Чтение онлайн

— О, пожалуйста…

— Хватит! Он знал, что ты представляешь для него угрозу. Что Джио женился на мне и поддержал бы тебя. Он знает, что ты мог бы управлять Кланом намного лучше, чем он, и он бы стал мусором. — Я встретилась с ним взглядом, молча умоляя его позволить мне спасти его. — Пожалуйста, Лука.

На мгновение выражение его лица смягчилось, наполнившись такой тоской, какой я никогда не замечала у своего брата. Но в мгновение ока оно ожесточилось.

— Возможно, ты и готова склониться перед врагом, Эмилия, но я этого не сделаю. Скажи ему, чтобы он спустился сюда и убил меня. Покончи с этим.

Я вскочила на ноги.

— Лука, нет...

— Он убил нашего отца! — взревел он так, что стены практически задрожали от ярости. — Я никогда не прощу им этого. Я лучше умру в этой проклятой камере…

— Это была я! — Я отступила от него на несколько шагов, и в маленькой комнате воцарилась напряженная тишина.

Брови моего брата сошлись на переносице, его гнев сменился замешательством.

— Что?

— Я убила папу. — Я подавилась рыданием. — Это должен был быть Серхио, и он просто… Он думал, что я убежала от Джио и не захотел мне помочь. И он не помог Кьяре… Я убила его.

Его замешательство медленно отступало, пока не превратилось в непроницаемую маску.

— Убирайся, — тихо сказал он.

По моему лицу текли слезы.

— Лука, пожалуйста…

— Тебе лучше надеяться, что Гуэрра убьет меня, сестренка, потому что, если он этого не сделает, в следующий раз, когда мы увидимся, я сделаю его вдовцом. — Яд в его голосе задел меня за живое, и я отшатнулась. — Убирайся к черту.

Слезы подступили к горлу, когда я повернулась, чтобы уйти, боль в груди была невыносимой. Это был тот самый отказ, который я испытывала всю свою жизнь. Это чувство, что ты недостаточно хороша для любви. Недостаточно хороша, чтобы заслужить преданность.

Я открыла дверь и остановилась.

— Что такого сделал папа, что ты заботишься о нем больше, чем о Кьяре и обо мне? — выдавила я, но ушла, не дожидаясь ответа. Я не хотела терять Луку, но это уже случилось.

К тому времени, как я добралась до верхней площадки лестницы, слезы застилали мне глаза, и я едва могла дышать. Это было чертовски больно. Все, о чем я могла думать, — это выражение его лица, ненависть и отвращение, прямое отражение того, что я уже чувствовала к себе после убийства отца.

Неро убил бы Луку, и я не смогла бы никого спасти. Даже себя.

Я катилась по спирали в пропасть, пока не почувствовала, что в моей голове все кричит, и я просто хотела, чтобы это прекратилось. Я хотела вырваться из этого нескончаемого облака горя и отчаяния, которое, казалось, окутывало мою жизнь на долгие годы. И становилось все темнее и темнее, тяжесть становилась все тяжелее и давила все сильнее.

Я, спотыкаясь, прошла через дом и поднялась по лестнице на автопилоте. Я услышала, как кто-то позвал меня по имени, но просто ускорила шаг, мне нужно было убежать.

Я не пошла в нашу с Джио комнату, вместо этого нырнула в комнату Ренцо и захлопнула дверь.

Ужасные рыдания сорвались с моих губ, когда я бросилась к прикроватной тумбочке. Пытаясь избавиться от этого чувства. Подсознательно я знала, что ищу, зачем пришла в его комнату. Но только когда я села на край матраса, и слезы размыли изображение выкидного ножа моего брата в моей руке, до меня дошло.

Я надавила кончиком лезвия на мясистую часть предплечья, чуть ниже локтевого сгиба. Один резкий укол боли, который был таким проясняющим, как будто все беспорядочные эмоции во мне сосредоточились в одной точке. Опасно. Это было так опасно. Я отдернула нож от своей кожи, уставившись на каплю крови, которая выступила и потекла по моему запястью.

Дверь спальни со щелчком открылась, и я споткнулась, выронив нож.

Меня охватил стыд при мысли о том, что Ренцо застанет меня в таком состоянии и увидит, во что я превратилась. Но когда я подняла глаза, в дверях стоял не Ренцо, а Джио.

Его брови сошлись на переносице, когда он увидел мое лицо, кровь, рыдания, которые не переставали сотрясать мое тело. Я подумала, не вызывает ли у него отвращение моя слабость, но когда его взгляд переместился на крошечную колотую рану на моей руке, а затем на нож у моих ног, мне не стало стыдно. Не так, как стало бы перед братом.

Джио видел меня, знал все уродливые, измученные стороны моей натуры. Моя любовь к Ренцо не позволяла мне показать это ему, но Джио… он видел меня в худшем виде и любил, несмотря ни на что.

Он подошел, подобрал нож и спрятал его в карман, прежде чем встать передо мной. Его пальцы скользнули по моей щеке, и я закрыла глаза, еще больше расплакавшись.

— Скажи, что тебе нужно, крошка.

— Я не знаю.

Его другая рука опустилась на мое запястье, мозолистые пальцы проследовали по тонкой струйке крови до сгиба моего локтя.

— Знаешь.

Открыв глаза, я посмотрела вверх и встретилась с его взглядом, похожим на самые глубокие и темные уголки самого синего океана, холодным и бездонным. Я хотела, чтобы он утопил меня, наполнил мои легкие и пробрал до костей, пока я не почувствую абсолютно ничего, кроме него.

— Сделай мне больно, — прошептала я с жалкой, отчаянной мольбой. Слабость, которую я предложила ему в обмен на спасение от моих грехов.

Иногда Джио был моей болезнью, но, казалось, он всегда был моим лекарством.

Он схватил меня за волосы, рывком поставив на ноги, прежде чем его губы встретились с моими. Его поцелуй был жестким и неумолимым, зубы царапали мои губы, пока металлический привкус крови не коснулся моего языка. Казалось, что его жестокость возродилась, когда я снова вдохнула в легкие ароматный кислород, и я глубоко вдохнула его, купаясь в отчаянии, порочности, боли, которые так безвозвратно запятнали нас обоих.

Его руки обхватили мои бедра, приподнимая меня, прижимая к себе, пока он двигался, его губы не отрывались от моих. Только когда хлопнула дверь, я поняла, что мы в его комнате.

Я ударилась спиной о матрас, прежде чем он вытащил нож из кармана. У меня перехватило дыхание, когда он навис надо мной.

— Тебе нужно, чтобы я сдерживал тебя, принцесса?

Я покачала головой, и он прижался губами к моему горлу.

— Хорошая девочка.

Я почувствовала прохладный прикосновение металла к своему животу, прежде чем он срезал с меня рубашку, а затем и лифчик. Все мое тело дрожало от предвкушения, ожидания, готовности, потребности.

Я услышала, как открылся ящик прикроватной тумбочки, как что-то звякнуло, прежде чем он достал что-то, похожее на драгоценности. Тонкую цепочку с металлическими вставками на каждом конце. На его лице появилась озорная улыбка, когда он поднес один конец к моей груди и расстегнул маленький зажим.