Чтение онлайн

— Привет, я Тим, — и помахал закованной в цепь рукой. Его напарник, чья рука сползла с колена из-за движения, не обратил на это внимания, невидяще смотря перед собой в пол.

Эрик не стал отвечать, приветливый парень только раздражал. А про его напарника подумалось, что он уже не жилец.

«Артисты», все двадцать человек подошли к окнам. За окном танцевали. Бассейн занимал всю площадь арены и изображал пруд или озеро. На зеленых платформах, сделанных в виде листьев кувшинок, танцевали девушки. Так и невидимый из окна оркестр, наигрывал что-то мелодичное, зрители благосклонно, но без энтузиазма хлопали. Танец закончился тем, что девушки прыгнули в воду, сделали несколько танцевальных движений в воде, помахали зрителям и убежали по бортику бассейна в проход. Курти проводил их глазами и подумал, что идут они, наверное, в тот зал, куда его привели после первой игры. Интересно, там тоже сейчас накрытый стол? Или он только для игроков-победителей? Очень захотелось туда. Захотелось того чувства, что все уже закончилось.

На грудь и спину им повесили номера. Эрик и Курти оказались десятыми.

Большая одежда медком висела на Курти.

— Пошли, пошли, пошли! — Крейклинги толкали их тупыми концами годендагов к выходу на арену, где построили в колонну перед дверью.

— Слушаем и запоминаем! — Арман громко вещал из-за их спин, — сейчас каждая пара становится напротив своей дорожки. Дальше, вы просто поднимаетесь по ней вверх.

— Ох, сдается мне, это будет не просто, — сказал курносый Тим, поправил на груди номер «2» и деловито попрыгал на одном месте.

— Дальше все поймете, — продолжал Арман, — цель у вас простая — добраться до самого верха.

— Верха чего? — спросил кто-то.

— Говорю же — увидишь.

— А зубастики будут?

— Зубастики? — переспросил Арман, — насмешливо смотрел на спросившего, — а что, соскучился?

— Нет, я…

— Будут. Специально для тебя! Я перед игрой с ними поговорил, сказал, что ими интересуются. Спрашивают вот. Тебя ведь Матс зовут?

— Нет, Матис.

— Вот точно! Я им так и сказал — Матис про вас спрашивал, а они мне головой покивали, зубами пощелкали, сказали, что обязательно с тобой пообщаются. А то неудобно, человек ими интересуется, невежливо будет не откликнуться. Сказали, обязательно тебя найдут. Так что готовься.

Матис угрюмо посмотрел на Армана и отвернулся. Смотритель, продолжая улыбаться вышел.

— Мне бы меч, — сказал невпопад Эрик. Сказал сам себе, но стоящий перед ним «артист» под четвертым номером обернулся на его слова и оскалился:

— И что? Что бы ты сделал? Поубивал бы всех зубастых? А потом стражников? А потом город бы захватил?! Герой! — выматерился и отвернулся.

Эрик его узнал. Это тот самый, что ударил его ведром по спине, во время драки с шайкой Жака. Скуластый, с острыми чертами лица. Странно, что прежде не заметил. Эрик открыл рот, чтобы ответить, но тут двери открылись и крейклинги вытолкали их на арену.

Сырой запах. Воды, тряпок, травы. Огромный бассейн из зеленого мрамора с тонкой паутиной прожилок. «Артистов» погнали по кругу, разместив в правильном порядке вокруг бассейна. Мокрый камень скользил под ногами. На воде по-прежнему плавали «листья кувшинок». Солнце уходило с неба.

— Это дивный, но опасный мир, — раздался над ареной голос Фабриса. Это мир природы, чистой воды и яркого солнечного света. Это милое озеро, где-то на опушке леса. И живут в нем добрые, честные и трудолюбивые муравьи. Трудяги-насекомые работают весь день, а на закате хотят отдохнуть и испить свежего нектара.

