Чтение онлайн

Я вижу то, чему Килл учил меня — Лоренцо что-то задумал. Он смотрит на нас, измеряя расстояние. Он готовится к броску.

— Ты это сделала? — спрашивает Килл, с легкой усмешкой кивая на пятно крови, растекающееся по ребрам Моретти.

— Да, — уверенно отвечаю я, улыбаясь в ответ.

Словно по моему предсказанию, Лоренцо бросается вперед. Без оружия он делает единственное, что может: тянется к моей шее. Килл выхватывает пистолет, но Лоренцо резко меняет траекторию и выбивает оружие из его рук.

Килл мгновенно подстраивается под ситуацию и обрушивает кулак на лицо Лоренцо три раза подряд. Лоренцо отлетает назад, врезается в бар, его лицо разбито и переломано.

— Ну давай, тупой ублюдок, — рычит Килл, медленно обходя Лоренцо, как лев, защищающий свою территорию. — Я так долго ждал этого момента, — он хватается за рубашку Лоренцо, запрокидывает голову и с силой бьет его лбом в нос.

Кровь брызгает по рубашке Лоренцо и по бело-золотому мрамору у их ног.

Лоренцо снова отскакивает назад, пошатывается, но успевает нанести удар, и я должна признать — удивлена, что он до сих пор держится. Его гордость не позволяет ему сдаться. Килл спокойно принимает удар, затем выпрямляется, будто ничего не произошло.

Снова раздаются выстрелы и крики за дверью, привлекая мое внимание.

Кто из Хулиганов здесь, интересно? Ребел, Гоуст, все они?

— Слышишь это? — шипит Килл, ухватившись за грудь Лоренцо. — Вы все умрете сегодня. Но на этом я не остановлюсь… — Килл наносит удар в ребра, прямо в рану, которую я оставила. Лоренцо кричит от боли, издавая глубокий, отчаянный звук, который могут произвести лишь те, кто умирает. Когда он сгибается от боли, Килл резко поднимает колено и врезается им в подбородок. Лоренцо отлетает назад, ударяется о бар и оседает.

— Когда я с тобой закончу, — продолжает Килл, — я убью твоего отца.

У меня перехватывает дыхание. Он собирается убить Алессандро? Зачем? Ведь он знает, что это вызовет еще большую войну.

На этот раз мы не могли иначе. Лоренцо похитил меня, и я могу объяснить это моему отцу. Вряд ли он знает, насколько Лоренцо опасен и безумен, но даже если знает, он никогда не позволит Хулиганам убить главу одной из семей без последствий.

И хотя я не хочу иметь ничего общего с отцом, мне не всё равно, что Килл может пойти на войну с моей семьей из-за того, что натворил Лоренцо.

И я знаю, что буду чувствовать, если отец решит идти против Килла. Если он попробует, я сама расправлюсь с ним.

Альдо Росси может быть моим отцом, могущественным человеком, на которого я когда-то смотрела с восхищением, но моя преданность уже давно принадлежит другим.

Она принадлежит Хулиганам.

— Возможно, ты знаешь, почему твоему отцу суждено умереть. Возможно, нет. Но знай одно, — Килл наклоняет голову, пристально изучая Лоренцо, и я понимаю, что он делает, я видела, как он делал тоже самое и со мной, множество раз.

Он внимательно смотрит на его выражение лица, на пульсирующую вену на шее, на каждое движение глаз. Килл определяет, что Лоренцо знает, по его реакции, по мимике, как он делал со мной не раз. Сейчас Килл — это машина, а не человек.

— Его смерть будет долгой. Я заставлю его страдать днями.

«Возможно, ты знаешь, почему твоему отцу суждено умереть…», — о чем он говорит?

— Пошел ты, ирландский ублюдок! — орет Лоренцо, рывком хватаясь за что-то за барной стойкой, и когда он выпрямляется, в его руке оказывается пистолет.

Он направляет его на меня.

Всё происходит быстро, но в то же время кажется замедленным. Страх пробирается ко мне, словно паразит, и я готовлюсь к удару, к пуле, которая должна вонзиться в мое тело, выставляя руки, как будто это способно остановить ее.

И в этот момент всё приходит в движение. Все движущиеся части работают вместе в замедленном и одновременно слишком быстром темпе.

Килл делает два больших шага к Лоренцо, одновременно поднимая правую руку. Из-под манжета его рукава выскакивает нож, и он вонзает его под подбородок Лоренцо, как раз в тот момент, когда Лоренцо нажимает на курок.

Я закрываю глаза, а звук выстрела заглушает мои крики.

Затем всё затихает. Или, наоборот, всё кажется слишком громким. В ушах звенит, но я не слышу ничего. Это похоже на странный сон, где одновременно страшно и спокойно в темноте.

Потом я слышу хриплое бульканье — отвратительный звук, который возвращает меня в реальность.

Я жива. Меня не задело. Я приоткрываю глаза, взгляд устремляется на пол, где стоят ботинки Килла в луже крови. Когда я поднимаю взгляд, передо мной открывается полная картина. Нож Кила воткнут в череп Лоренцо снизу, через подбородок. Его тело висит в нескольких дюймах от пола, руки и ноги безжизненно болтаются.

Его последние судорожные вдохи и кровавое бульканье — это лишь рефлексы умирающего тела, а не признак жизни.

Лоренцо Моретти мертв.

Я больше не обручена с этим человеком.

Теперь я связана кровью с тем, кто его убил.

С Киллианом Брэдшоу, Жнецом Хулиганов.

Я ковыляю через комнату, сдерживая боль от глубокого пореза на правой ступне, пока не оказываюсь рядом со своим ножом. Поднимаю его, и перламутровая ручка мерцает под ярким светом над головой. Я переворачиваю его и вижу выгравированное золотом прозвище. Это был подарок от Килла, — его дизайн, но изготовил его Финн. Финн сделал его для меня. В горле поднимается такой ком, что я почти задыхаюсь, но отмахиваюсь от печали, слыша звуки выстрелов и крики где-то вдали.

Вытираю кровь Лоренцо с лезвия об ближайший стул, прячу нож и перевожу взгляд на Килла. Он вытаскивает нож из головы Моретти, позволяя его телу рухнуть на пол, словно мокрое одеяло.

Затем он приседает, вытирает лезвие о штаны Лоренцо, а потом лезет в его карманы. Найдя их пустыми, он переворачивает безжизненное тело и проверяет следующие.

— Что ты ищешь?

— Его телефон, — отвечает он, не колеблясь.

— Зачем тебе его телефон? — спрашиваю, нахмурив брови от любопытства.

Килл встречается со мной взглядом, в котором я вижу колебание и грусть.

— Что? — спрашиваю, когда он вытаскивает телефон из кармана Лоренцо и засовывает его к себе. Затем он встает, его взгляд мягче, но всё еще устремлен на меня.

— Килл, что? Скажи мне.

Он подходит ближе и обвивает рукой мою талию, как только оказывается достаточно близко, чтобы коснуться меня. Затем поднимает меня, крепко обнимая за спину, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи, вдыхая мой запах.