Чтение онлайн

— Ну почему я не догадался захватить средоточие? Почему я такой идиот, а? Рен, скажи мне? — Ёрни ухватил меня за грудки, ощутимо встряхнув.

Затем толкнул, но я перехватил его руки. Крепко сжал запястья, но так ничего и не сказал. Боль, которую я рассмотрел в глубине глаз побратима, я и сам чувствовал сердцем. Ёрни беспокоился за свою рыженькую не меньше, чем любой дракон за истинную пару, и этот страх разъедал побратима изнутри не хуже проклятья.

Я отпустил его руки, и Ёрни попятился, продолжая смотреть мне в глаза. Мы разговаривали взглядами: я предупреждал, что Ана все же не истинная, а он отвечал, что ему все равно, и другой не надо…

Звериный рык разнесся над округой, когда в минутном бессилии побратим развернулся и шандарахнул могучим кулачищем по большому мшистому валуну, расколов тот на две части. Соседний — вдруг ожил и отскочил в сторону, испуганно глядя на нас. Это был не валун, а Камешек, о котором мы все напрочь забыли!

И тут рука Ёрни вдруг вспыхнула. Сквозь ткань рубашки, в которой он выскочил на улицу, не озаботившись одеться, пробились лучи яркого света, и рукав, сдавшись, осыпался пеплом, открыв могучее предплечье. Прямо на наших глазах оно покрывалось пылающими огненными знаками!

Друг замер, часто дыша и неотрывно глядя на руку. Когда новые завитки перестали появляться, а свечение угасло, он резко вскинул голову и посмотрел на меня.

— Рен, я… Анатрана… Она моя истинная пара! Она!

На моих глазах случилось настоящее чудо, и при иных обстоятельствах я бы искренне порадовался за друга, но не сейчас. Если до сего момента у Ёрни был шанс пережить все это и найти истинную, которая помогла бы справиться с горем утраты, то теперь помочь будет некому. Он рискует так же, как и мы с Ярти.

А что будет, если Лесса заполучит сразу трех истинных и одним махом уничтожит нас всех? Она сможет обезглавить Седые Пики, ослабив весь Север. Сердце сковал холод. Темная тень грядущей беды поднялась за моей спиной, занося когтистую лапу…

— Рен, прости...

Не говоря больше ни слова, Ёрни обернулся. Впечатляющих размеров ящер, будто обшитый бронированными листами голубоватой стали, тяжело оттолкнувшись от земли, взмыл в небо. Казалось, гигантским крыльям трудно удерживать столь мощное тело, но я знал, что это не так. Побратим мог дать фору любому дракону в выносливости и дальности полета.

Оба моих друга улетели искать своих этали, и удержать их было невозможно. Ничья воля не способна совладать с драконом, который стремится спасти свою истинную.

— Помоги, Мать Всего Сущего! — прошептал я, желая всем сердцем последовать за друзьями.

Я чувстовал все то же, дракон внутри метался, заставляя развернуть крылья, меня держала на месте лишь мысль, которая молоточком колотилась в голове с тех самых пор, как я увидел Камешка.

— Эй, Булыжник? Ты где? Поди-ка сюда!

В отличие от моей этали, я не умел так ловко обращаться с животными, и не представлял, как стану говорить с медведем. Зато знал ту, которая все это затеяла, а значит, просто обязана помочь!

Мишка меня побаивался. Ярость Ёрни впечатлила его, и зверь не знал, чего еще ждать. К тому же познакомился с драконьей ипостасью побратимов, оценил их габариты и силу, и теперь легко распознал во мне такого же хищника — более крупного и опасного.

— Иди-иди. Не обижу, — позвал я снова, протягивая раскрытую ладонь, точно собаке.

Медведь осторожно, бочком-бочком, то и дело принюхиваясь и замирая, приблизился ко мне. Я потрепал его мшистую гриву, погладил каменный бок, неожиданно теплый.

— А ты, похудел друг, но подрос. Заматерел! — говорил я ласково, и зверь потихоньку успокаивался. — Камешек, ты чувствуешь Лиру? — спросил я без особенной надежды, что он меня поймет.

Но мишка понял! Смешно закивал головой, будто конь, чем меня несказанно обрадовал.

— Лира жива? Ты знаешь, где она? Можешь привести меня к ней?

Снова кивки, а когда я задал последний вопрос, зверь замер, будто задумался. Потянул носом воздух, завертел головой.

Чувствует? Может, даже общается?

Наконец, медведь определился с направлением и, развернувшись, припустил прямиком на восток, в обход замка.

— Стой! — окликнул я его, поспешив следом. — Да, стой же!

Мишка притормозил и нетерпеливо рыкнул, не понимая, чего это я медлю. Догнав его, потрепал по загривку и похвалил:

— Ты молодец, дружище, но наша Лира слишком далеко. Ни тебе, ни мне не добраться до нее вовремя своими ногами.

Я точно знал, о чем говорю. Была бы Лира в окрестностях замка, я бы ее почувствовал. К сожалению, мы еще не были близки, и связь истинных не окрепла достаточно, чтобы находить свою пару в любой точке Баларии или беседовать с ней мысленно безо всякой магии. Все это проявится позже, если нам повезет снова встретиться...

"Берег честь невесты, проявлял благородство, а в итоге случилась беда!" — разозлился я на себя самого.

Можно было попробовать сделать как Ярти — настроиться на метку, но направление я толком не чувствовал, был велик шанс ошибки, и это значило одно — Лира в Древнелесье. Скрыться от драконов испокон веков возможно было только там. Это и спасло людей во время войны между магами и драконами шесть сотен лет назад.

Почему же Камешек чувствовал направление к Лире лучше меня? Чем так хорош их магический поводок, что работает лучше связи истинных?

Скорее всего дело было в магии, которая являлась для него родной. Жаль он не мог указать место на карте, зато точно знал, в каком направлении двигаться. Вот только дорога до окраин Древнелесья займет не меньше недели, а счет идет на часы в лучшем случае, если не на минуты. А что будет, когда Лесса заметит и оборвет связующий медведя с Лирой поводок?

Все эти вопросы заставляли нервничать.

Талария Блэкрок, мастер чудовищ, этали серебряного дракона

У меня замерзли ноги…

Ненавижу, когда мерзнут ноги, это так неприятно! Но куда подевалось одеяло?

Я не помнила столь холодных ночей в Долине.

Поджала пальчики, но не помогло. Тогда попыталась нащупать ногой злосчастное одеяло, и… И поняла, что не могу! Не могу вовсе не потому, что оно свалилось с постели на пол, а потому что не могу сдвинуть с места ногу!