Чтение онлайн

А не показалось ли вам, что движения крыльев летучей мыши очень похожи на движения крыльев бабочки? Куда летим? Где пыльца?

Да-да-да, и стрекоза проснулась. У нас уже четыре крыла. Как двигаются крылья у стрекозы, помните? Ну-ка, попробуйте. Очень бодрит. И глаза сами собой выпучиваются. Чувствуете? Что вы видите этими фасеточными глазами? Как этот мир изменился вокруг?

А теперь вы археоптерикс. Крылья кожаные, с перепонками между пальцев, очень большие, прямо крылищи. Что-то внизу видно. Что за пейзаж? В клюве у вас зубы, это привычно. Кого будем есть? Рыбку или что-нибудь покрупнее?

Мысли, наверное, были отрывочны, их было мало. Это хорошо...

Определяйте не только внешний характер движений. Всматри­вайтесь вокруг. Обратите внимание, как с характером движения рук-крыльев меняются видение и сам внутренний ритм, как вре­мя начинает течь по-другому. А разве мы с вами не этого хотели, дорогие читатели?

Можете повторить то, что вам понравилось больше всего.

Беседа двадцать четвертая

Гениальность как навык. Встреча и признаки любви.

Упражнение «Встреча Сальвадора Дали»

Если вы проделали предыдущие упражнения — простые, но приносящие замечательный внутренний эффект, то почувствова­ли некоторый оптимизм.

Один из секретов гениальности, прикосновения к источнику смысла, который таится в глубинах души человеческой, заклю­чается в умении извлекать выгоду из каждой искорки оптимиз­ма. Необходимо научиться «ловить» редкие мгновения радостных ощущений, которые вспыхивают и мерцают где-то глубоко внутри.

Это навык, который, подобно навыку чтения, можно приме­нить в любую минуту: в автобусе, в вагоне метро, за чаем, просто прогуливаясь по коридору офиса. Возможно, этим нас так при­влекают алкоголь или наркотики — иллюзорной возможностью мгновенно испытать вспышку оптимизма.

Есть и другие способы. Но способы, перечисленные нами, име­ют некоторое сходство с опьянением. Человек не может напиться ради окружающих. Мы пьем только ради себя самого. Но разве нужен оптимизм, который не с кем разделить? Мы почему-то тренируем только один вариант гениальности — духовное пьян­ство — эгоизм, заполненный самим собой.

Священник из романа Грэма Грина «Сила и слава» испытывает чувство абсолютного счастья и уверенности в себе за одну мину­ту до... расстрела. Он внезапно понимает, что «для него было бы чрезвычайно просто стать святым».

За минуту до гибели он понимает, что ежесекундно упускал счастье просто жить и радовать других. Именно так проводит жизнь шлемазл. Даже его взгляд на предметы, в отличие от взгля­да, который мы тренировали в предыдущей беседе, эгоистичен: он смотрит на предметы и людей только как на объекты своих манипуляций.

Скажу больше: большинство людей посещают церковь для того... чтобы манипулировать Богом. Мы учимся произносить специальные формулы — молитвы, — которые позволяют про­сить у Бога то, в чем мы нуждаемся в данный момент. Это прямая манипуляция. И по смыслу, и по содержанию она представляет собой то же самое, чему учат на тренингах психотехник общения или на тренингах менеджеров.

Попробуем, вслед за Грином, представить себе, что пережива­ет священник под прицелом направленных на него орудий. Он с ужасом осознает, что умрет сейчас, через несколько секунд, и все его существо восстает против этой несправедливости.

Происходит мощный всплеск жизненных сил, в один миг он совершает усилие, превосходящее по мощи все усилия его про­шлой жизни. На миг он чувствует себя свободным и тут же по­нимает, что мог совершить это усилие в любую из миллиардов секунд своей жизни, что он бессмысленно проводил жизнь в сон­ной эгоистической одури. Лишь один критический миг нужен че­ловеку перед лицом смерти, чтобы опознать своего шлемазла и отбросить его прочь. Только тогда человек способен понять, что через пустые глазницы винтовок на него смотрит Вечность.

Почему мы с вами ни разу не вспомнили совершенно иную ге­ниальность, которую обычно называют святостью?

Мать Тереза, Тейяр де Шарден, апостол Павел...

Эта разновидность человеческой гениальности вовсе не тре­бует жертв, как это принято думать. Она исключительно проста. Это искренность!

Искренне произнесенные слова: «Кого я вижу! Привет, дру­жище!», «Боже мой, какая ты красивая» или что-то гораздо более глубокое: «Я вижу Бога, скрытого внутри тебя»... могут вызвать в человеческой душе «эффект новизны», больший, чем может вызвать эмиграция. Причем он возникнет сразу в двух душах: не только у адресата, но и у человека, который эти слова искренне произнес. Эффект новизны может вызвать и просто добрый под­держивающий взгляд мудреца, который проникает в душу и на­полняет ее новым смыслом.

Ведь нам всем нужна поддержка. И разве просто дарить ее друг другу — это не то самое счастье, отсутствие которого в своей жиз­ни почувствовал священник перед расстрелом?

Единственный выход из тупика бессмысленности бытия, в ко­торый мы себя загоняем, — это налаживание партнерских взаи­моотношений с Богом и с людьми, с природой и вещами, которые нас окружают. Когда мы смотрим на вещи незнающим взглядом, мы тем самым признаем их право на тайну, вступаем с ними в равноправные отношения.

Ведь мы с вами уделяем гораздо больше внимания и интереса незнакомому человеку, с которым нам предстоит общаться, чем близким людям, про которых «нам все давно известно». Многим из нас интереснее находиться скорее в новой компании, чем в ста­рой — среди хорошо знакомых людей. Это неудивительно. В незна­комой компании отношения становятся... более равноправными.

Не только новые для вас люди представляют собой некую за­гадку, которую вам предстоит разгадать, но и вы для них тоже пре­вращаетесь в таинственного незнакомца: они про вас ничего не знают, и вы оказываетесь в ситуации, когда можете представить себя по-новому, появляется возможность творчества, возмож­ность ощутить гениальность.

Искренне произнесенная фраза вроде тех, которые упомина­лись выше, имеет тот же самый эффект — произнося эти слова, мы признаем наличие тайны в душе или внешности партнера по общению и неожиданно становимся равноправными. В момент произнесения искреннего комплимента мы теряем социальные маски и становимся просто людьми. Мы уже не начальник и под­чиненный и не муж и жена, мы просто два человека, в каждом из которых скрывается тайна общего смысла жизни.

Удивительно, но скользящий взгляд по поверхности вещей в собственной комнате позволяет перенести внимание с количе­ства вещей на их качество, с поверхности в глубину.