Ключ Берсена
Шрифт:
Временами, особенно в такие моменты как сейчас, мне нравилось считать Лику… немного глуповатой. Хотя едва ли именно она такой была на самом деле. Довольно недалёкой — да. Несколько ограниченной? Пожалуй, и это тоже. Но по большому счёту у нас были просто разные взгляды на жизнь, и её имел такое же право на существование, как и мой. А в чём-то она была меня ещё и поумнее.
Осторожно оттеснив Лику, я тоже успела немного рассмотреть прибывших прежде, чем они вошли в здание. Один, седой и грузный мужчина, в самом деле оказался целым комиссаром. Спутник его был заметно выше ростом, явно моложе и мундир на нём был, соответственно, поскромнее. Надо полагать, обычный следователь. Он-то и будет делать всю работу, а комиссар так, дань уважения отдать прибыл.
Смотреть больше было не на что, и я отошла от окна в раздумьях. Наверное, мне стоит рассказать следователю о том, что мы с Энди обнаружили на чердаке. Но сделать это надо бы так, чтобы не прознал никто из преподавателей. В обычных обстоятельствах дело, может, и ограничилось бы недельной чисткой кастрюль, но в нынешних… даже представлять страшно, что нам за эту прогулку устроят.
— Как думаешь, с нами они будут беседовать? — задумчиво спросила Лика, наматывая на палец прядь волос.
— Будут, наверное, — пожала плечами я. — Они явно захотят узнать, были ли у мэтра Осберта враги, конфликты какие-нибудь…
— Это хорошо, — кивнула Лика, возвращаясь на кровать.
— А ты что-то знаешь? — почти безнадёжно поинтересовалась я.
— Знаю, — таинственно улыбнулась соседка.
— Да ладно! — едва не подпрыгнула от изумления я. — И что же?
Теперь я испугалась, что Лика ничего мне не скажет, опасаясь лишиться шанса побеседовать с приглянувшимся следователем. Ну, чтобы я раньше не пересказала ему эти ценные сведения. Ведь логично же предположить, что тех, кто обнаружил тело, допросят обязательно и в первую очередь. Но недалёкой я Лику считала определённо не зря. Ей мысль о таком моём возможном коварстве в голову не пришла.
— Слышала я, — сообщила она всё с той же улыбкой, — что у мэтра Осберта была интрижка с одной из целительниц, с пятого курса. Её вроде Стефания зовут, рыженькая такая.
Я честно попыталась припомнить рыжую целительницу. Да, вроде была у нас такая, но в памяти моей осталась смутным пятном. Оно и неудивительно, народа в Арсдейре хватало, к тому же целители жили в другом здании и учились в основном там же. Встречались мы с ними в библиотеке, да ещё когда обращались за профессиональной помощью. Лично мне везло, всего один раз на втором курсе я ходила разобраться с зубом мудрости, прочие мелкие простуды лечила самостоятельно. Нет, были, конечно, общеакадемические официальные мероприятия, но кого там запомнишь в такой толпе?
— Ну так вот, — продолжила Лика. — Говорят, на эту же Стефанию положил глаз один парень с её курса. И вроде как он грозился проучить мэтра, чтобы не лез к студенткам.
— По-моему, убийство это немного слишком круто для «проучить», — пробормотала я. — Но ты всё равно следователю расскажи, мало ли.
— А ты, говоришь, была там, когда мэтра нашли?
Я едва удержалась от смешка. Об этом я, разумеется, сама упомянула, хоть и без всяких подробностей. Но за время обеда Лика успела разузнать всё, что только говорили о случившемся в Академии. В искусстве собирания сплетен и слухов потягаться с ней могла разве что Розалин, да и то исключительно благодаря более богатому опыту и обширным связям. Порой мне даже думалось, это Лике, а не мне надо в следователи идти.
— Была, — подтвердила я. — Я и половина нашей группы.
— Слушай, — серьёзно сказала Лика, чуть подаваясь вперёд, — вас ведь наверняка будут опрашивать. Намекни этому следователю, что я могу кое-что интересное рассказать.
