Чтение онлайн

Назвать эту работу легкой, мог бы только человек несведущий. Писанины всегда много. Вести ее надо было аккуратно. Держать в голове множество дел и быть в любой момент готовым найти нужный документ. Но Хэнк, после своей прежней жизни в учениках сапожника при отце и братьях считал, что вытащил счастливый билет, а то, что ни с кем не надо было общаться, еще и дополнительной удачей. Помнил он, что такое общение. Это пьяный гогот братьев и удары отца.

Подышав на перо, с тихой улыбкой начинал писать, высунув кончик языка из уголка рта. И был счастлив. Его считали почти безгрешным. Не пил, не играл, вечно что-то пишет. Но одна слабость у него все же была. Тщательно скрываемая, хотя знали о ней все его знакомые, регулярно над ним подшучивали, но наивный Хэнк не понимал смысла шуток. Хотя тут скорее дело в его глухоте, чем в отсутствии сообразительности.

Звали слабость Сэлма. Полная, с огромными красными руками, уже похоронившая одного мужа, она была старше Хэнка на десять лет. Повариха Нудзансенсов обладала пленявшими невзрачного писаря формами. Еще пленительней были бриоши со сливками, что она готовила. Сам Хэнк не мог сказать себе, что лучше. Хотя и задачи такой не ставил. Сэлма была воплощением мечты, где одно было неотделимо от другого. Умудренная жизненным опытом Сэлма заметила робкие вожделения писаря и выловив его в пустынных коридорах мэрии задала всего два вопроса. Первый, какое он получает жалование, второй, как его зовут. Получив ответы, озвучила необходимую ей сумму. На осторожный вопрос для чего, коротко ответила, что на свадьбу с ним же. Первый муж не мог обеспечить ей необходимого праздника, пусть теперь Хэнк воплощает ее мечты. Все это она прокричала ему в ухо, не обращая внимания на немногочисленных зевак. Деньги Хэнк дал сразу, а за разрешением на свадьбу обратился к Лоренсу. Помощник бургомистра возражать не стал, благо сам недавно женился, но потребовал выполнить всего одно условие. Поездка в далекий Баэмунд. Необходимо заключить контракт на покупку осадных орудий. Хэнк и не думал возражать. Всю дорогу его преследовали видения Сэлмы и бриошей.

— Вы знаете, что ваш писарь пишет с высунутым языком? — с любопытством спросил Тарант.

— Знаю. И можете не говорить шепотом, он почти глухой, — усмехнулся Лоренс, — да и не обидчивый, а что с высунутым языком, так это от усердия.

— Глухой писарь? Это же неудобно.

— Напротив, — вмешался в разговор Бартаэль. — Нужное в обсуждении говоришь тихим голосом, а то, что надо перенести на бумагу, говоришь громче и все. Он все прекрасно понимает, усердный и способный, за что, собственно, и держим. А слегка повысить голос при разговоре с ним, так это ничего страшного. И никому не мешает. Вот, обратите внимание, — купец громко произнес:

— Хэнк, насколько вырос товарооборот Эсселдейка за последний год?

Писарь поднял голову.

— Он не вырос. Он упал. На двадцать восемь процентов. В основном это коснулось урожая. Земельные угодья пострадали из-за военных действий. Возрос только импорт. Оружие и сырье для оружия. Цены на металл тоже выросли.

— Да?! — поднял брови Лоренс, — А я и не знал, что настолько все серьезно. Двадцать восемь процентов, это много.

— Вы были заняты свадьбой, фрайхерр — писарь опустил голову обратно.

— Иногда он раздражает, — вздохнул Лоренс, — границ не знает. Но это не из-за дерзости. Это из-за увлеченности своими бумажками.

— Хэнк, — снова громко спросил Бартаэль, — война продолжится и фраккарцы скоро вернутся, — что ждет экономику города? Все очень плохо?

— Хорошего мало, — поднял голову писарь, но смотря в будущее, могу сказать, что экономика вырастет.

— Это как?!