Вода взбурлила и из центра бассейна, бросая волны, поднялся огромный граненый конус на массивном стержне. С него стекала вода, громко трещал механизм, но голос Фабриса, тихий и вкрадчивый в обычной жизни, сейчас торжественно гремел над Цирком и перекрывал любой шум. В том числе и гул заинтригованных зрителей.

Конус вырос, поднялся над трибунами и замер. Зрители и «артисты» задрали головы. Конус раскрылся и превратился в детально изготовленный цветок с десятью лепестками. Широкие лепестки плавно, хоть и со скрипом опустились краями перед бортиком бассейна, и распахнувшаяся конструкция стала в два раза ниже.

«Артисты» смотрели настороженно и ничего не предпринимали, пока Арман не высунулся с балкончика и нарушив целостность «постановки» яростно приказал двигаться вперед.

— По лепестками поднимайтесь недоумки. Вверх!

Только после этих слов стало понятно, что поперечные перекладины на лепестке — это ступени. Они шли в два ряда с торчащими штырями между ними, надо полагать перилами. Десять лепестков-лестниц уходили вверх к центру.

— Слышь, ребята, это даже не соревнование. Кто погибнет, кто выживет, не так важно — важно добраться до центра. Кто окажется на вершине, для того игра закончена — закончил Арман и убрал голову.

Никто из «артистов» не двинулся с места, только настороженно смотрели вверх.

— Жизнь муравья трудна, но интересна, — продолжал Фабрис. Интересна тем, что нектар находится в самом центре высокого цветка.

На бортик выбежали крейклинги и стали бесцеремонно, но скоро и привычно сталкивать «артистов» в воду. По краям было мелко и сброшенные оказались по пояс в холодной воде. Как только последний оказался в ней, по всему периметру бассейна из бортиков с лязгом выскочили частые шипы. Не менее трех футов, заточенный шип, изогнутый как клык, едва не задел спрыгивающего с бортика крейклинга. Тот, ругаясь, убегал с арены.

«Артисты» испугано смотрели на воду. На лепестки никто не взбирался.

— Но жизнь полна опасностей. И чтобы добраться до заветного нектара муравьям придется пройти трудный путь.

— Не люблю я большие цветы, — снова невпопад сказал Шепелявый.

— В озере водятся хищные рыбы, которые любят полакомиться муравьями.

Затрещали шестеренки. По зубчатым колонам вниз устремились четыре стеклянных шара. Внутри метались серебристо-серые тела. Шары коснулись воды и застыли рядом с игроками.

Раздался звук трубы. «Та-тат-тат-та-та-ту-у-у-у-у, ту-ту» пронеслось над головами зрителей. Ударила барабанная дробь. Шары раскрылись, твари плюхнулись в воду.

Артисты, все десять пар кинулись из воды вверх, по раскрытым лепесткам. Музыка стихла.

— Ставки больше не принимаются! — объявил Фабрис с трибун.

Курти и Эрик бежали по вверх лепестку-дорожке. Неясно, что там придумали организаторы, но чем раньше доберутся до вершины, тем быстрее все закончится. Цепь мешала и цеплялась за колья ограды между ними. «Артисты» пробежали почти полпути на всех лепестках, когда вновь прозвучала труба, которую сменила нарастающая барабанная дробь. Барабаны замолкли, на арене воцарилась тишина. Был слышен только топот. Курти тяжело дышал. Не от того, что запыхался. Нет. От волнения. Он боялся, что недостаточно рослый, чтобы бежать наравне со всеми и что сейчас подведет Шепелявого.

Все «артисты» были уже почти на самом верху. Курти с легким торжеством подумал, что они с Шепелявым первые. Он легкий и бежал резво, а мощный Шепелявый не запыхавшись пер как конь-тяжеловоз. Курти увидел поверхность цветка на линии глаз. Покрытый темным лаком древесный узор…

Раздался щелчок и ступени под ногами исчезли.

Они втянулись в лепестки и те стали гладкими, превратившись из лесенки в горку. «Артисты» сбитые с ног покатились вниз, но цепи повисли на «перилах» между ними и двадцать человек распластались по лепесткам, дергая ногами.