и вовсе вырвался вперед, сам указывая путь.

Клейн уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но, увидев мрачное, напряженное лицо Азика и его плотно сжатые губы, благоразумно проглотил свои слова.

При таком темпе они довольно быстро добрались до руин древнего замка.

Превратившееся в руины строение простирало свои обломки в густой ночной тьме, вонзая в небо острые шпили. От него веяло запустением, дикостью и зловещим мраком.

Азик вперил взгляд в этот покинутый всеми древний замок и замедлил шаг.

Он замер на месте. В его глазах бездонная глубина то и дело сменялась полной отрешенностью, словно он балансировал на тонкой грани между сном и реальностью.

Внезапно преподаватель болезненно застонал. Схватившись за голову, он скривился так, что его лицо исказила пугающая гримаса.

— Мистер Азик, вы… что с вами? — осторожно поинтересовался Клейн, одновременно активируя Духовное зрение.

Еще по пути на улицу Нарциссов он незаметно, играя с монетой, провел быстрое гадание. Результат показал, что возвращение в Ламуд практически не таит в себе угрозы.

Но юноша твердо усвоил: гадание не всесильно. Он всегда допускал возможность неверной трактовки или ошибки в формулировке. К тому же мистер Азик был весьма могущественным и окутанным тайнами человеком. Никто не знал, что кроется в его прошлом и как он отреагирует на внезапный триггер. Поэтому осторожность, настороженность и легкая тревога стали для Клейна абсолютно естественной реакцией.

Азик ответил не сразу. Сделав пару неуверенных, исполненных боли шагов вперед, он убрал руку от лба и, указывая пальцем на руины, произнес тоном человека, бредящего во сне:

— Я видел этот замок в своих снах.

— В те времена он был целым. С крепкими внешними стенами и высокими, устремленными ввысь шпилями.

— Я помню, что вон там располагались конюшни, а там — колодец. Вот здесь стояли солдатские казармы, а чуть поодаль был разбит огород, где мы выращивали картошку и батат…

— Я помню тренировочную площадку… Мой ребенок… это был мальчик. Ему было всего лет семь-восемь, но он обожал таскать за собой двуручный меч, который был выше его самого, и всё твердил, что вырастет и станет рыцарем…

— Моя жена вечно жаловалась, что в замке слишком мрачно. Она так любила солнце, любила тепло…

— …

Клейн, внимательно изучающий цвета его ауры, почувствовал, как волосы встают дыбом, но в то же время его сердце сжалось от странной тоски. Казалось, он воочию стал свидетелем леденящей, но невероятно грустной мистической истории.

«Выходит, этот древний замок действительно связан с мистером Азиком… Неужели он и впрямь первый барон Ламуд? Сверхъестественное существо, прожившее тысячу триста или тысячу четыреста лет? Кто он вообще такой: человек или злой дух? Нет, бред какой-то. Где вы видели злого духа, который спокойно разгуливает под палящим солнцем, да еще и общается с Ночными Ястребами…» — Клейн никак не мог обуздать рой мыслей в голове, позволяя догадкам сталкиваться и порождать всё новые и новые безумные теории.