— Увеличился приток крестьян в город. Теперь они составляют серьезную рабочую силу при том, что платить им много не надо. Выросло производство оружия в городе. Каменщики и плотники занятые на работах на городских стенах, процветают. Приток кораблей с продовольствием, что мы вынуждены покупать, привел к расширению порта и площади торговых складов. Возрос доход с аренды, увеличилось количество портовых рабочих.

— А я говорил, — усмехнулся Тарант, — эта война еще долго идти будет.

— Из-за постоянных набегов, что мы проводим на границы Фраккарского королевства, выросло количество конных наемников. — Хэнк не слышал, что сказал князь и продолжал. — В основном рейтары. Подтянулись и кочевые кланы рапайцев. В городе много лошадей. И уже ощущается нехватка шорников. Цены на упряжь высокие, сейчас подтянутся специалисты. В Эссельдейке, как и в соседнем Вальшайоне, всегда было хорошо развито кожевенное производство, теперь ожидается еще больший его рост.

— Но продовольствия же стало меньше? — с любопытством спросил Бонифаций.

— Ничего. Купим. Взять нас в осаду трудно, из-за реки, что проходит через город. Поэтому провизию нам могут доставить. А она дешевая. Опять же — купцы едут, ставят у нас лавки. Некоторые селятся.

Лоренс развел руками и улыбаясь посмотрел на князя. Бонифаций не сводил внимательного взгляда с Хэнка.

— Господа, все это замечательно, но я настойчиво приглашаю вас на трибуны. Мы подготовили удивительное зрелище. — В дверях появился Арман.

— Арман, я уже не помню, какой раз по счету вы появляетесь за последние полчаса, но ваша настойчивость доказывает, что вы и правда подготовили, что-то невероятное. И у вас невероятный талант появляться тихо и вовремя, — улыбнулся князь.

— Что ответить? Я талантлив, — развел руками Арман.

— Арман, могу я полюбопытствовать, что у вас за меч? — барон Петер айт Эрнстермирх впервые проявил интерес к разговору.

— Название я ему не дал, но делал по заказу. Больше всего это похоже на рейтарский меч, но я внес в него свои особенности.

— Я вижу он тоньше обычного, но это не эсток.

— Не эсток, — согласился Арман, — господа, прошу на трибуны, вас ждет зрелище.

— Что за зрелище?

— Представление с цветком и муравьями.

— Звучит странно.

Странно, что он не чувствовал боли. Кайкап схватил его и с силой тащил вниз. Мощь зубастой твари Курти чувствовал. Ее мощь и собственный страх. А боль, почему-то нет.

Дышать!!!

Может лучше захлебнуться? Нет!

Почему он не чувствует боли?! Это хорошо, наверное. Может все быстро закончится. Нет! Не хочу!

Дышать!!!

Центральная часть бассейна глубока.

Кайкап тянувший его на дно вдруг дернулся вверх.

Цепь сейчас скинет его в воду. За пацаном. Или руку оторвет. Сдыхать здесь?! Вот так!!! Накатило бешенство.

Трезубец воткнулся в лепесток, когда Эрик падал и теперь маячил перед глазами. Вторая тварь суетилась здесь же под дорожкой, то есть под Эриком. Плыла на бурление в воде, сейчас ей мешают первый зубастый и дорожка. Но это ненадолго.

Эрик взревел, упершись в мостки под ногами, схватил цепь и потянул. Тварь показалась из воды, вихляя всем телом и рвущая цепь из руки. Выглянула макушка пацана. Понятно, почему крови не было, кайкап держал его за цепь. Другой рукой Эрик схватился за волосы парня и потащил наверх.

Курти жадно вдохнул, вцепился рукой в дорожку и лихорадочно пытался залезть. Вторую руку мотало во все стороны. Тварь цепь не отпускала, крутила головой, и лупила звеньями по его лицу. Шепелявый ревел и тащил Курти из воды. Второй кайкап суетившийся рядом, кинулся в такую интересную суматоху напрямую, через дорожку и врезался в спину Шепелявому. Тот чуть не упал. Выпустил из рук и Курти, и цепь, с проклятием развернулся.