Совершенно точно, я хронически её недооцениваю. Вот буквально только что решила, что Лике не додуматься до подобного, и нате вам пожалуйста. Вполне себе додумалась. Не совсем так же, как я, зато мигом сообразила, как можно получить с этого свою выгоду.
— Намекну, — пообещала я. — Обязательно.
— Спасибо, — улыбнулась мне Лика и тут же потянулась к тумбочке за косметичкой.
До самого ужина нас никто не беспокоил. Я зубрила защитные матрицы, Лика наводила красоту. А потом мы вместе разбирались в тонкостях алхимических преобразований. Оказалось, что Лика понимает в этом немногим больше моего, но вдвоём оно всё равно оказалось как-то доходчивей.
Сопровождать нас в столовую явилась мэтресса Ваймет, до сих пор бледная и заметно перепуганная. Словом, вид у неё был такой, что соваться с вопросами я не решилась, предпочла подождать каких-нибудь официальных объявлений.
За ужином мэтресса Фишт пересчитала нас по головам, после чего объявила, что до завтрака нам не разрешается покидать общежитие, но безвылазно сидеть по комнатам больше не обязательно. Это известие вызвало в студенческих рядах радостное оживление. Даже меня оно не обошло стороной, я тут же толкнула Энди в бок и взглядом сообщила, что надо бы нам потолковать. О том, например, когда и как можно будет рассказать о наших находках. Шептать не стала, слишком много вокруг заседало мастеров подслушивать. А защитишься — мало того, что сплетнями изведут, так ещё и угодишь к мэтрессе Фишт на допрос с пристрастием. По её мнению, у студентов просто не может быть секретов, которые требуется защищать с помощью магии. А если таковые возникают, их требуется немедленно разъяснить, что называется — во избежание.
Впрочем, Энди и без слов всё отлично понял, почесал шею и выразительно посмотрел на люстру. Это означало, что встретимся мы как обычно, на верхней площадке лестницы, у запертого со всеми магическими предосторожностями входа на чердак. Именно из-за этих самых предосторожностей, искажавших любую магию ярдов на пять вокруг, там можно было шептаться, не опасаясь любителей магически усиливать свой слух или подкрадываться, прикрывшись невидимостью.
Вернувшись к себе, я успела ещё немного позаниматься защитной магией к завтрашнему семинару, пока, наконец, Энди не постучал в дверь. Услышав с детства привычный условный сигнал, я мигом подскочила, захлопнув книгу, сунула ноги в туфли и бросилась к шкафу разыскивать шаль — на лестнице сейчас было довольно прохладно.
— На свидание спешишь? — лукаво подмигнула Лика.
— Разумеется, — усмехнулась я в ответ.
На самом деле Лика была чуть ли не единственной, кто понимал, насколько наши с Энди отношения далеки от романтики. Первое время она даже пыталась убеждать заинтересовавшихся Энди девиц, что я им не соперница, и что подстроенные мне гадости не помогут им добиться своего, а вовсе даже наоборот. Толку из этого не вышло, разумеется, но всё равно я была ей благодарна. И с тех пор, как она оставила эти попытки, осознав их безнадёжность, подобные ироничные диалоги стали нашей маленькой традицией.
Отыскав шаль, я выскользнула за дверь и вслед за Энди пошла к лестнице. В коридоре мы были одни, остальные сидели по комнатам. Из пятьсот третьей доносились взрывы не очень трезвого смеха — похоже, Анна в выходные опять побывала в городке и умудрилась там прикупить чего-то.
По идее местным запрещали продавать выпивку студентам. Но по факту пресечь это было невозможно. Во-первых, почти все четверокурсники и все пятикурсники были совершеннолетними, и по закону имели полное право покупать алкоголь, были бы деньги. Во-вторых, местные жили весьма небогато, потому ради нескольких лишних монет готовы были закрыть глаза даже на закон, а уж негодование лорда Давирса, и тем более мэтрессы Фишт их и подавно не сильно заботило.